20 глава
— Ты чего такой на взводе? — спросил Костя, внимательно посмотрев на Александра и подсовывая ему только что сваренный кофе.
Александр не сразу ответил. Он сидел, тяжело опершись на спинку кресла, и смотрел в окно так, будто надеялся там увидеть ответ на свой вопрос.
— Да Полинка гулять пошла... — наконец проговорил он глухо. — И не вернулась.
— Может, у подруги осталась. Или у друзей, — осторожно предположил Константин. — Ты ж знаешь, подростки могут и телефон забыть.
— Мадина уже всем звонила, — ответил Александр и повернулся к нему. — Всем, кого знает. Говорят не видели.
В кабинете стало тихо. Та самая неприятная тишина, которая появляется, когда оба понимают: дело может быть куда серьёзнее, чем хочется думать.
Александр уже собирался что-то добавить, но в этот момент дверь кабинета резко открылась.
— Там парня привезли. Сказали вам в кабинет, — сообщил Игнатьев.
— Ладно, давай дальше без меня, — подал голос Александр.
Он поднялся с кресла, забрал документы, за которыми изначально пришёл, и, напоследок кивнув Косте, вышел из кабинета.
Как можно было понять, Александр тоже работал здесь относительно недавно. Его перевели на более высокий уровень, и теперь он работал вместе с Хенкиным.
Проходя мимо дежурной части, мужчина невольно пробежался взглядом по людям, сидевшим на лавках. Среди них он заметил довольно знакомое лицо кажется, видел его пару раз.
— Кислов, давай поднимайся, — сказал Игнатьев, он грубо дёрнул парня за ворот куртки и буквально потащил его в кабинет.
Александр поморщился такие сцены ему никогда не нравились.
Он подошёл к телефону возле дежурной, набрал номер и стал ждать ответа, рассеянно постукивая пальцами по стене.
***
— Ну я же её ничем не обидел... — бурчал Хенк, сидя рядом с Мелом и медленно докуривая сигарету. Дым лениво поднимался вверх и растворялся в холодном вечернем воздухе.
— Она же девочка, — спокойно ответил Мел, хоть они и не такие близкие были но все же он немного переживал — Может, просто настроения нет, ты к ней ходил? — спросил парень, внимательно посмотрев на друга.
Увидев отрицательный кивок, он поднялся со своего места и поправил пальто.
— Так иди. Она уже по-любому не спит.
Через пару минут он уже шёл нет, скорее бежал в сторону квартиры Полины.
Но какое же разочарование его ждало, когда дверь открыла совсем не блондинка, а её мама. Женщина стояла на пороге и вытирала слёзы руками.
— Тёть Мадин, вы чего? — спросил он, растерянно глядя на неё и заходя в квартиру, когда она отступила от двери.
— Боренька... может, ты Полинку видел? Вы же в одной школе учитесь... — тихо прошептала Мадина, с надеждой смотря на парня.
— Я... не видел, — тихо ответил он, стараясь не смотреть ей в глаза.
Потому что понимал там будет боль. И он ничего не сможет с этим сделать.
***
— Кислов, сколько можно?! — раздражённо говорил Константин Анатольевич, стоя напротив парня. — Ещё год я тебя терплю и всё. Поедешь в колонию. Понимаешь это?
— Константин Анатольевич... я больше не буду, — буркнул Ваня, глядя куда угодно, только не на него.
У него и без этого всё шло наперекосяк. И слушать очередные нравоучения он точно не хотел.
Костя долго упирался, но у него и своей работы было выше крыши, и тратить время на какого-то обдолбанного пацана в его планы точно не входило.
Пару раз выругавшись, он всё-таки выставил его за дверь и отправил домой к матери.
Кислов быстро выбежал из полицейского участка и направился в сторону дома. Единственное желание что-нибудь поесть и лечь спать. Но, как оказалось, судьба приготовила для него совсем другие планы.
Он решил срезать путь и пошёл за здание полиции. Именно там рядом с ним резко остановилась машина. Дверь медленно открылась.
— Сука... — пробурчал он, натягивая на лицо улыбку и садясь внутрь. — И тебе привет.
За рулём сидел Пчёлкин. Спокойный, аккуратный, будто это была обычная дружеская встреча. Он поправлял волосы, глядя в маленькое зеркало.
— Ну что, как дела у тебя, друг? — спросил он почти весело.
— Да всё супер. У тебя как? — бодрым голосом ответил Киса, хотя сидеть рядом с ним вообще не хотелось.
— Мне такой настрой нравится, — усмехнулся тот, повернув голову. — Помощь твоя нужна.
— О чём ты? — непонимающе спросил Киса, постукивая коленкой.
— Да вот... Полина никак не может решить, чем ей в жизни заниматься, — спокойно продолжил Пчёлкин. — А я ж девушек не обижаю. Сам знаешь.
«Блять... только не это», — пронеслось в голове парня.
Только сейчас он начал осознавать, в какую жуткую ситуацию попал и как сильно подставил девушку.
— Так я ж тоже не обижаю... — пробормотал он.
— Ну тебе ж она никто. Ты ж быстро её сдал, — давил Пчёлкин. — Ну так что?
— А что делать надо? — тихо спросил Киса, понимая, что отвертеться не получится.
Пчёлкин медленно открыл бардачок и достал нож. Небольшой, но очень острый лезвие холодно блеснуло в тусклом свете.
— Можно сначала поговорить, — спокойно сказал он, крутя нож в пальцах. — А если долго думать будет...
Он слегка пожал плечами.
— Подумаешь без пальчика девочка будет.
— Не... ты что, я никогда— Киса действительно испугался, хоть и пытался этого не показать.
— Стрелять умеешь же, — усмехнулся Виктор, слегка наклонив голову и внимательно наблюдая за его реакцией.
— Да я никого не убивал! — выкрикнул Киса.
Но в ту же секунду почувствовал холод лезвия у своей шеи и сразу замолчал, осторожно отодвигая голову назад.
— Я много чего о тебе знаю, — тихо сказал Пчёлкин, глядя ему прямо в глаза. — Поэтому не советую строить из себя хорошего, даю тебе время до вечера, — спокойно продолжил он. — Я и сам могу всё сделать. Но боюсь... ей это не понравится.
Он открыл дверь машины.
Кислов буквально вывалился на асфальт и быстро пошёл прочь, почти не чувствуя ног. Сердце колотилось так сильно, что казалось сейчас выпрыгнет из груди. Ещё несколько минут он слышал за спиной звук машины, а потом всё стихло. Но ощущение холодного ножа на шее почему-то никуда не исчезало.
***
Полина уже который час сидела на тонком матрасе. В комнате было холодно, по полу гулял сквозняк, и она уже выучила наизусть каждый угол, каждую трещину на стене. Кто бы мог подумать, что всего пару дней назад она просто шла со школы, думая о каких-то мелочах.
А сегодня сидит здесь и ждёт своей смерти.
А будет ли она?
Может, он просто будет мучить её всю жизнь.
Ну не отпустит же он её просто так.
Но что вообще делать?
Выбежать невозможно. Да и ей никогда не приходилось сбегать из какого-то подвала психопата-одноклассника.
— Полина, воды принести? — раздался из-за двери новый мужской голос.
Девушка невольно вздрогнула и подняла голову. Интересно... сколько вообще людей работает на этого Пчёлкина? До этого она слышала только его самого и еще одного, а теперь ещё кто-то. Значит, он их не двое. Значит, всё ещё хуже, чем она думала.
Но отвечать она не собиралась. Всё-таки гордость у Полины оставалась, даже несмотря на то, где она сейчас находилась.
— Я вообще-то с добром, — продолжил голос спокойнее. — Есть хочешь?
Полина тихо фыркнула, даже не поворачивая головы.
— Был бы с добром выпустил бы.
Она сказала это холодно, почти равнодушно, хотя внутри всё сжималось. Есть хотелось ужасно. Желудок уже давно неприятно ныл от голода, да и пить хотелось не меньше. Но вдруг они что-то подмешали? Кто знает, на что способен этот Пчёлкин.
— Пока не могу, — спокойно ответил мужчина. — Я Валера, кстати.
Дверь тихо скрипнула, и он вошёл внутрь. В темноте вспыхнул луч фонарика, который на секунду ослепил Полину. Свет скользнул по стенам, по полу, по её лицу, а потом остановился на старом стуле, стоявшем у стены.
Мужчина подошёл ближе и поставил на него бутылку чистой воды и небольшую тарелку с едой.
— Я это есть не буду, — сразу сказала Полина и демонстративно отвернулась к стене.
— Хорошо, — спокойно ответил Валера. — Не ешь. Пусть стоит.
Он сказал это без раздражения, будто ему было совершенно всё равно. Затем развернулся, вышел из комнаты и аккуратно прикрыл за собой дверь.
Полина какое-то время просто сидела, уставившись в стену, пытаясь не думать о еде. Но запах всё равно постепенно начал наполнять комнату. Тёплый, домашний запах супа.
Она медленно повернула голову и посмотрела на тарелку.
«Была не была...» — мелькнула мысль.
Осторожно потянувшись, она взяла ложку и зачерпнула немного супа. Он всё ещё был тёплым что было странно, учитывая, что в комнате гулял холодный сквозняк.
Несколько секунд Полина просто смотрела на ложку, словно пыталась понять, не опасно ли это.
Потом всё-таки поднесла её ко рту.
Суп оказался обычным.
Никакого странного вкуса, никакой горечи или чего-то подозрительного. Просто обычный суп с какими-то специями.
***
Сидя за столом, Ваня смотрел на тарелку с только что разогретой картошкой с мясом. От неё поднимался пар, запах был обычный, домашний, но есть почему-то совсем не хотелось. Еда буквально не лезла в горло стоило только подумать о том, чтобы проглотить хоть кусок, как сразу начинало мутить. Он медленно водил вилкой по тарелке, размазывая картошку по краям, будто пытался просто занять руки. Несколько раз парень всё же подносил вилку ко рту, но каждый раз останавливался в последний момент и отодвигал тарелку дальше от себя.
Наконец он тяжело вздохнул, отодвинул её совсем и поднялся из-за стола. Аппетит пропал окончательно. Не сказав ни слова, Ваня ушёл в свою комнату и лёг на кровать, уставившись в потолок.
Минут двадцать он просто лежал, глядя в одну точку и прокручивая в голове одни и те же мысли. С одной стороны, он понимал, что поступил неправильно. Он сдал её. Сдал Полину, хотя знал, чем это может закончиться. Но с другой стороны... жизнь никогда не была справедливой. И его всегда учили одному сначала защитить себя, свою шкуру, а уже потом думать обо всём остальном. Так он и сделал. Только вот исход всё равно оказался дерьмовым.
Его размышления прервал звук захлопнувшейся входной двери.
— Вань, ты дома уже? — послышался голос матери из коридора. — Я в магазин заходила, тебе тут кое-что взяла.
Ваня медленно поднялся с кровати и пошёл на кухню. Мама стояла у стола и разбирала небольшой пакет с продуктами. Но что-то в её виде сразу показалось ему странным. На лице не было ни привычной усталости после работы, ни обычной суеты. В её движениях чувствовалась какая-то нервозность.
— Ма, всё хорошо? — спросил он, внимательно всматриваясь в её лицо.
— Всё хорошо, — почти автоматически повторила она его слова, даже не поднимая головы. Женщина отвернулась к раковине и налила себе стакан воды.
— Слыш, что такое? — сказал он, подходя ближе.
Когда она на секунду повернула голову, он заметил красные глаза и немного растёкшуюся тушь под ними.
— Чё случилось? — уже серьёзнее спросил он, аккуратно разворачивая её за плечи к себе.
— Да ничего... — пробормотала она, убирая его руки и тихо шмыгнув носом.
— Я ж не отстану, ты знаешь, — упрямо сказал Ваня. — Давай говори. Что случилось? На работе что-то?
Он снова взял её за плечи и слегка повернул к себе, одной рукой осторожно приподнимая её подбородок.
— Вань... — тихо начала она, закрыв глаза. — Я домой шла... а ко мне мужик какой-то подошёл. Начал приставать... вопросы задавать. Про тебя спрашивал.
Она на секунду замолчала, будто снова переживая этот момент.
— Я испугалась. Хорошо соседка рядом шла... он сразу ушёл.
Открыв глаза, женщина крепко прижалась к сыну, обнимая его.
— Я за тебя испугалась, Вань. Кто это был? Что им от тебя надо?
— Ма, ну всё, — тихо сказал он, обнимая её в ответ. — Всё нормально. Ошиблись, наверное. Успокойся.
Он говорил спокойно, но внутри у него уже всё неприятно сжималось.
Успокоив мать, Ваня быстро пошёл обратно в комнату. Подойдя к окну, он осторожно выглянул на улицу. И почти сразу увидел её, чуть дальше у обочины стояла уже знакомая чёрная машина.
Ваня тихо выругался себе под нос и быстро убрался от окна. Всё стало понятно.
Он накинул кофту и поспешил в коридор.
— Вань, ты куда? — удивлённо спросила мама, выходя из кухни.
— Сейчас приду.
И, перепрыгивая через ступеньки, быстро выбежал из квартиры.
На улице он почти подбежал к машине. Возле неё уже стояли двое Пчёлкин и ещё какой-то мужик постарше, которого Ваня раньше не видел.
— Я понимаю, сука, я мудак... — резко сказал Киса, едва подойдя ближе. — Но мамка-то тут при чём?
Пчёлкин закрыл глаза и раздражённо выдохнул сквозь зубы.
— На телефон ты не отвечаешь. Надо же было как-то тебя из дома вытащить, — спокойно сказал он. — Да и мамке твоей никто бы ничего не сделал. Не переживай.
— У меня просто сел, — быстро ответил Ваня, вытаскивая телефон из кармана и показывая его.
— Да мне похуй, хоть утопился бы, — равнодушно бросил Пчёлкин. — Время уже вечер. Надумал?
Он явно имел в виду их утренний разговор.
Ваня на секунду отвернулся в сторону, сжав зубы.
— Согласен... — тихо сказал он. — Только мамку не трогайте.
— Вот такой разговор мне нравится, — сказал он и, улыбаясь, похлопал парня по плечу. — Напишу, когда и куда.