Мафия 5/5
Девушка отвлеклась на шум вертолета, что разгонял пыль, паря прямо над ними. Ушиджима воспользовался моментом и выхватил револьвер из нежных рук дамы.
—Это конец твоих страданий и начало новой истории. Мы свергнем Короля.—голос такой спокойный и низкий, он буквально не верит, что что-нибудь может пойти не по плану. Он убрал оружие и протянул руку Хираи - та сидела с поникшей головой.
—"Неужели это конец..."—повторяла она, пытаясь осознать.
—Не понимаю твоей печали, женщина. Я дам тебе всё: платья, украшения, оружия. Такая девушка не должна быть в плену у безумца со своими проблемами.
—Почему вы все против него?—шептала она, но из-за шума ответа от главы вражеской корпорации не последовало.
С воздушного судна скинули веревку. Ушиджима подошел к Хираи, схватил ее за запястье, но та противилась как могла. Голова понимала всю паршивость ситуации, но тело не слушалось - борись до последнего. Глаза, наполненные слезами, смотрели на дверь, ведущую на крышу. "Войди, спаси меня, прошу!" — руки главы были куда сильнее женских, он одной рукой схватил женское тело и взвалил к себе на плечо. Веревка, скорее канат, начала подниматься, понемногу сокращая расстояние от крыши здания до вертолета. Треск. Звук вонзившейся в металл пули. Вертолет покачнулся так, что Вакатоши и Ария упали назад на крышу.
—Снизу!—крикнул кто-то с вертолета.—Приготовить винтовки!
—Иваизуми!—осенило черновласку.
—Просто временная помеха... Не так быстро!—резко придавив девушку рукой назад к холодному полу, чтобы та не убегала, он продолжил.—Ты слишком отчаянно пытаешься убежать, кукла.
—Разве в подобных ситуациях кто-то не станет сопротивляться?—нахально усмехнувшись, она сказала это настолько громко, насколько это было возможно, чтобы враг услышал каждое сказанное ей слово.
—Знаешь, я ненавижу, когда женщина много разговаривает.—громоздкое тело наклонилось к ней ближе, одной рукой схватив руки за запястья и прижав их выше головы девушки, а другой рукой Ушиджима потянулся за своим серебряным револьвером. Покрутив им у красных глаз Арии, он убрал его из ее поля зрения, продолжая обращаться к ней.—Женщины говорят так много и вечно не по теме. Их длинные бессмысленные речи, насыщенные лестью и ложью, бесполезны, но...—почувствовав его огромные руки на своих бедрах, как платье аккуратно поднимают, оголяя ягодицы, обнажая сокровенное. Ушиджима прижал револьвер дулом к интимному месту Хираи, пока та боялась шевелиться. —Другое дело, когда они стонут... Их сладкие, громкие стоны, сбившееся дыхание, закатывание глаз, прикусывание губ. —между ее ног револьвер с каждой секундой чувствовался все сильнее и сильнее. Звук стрельбы, шум вертолета над их головами, холодный пол, безысходность.
—Отвратительно. —процедила она, сжав его руку своими ногами, чтобы остановить его самоуправство.
—Ты сможешь насладиться моим членом, когда мы покинем это мерзкое место, кукла. А сейчас тебе лучше не противиться, пока я тебе ничего не повредил. Не сдерживай себя, твои стоны никто не услышит, кроме меня.
Время тянулось бесконечно долго. Холодный предмет между ее ног вставлялся все глубже и глубже, внутри из-за холода всё тянуло и болело. Его огромные ладони, пальцы и руки - всё исследовало ее тело, это было невыносимо. Но она лежала. Не сопротивляясь. Это конец. Лицо девушки ничего не выказывало, ни один ее мускул не дрогнул. Она молча терпела все манипуляции главы Шираторизавы, смотрела ему в глаза, пытаясь найти там хоть что-то, оставшееся от человечности.
Звуки стрельбы утихали, наверное много трупов у входа в здание. Неужели Ойкава проиграл? Неужели он так легко отдал победу, даже не брыкаясь? Неужели он так спокойно отдал Хираи в руки того, кого терпеть не может.
—Разведи ноги шире.—мужчина, отпустив револьвер, но продолжая держать кисти рук девушки над ее головой, начал расстегивать себе ширинку на брюках, тяжело дыша. —Ты прочувствуешь меня изнутри, я очищу тебя от Него...Как часто он использовал тебя для ублажения, а?...
Но Он ее не то, чтобы не хотел... Он хотел ее больше всего на свете. Он желал ее страстно и яростно. Во всех позах, во всех местах, в любом настроении, в любом одеянии и без него. Тоору представлял ее, мечтал о ней, фантазировал. В офисе, в ресторане, в туалете, в спальне, лежа в кровати. В баре, пока руки какой-то проститутки энергично "гладили" его член, Он думал лишь о Ней. Наматывая какие-то чужие светлые сухие волосы себе на кулак, слыша как захлебывается та, что сдерживает крики боли, пока Ойкава вдалбливается в нее, Тоору представлял Ее мягкие, черные, длинные, пленящие волосы... Мечтал уткнуться в них, зарыться носом, вдыхать ее запах. Он хотел ее не по-животному, он желал ее не так, как всех. Усыпать ее нежное тело поцелуями, скользить языком по ее гладкой коже, шептать на ушко пошлости, чувствуя, как лицо ненаглядной пылает. Смотреть на ее лицо, как она прикрывает глаза от удовольствия, довести ее до оргазма... Оставлять влажные следы на внутренней стороне ее ноги, чтобы она тряслась от удовольствия... Исследовать все пальцами, заставить изгибаться, кричать его имя... Перепробовать с ней всё и абсолютно везде.
Он хотел ее, но не мог. Тоору не мог себе позволить по разным причинам. Несмотря на свою холодность, неопределенность, скрытость и неумение правильно и грамотно выражать свои эмоции, предпочитая либо отмалчиваться с убийственным взглядом, либо злиться, Ойкава был самым чувственным человеком, которого он только знал. Он не мог заставить ее заниматься с ним любовью, все только по согласию. Он не разрешал себе тронуть беззащитную, ведь в его руках она таяла, словно снег, и ему это так нравилось. Ее дикие глаза, выражающие поддельное недовольство, но тело, помнящее эти его руки, знающие все его движения, его тепло, его ласку. Эта противоречивость и расхождения разума с телом возбуждали его еще сильнее, призывали испытывать ее чаще, чтобы наслаждаться этим бесконечно.
Но Шираторизава забрала это. Забрала то, чем Ойкава дорожит больше всего. Забрала ту, за которую он готов на всё. Шираторизава снова пытается отнять самое дорогое, он снова хочет лишить Тоору всего.
—Хираи!
—"Пришел."—улыбнулась она ему, продолжая лежать на ледяном полу с поднятым платьем, обнажившим тело. —"Ты пришел меня забрать."
—Черт, явился все же.—застегивая ширинку брюк, ругался оглушительным басом Ушиджима. Вытащив пистолет из девушки, он поднял ее, оставив в растрепанном виде, завел ее руки за спину, приставив курок к нежной шее.
—Да как ты посмел, ублюдок.—запыхавшийся Король с застывшей злостью в глазах, но совершенно спокойным голосом и лицом, державший перед лицом автомат, направленный на врага. Ушиджима сжал рукой щеки Хираи, дразня его.
—Как ты откопал такое золото? Фигура, лицо, голос... Видел бы ты как она намокла от моего револьвера, и как умоляла войти в нее. Неужели ты ее не балуешь подобным?
—Ты проиграл.
—Разве? Издеваешься?—но Хираи, посмотрев на отражения в стекле, заметила красные точки над головой Вакатоши.
—Мои люди окружили твоих, положив почти всех. Иваизуми и его наряд нацелены на тебя. Сдавайся.—спокойно выдохнул Тоору, подняв подбородок, выражая уверенность в победе. В тот же момент кто-то в бордовом одеянии ворвался на крышу через ту же дверь, что и Тоору, но был мгновенно расстрелян.
—Похоже я взаправду проиграл... И что же ты хочешь? Убить и меня тоже? —смеялся глава Шираторизавы, не понимая планов соперника. —Так ты конкурентов устраняешь?
—Ты же знаешь, что я не смогу убить тебя так легко, у тебя всегда есть запасной план, да, Ушивака?—улыбнулся Тоору. Хираи совершенно не могла прочитать лицо того, кого так отчаянно ждала. Он сейчас такой далекий, такой забвенный, такой неизвестный. —У тебя то, что мне нужно, а также моя напарница.
—Так у вас сугубо деловые отношения?—усмехнулся тот.
—Предлагаю разойтись мирно. Ты остаешься свободным и живым, но отпускаешь ее. Я освобождаю твоих людей.
—Я говорил тебе, что компромиссам нужно учиться, а ты не слушал.
—Не тебе в такой ситуации диктовать правила, знаешь ли. На кону твоя жизнь тоже.
—Почему ты не хочешь присоединяться ко мне, но также не даешь другим сделать это? Ты такой жадный или это конкуренция?
—Что ты блять несешь? Похищать моих людей, пытаться отнять у меня все, что я сам строил, это по-твоему адекватно?
—Аобаджосай упала тебе в руки не по божьей воле, а благодаря твоей родословной, наследник-принц. Ты испортил компанию, заставляя людей делать грязную работу, чтобы подчинить себе людей. А что дальше? На кого вся обида? Почему страдают неповинные?
—Я наказываю виноватых, не путай.—похолодел Ойкава.
—Твои люди связаны с наркотиками.
—Как и твои.—наступило молчание. Оба капитана были напряжены, обстановка накалилась до предела, стало тревожно.
—Я не хочу, чтобы город был под властью безумца, Ойкава.—отрезал Вакатоши, толкнул Хираи вперед, в руки Тоору, а сам прыгнул с крыши вниз на балкон здания.
—Трус!—яростно крикнул Иваизуми, упустив врага из виду. Верный соратник, преданный друг и отличный товарищ уже был готов, держа в руках снайперскую винтовку, находясь на соседней крыше.
—Хираи!!!—крикнул Тоору.
«Его крик, такой душещипательный, что я готова упасть в его объятия и раствориться, расщепиться на атомы. Я готова бежать. За ним, к нему, убегать от него, улыбаясь, ожидая, пока он меня поймает. Когда меня накроет волной, озарит и согреет теплом его улыбки, когда он прижмет меня к себе, словно самое дорогое, что у него когда-либо было. Он мне так нужен, как никто другой. Я люблю его. Нет, я очень его люблю, сильнее, чем кого-либо на этом свете. Я живу им. Я живу этой нахальной мордой, дышу этим опьяняющим запахом его одеколона, смешанного с крепким виски или ромом. Я не могу без него»
И она бросилась в его объятия, забыв обо всем. В растрепанном платье, потеряв туфли, заплаканная и испуганная. Слез почти не было, только радостные или наоборот грустные всхлипы. Его сердце бешено билось, пульсируя, отдавая в голову. Руки крепко сжали невинное тельце, закрыв ее голову своей.
—Нашел. Я тебя нашел. —шептал он дрожащими губами, улыбаясь. —Смог.
—Я тебя дождалась. —еле подбирая слова не в силах поверить, она целовала его, начиная губами, заканчивая шеей.
—Я же говорил, что не позволю тебе пропасть еще раз. —усмехнулся он, убирая пряди с заплаканного лица за ухо.
—Не порть момент. —съязвила она в ответ, собираясь вставать, но все тщетно. Он потянул ее назад к себе, вновь сжал в объятиях и прошептал.
—Стой. Позволь запомнить это... Блять, я так скучал.. —еле слышно проговорил он прямо ей на ушко, зарываясь лицом в ее длинные волосы, дабы спрятать слезы. —Я так боял..
—Молчи. —вырвавшись из его рук, она упала на него, затыкая его поцелуем, обрывая на фразе, которую никогда не позволит ему озвучить. —Бесстрашный герой...
********************************************
Теплая ванна, запах сигарет, белые мраморные стены.
—Если будешь и дальше так двигаться, то раздавишь мне кое-что. —с упреком сказал он, укладывая ее тело на себя.
—Мне... Ну, просто.. Мы никогда не принимали ванну вместе... Я.. Тоору, пепел мне в лицо летит! —она отскочила от него и села напротив него, облокотившись на ванный бортик рукой. Белая ванна была довольно просторной, так что мест хватало всем. Хираи подогнула ноги, согнув в коленях, и положила свой подбородок на них.
—Ты чего? —прошло несколько часов с того момента на крыше, когда герой отыскал свою принцессу, вернув ее назад в башню. Но итог сказки не подразумевает собой печаль принцессы, она была безумно счастлива вернуться. И убегать ей уже не хочется... О другом она и не могла мечтать.
Потушив сигарету о пепельницу, Ойкава зачесал рукой волосы назад и начал пристально всматриваться в лицо девушки, в то время как она пыталась найти что-угодно, чтобы задержать свой взгляд, дабы не смотреть в его глаза. —Ты меня стесняешься?
—Ну, я... Мы когда успели так сблизиться? Я упустила этот момент, напомнишь?
—Перестань. —проигнорировав ее слова, парень аккуратно приблизился к черновласке. —Прекрати скрывать самое красивое тело на Земле.
—Ты своим шлюхам тоже это говоришь?
—Я сказал, прекрати. —тонкие длинные пальцы переплелись с женскими. В его словах не было раздражённости или злости. В глубине души он был рад, что ему удалось уломать ее на совместное проведение банных процедур, но показывать эту искреннюю радость - не в его репертуаре.
Ария медленно опустила колени, обнажив грудь. Пена с запахом меда закрывала интимную зону, как ее, так и его, так что находиться настолько близко было не таким уж невыносимым.
Даже сейчас, сидя с ним, она ощущала себя ничтожно: почти все ее тело было в ссадинах и синяках. «Откуда? Я же не валялась на каждом углу!»
Его тело было как всегда безупречным. Кожа гладкая, рельефные мышцы, оседающие капли пара оккупировали его грудь. —Если тебе так неловко со мной сидеть, зачем согласилась? —Ойкава прекрасно знал, что озвучить ответ ей не позволит гордость, потому лишь усмехнулся и закурил новую сигарету.
—Как давно ты куришь?
—Давно. Просто при тебе было совестно курить. Вдруг опять подсядешь, хах.
—Ты говоришь это так, словно я наркоманка.
—Но ведь это так: я - твой наркотик.
—Слащавый.
—«Ни дня без его издевательств... А ведь недавно он почти рассыпался... Как же быстро у тебя меняется настроение. Настанет день и ты меня оттолкнешь, ведь так?»
—О чем думаешь, задумчивая?—нарушил он угнетающую тишину.
—О тебе.
—О том, как я прекрасен?
—О том, что ты просто играешься со мной. О том, почему ты все-таки спас меня.
—Ты настолько глупа и слепа? —на секунду его лицо изменилось: брови нахмурились, а глаза похолодели. —Хираи, это ты играешь со мной. То убегаешь, заставляешь меня голову ломать, то падаешь в объятия, плавясь. То ни на метр к себе не подпускаешь, то разрешаешь мне дотронуться до тебя, целовать твои губы, вкушать тебя...Когда ты станешь простой?
—Это мой вопрос к тебе: когда ты станешь...
—Никогда. И ты тоже никогда не будешь обычной. Ведь обычные люди скучны, а ты другая. И я люблю это в тебе. Черт, Ария Хираи, я люблю тебя, понятно теперь? И я прошу тебя никогда, блять, никогда не оставлять меня.
Забыв о стеснении, она потянула его на себя, подкрепляя обещание быть всегда рядом с ним поцелуем. Не отрываясь от сладких губ, он потушил которую по счету сигарету, зарываясь пальцами в ее волосы. Ее ноги обвили бедра Тоору, не давая ни шанса сбежать. Оперевшись одной рукой на бортик, он исследовал ее губы, проникая языком, лаская. Затем, повалив ее на себя, он усадил девушку к себе на бедра.
—Ты возбудился от поцелуя? —посмеялась она, покраснев.
—Но ведь меня целует самая лучшая женщина в мире... —продолжив поцелуй, усадив девушку чуть выше, чтоб ее не смущала твёрдость, упирающая ей в ягодицы, он разозлился и закрыл свое лицо ее волосами.
—Что-то не так? Почему ты злишься?
—Блять, как он.. Как он посмел трогать тебя.. А я? Я просто дал ему уйти... Я бы порвал его, я б уничтожил, я бы...
—Тоору... —тихо позвав его по имени, она обняла его за голову, прижав к своему сердцу. —Успокойся, все хорошо. Я с тобой, я никогда не покину тебя, я буду всегда на твоей стороне. Он больше не притронется ко мне, я обещаю... Если тебе противно, что я ипорчен...
—Поцелуй меня. —подняв глаза, он прошептал. Было ощущение, словно он сейчас растает на ее руках. Приказ был исполнен, она снова прильнула к его пленяющим губам. Ее руки скользили по его телу, касаясь каждой мышцы и каждого напряженного мускула. С каждой секундой возбуждение росло, а дыхание все сильнее сбивалось. Продолжая сидеть на его корпусе, Ария стала замечать, что бедра двигаются сами. —Кто бы говорил о возбуждении, Ария...—улыбнувшись, хихикнул ей в губы. —Знала бы ты как сильно я тебя хочу... Как яро я хочу сделать тебя своей...
—Словно я вещь?. —оборвала она его, не прерывая поцелуй.
—Ты не вещь, ты моя самая любимая и единственная женщина. —промурчал он ей в губы, наконец войдя в нее во всю длину.
Йо! Давно не было глав, да?) Наверное глупо извиняться, ведь я каждый раз это делаю. Идей не было совсем. У меня были вариации развязки, но все не то...
Не планирую завершать эту историю, 4-5 глав, думаю, еще будет (я надеюсь) Если есть ИДЕИ, о чем писать, если хотите материально помочь, чтобы главы выходили чаще, если есть пожелания или критика, то приветствую вас в соц.сетях (можете спросить, я вам дам контакты) или по номеру телефона: 89089846564
Спасибо, что еще читаете, что не забыли, за все добрые слова, мне бесконечно приятно, всех люблю, каждого обнимаю и целую в лобик, до скорой встречи!