When you're ready
Она работала в кафе, в Торонто. Обычная официантка, но ещё она умела хорошо петь и нередко выходила на маленькую сцену в этом скромном, но уютном заведении, и развлекала гостей своим пением, скрашивая обычную обстановку, царившую в зале. В нём постоянно играла музыка с какой-то радио волны, так монотонно и однообразно, что посетителей было не так много, как хотелось. В основном это были молодые пары, бухгалтеры, зашедшие перед работой на чашечку ароматного кофе с молоком ну или просто случайные прохожие.
\твоё имя/ часто обслуживала какую-то пожилую дамочку, лет так пятидесяти. Она всегда заказывала ромашковый чай и ежевичный пирог, часто захаживала в это кафе, по словам женщины, во время прогулки, а потом долго сидела за столиком у окна и теребила край своей кружевной шляпки.
Сегодня она тоже пришла, села за тот же столик и стала ждать, пока к ней не подойдут.
— Здравствуйте, что будете заказывать? — пропела /твоё имя/. Настроение у неё было удивительно хорошим.
Женщина рассеянно огляделась и, как только увидела перед собой /твоё имя/, улыбнулась.
— Ой, здравствуй, — воскликнула она, тряхнув короткими волнистыми волосами. — Как всегда, дорогая, ты знаешь.
— Хорошо, поняла, — девушка вырвала листочек из блокнота. Она уже хотела развернуться и пойти оповестить о новом заказе, как женщина придержала её за локоть.
— Дорогая, — обратилась она к /твоё имя/. — ты сегодня будешь петь? Уж очень хочется услышать твой замечательный голосок. В прошлый раз получилось, право, изумительно.
— Очень может быть, — улыбнулась девушка и летящей походкой устремилась ко входу на кухню. Она улыбнулась своему отражению в зеркале на двери и, поправив волосы, отдала бумажку с заказом.
Обычно она не так часто смотрится в зеркала и уж точно не улыбается им, но настроение изрядно поднялось и хотелось петь.
У этого кафе был жутко злой управляющий — высокий, худощавый мужчина с пронзительными ярко-зелёными глазами. /твоё имя/ побаивалась его в первые дни работы и пыталась особо не выводить из себя, но со временем привыкла к этому тирану, и к его ворчливости она относилась не так, как к чему-то плохому и даже иногда подшучивала над ним.
— /твоё имя/, — раздражительно произнёс он, незаметно подойдя сзади. — почему ты до сих пор не на сцене? — он махнул рукой в сторону зала. — Хочешь, чтобы я разорился? Ану, марш!
— Уже бегу, — радостно воскликнула девушка. Её хороший настрой ничем нельзя было подпортить, по крайней мере, до вечера.
Она легко вспорхнула на сцену. Заиграла приятная мелодия — Shawn Mendes — When You're Ready. Боже, как же ей нравилась эта песня. Особенно в исполнении Шона. Девушка взяла микрофон и начала петь, плавно лавируя между строками песни.
Зал наполнился новой музыкой, такой нежной и спокойной. Все сидящие за своими столиками устремили взгляд на сцену и молча слушали. А та дамочка, сидящая у окна, уже пила свой ромашковый чай и улыбалась, ободряюще кивая /твоё имя/.
Летая мыслями где-то далеко за городом, на крыльце своего дома под мягкими лучами заходящего солнца, девушка прикрыла глаза. Солнце действительно садилось, прячась за далёкий горизонт, наполняя зал оранжевым светом.
Раздался еле слышный звоночек — колокольчик над входной дверью, оповещающий о новых посетителях. Его почти никто не заметил, но /твоё имя/ заставил приоткрыть глаза. И тут случилось неожиданное. В кафе вошли трое. Так незаметно и незначительно для других. Двое людей, почти одинаковых, в чёрной одежде и один высокий кудрявый парень в толстовке пудрового розового цвета. /твоё имя/ сразу же узнала его. Её сердце пропустило один удар, а голос незаметно дрогнул. Она ошарашенно следила за Шоном, проходящим меж столов в сторону сцены. В её сторону. Она даже не перестала петь. Парень зашёл за сцену. /твоё имя/ попыталась мысленно переключиться на что-нибудь другое. На зрителей. Вот та женщина до сих пор смотрела на неё и улыбалась, какой-то мужчина прищуренно смотрел на сцену, изредка поднося чашку к губам, а вон...
Её мысли прервал голос. Мужской голос. Совсем рядом. Голос самого исполнителя песни. « Don't know why I try 'cause there ain't nobody like you...» — пел Шон.
/твоё имя/ повернулась к нему. Он стоял буквально в шаге от неё, так, что она могла дотянуться до него рукой. Она видела его улыбку выглядывавшую из-за микрофона и глаза, в которых плясали озорные искорки. Они были направлены только на неё. Их голоса звучали в унисон, сливаясь воедино.
«Familiar disappointment every single time I do...».
Так просто и легко. До дрожи приятный голос Шона разливался по всему телу приятным теплом. Знаете, когда зимой, в жуткий холод, пьёшь горячий чай, который с каждым глотком согревает и ты уже не считаешь зиму холодным и гнусным времнем года, и каждое лето ждёшь его, чтобы всего лишь попить горячий чай и снова испытать те чувства.
Середина песни. /твоё имя/ замолчала. Она хотела, чтобы её любимые строчки в этой песне исполнил именно Шон. Беспокойство и волнение пропали, как и всё остальное. Только они вдвоём и лучи заходящего солнца, отбрасывающие на волосы парня оранжевые тени.
«Even ten years from now If you haven't found...».
Шон протянул /твоё имя/ руку, а она аккуратно вложила в неё свою. Парень чуть сжал её пальцы и, не отпуская, посмотрел в её глаза. « And if I have to, I'll wait forever. Say the word and I'll change my plans
Yeah, you know that we fit together...».
Шон держал её за руку, улыбался и пел. /твоё имя/ могла поклясться, что в это мгновение она любила его, как никогда раньше. Хотелось, чтобы этот момент никогда не заканчивался.
Шон поднёс руку /твоё имя/ к лицу и едва коснулся губами.
— Прекрасно, — прошептал он так, что могла слышать только она. Затем, наконец, отпустил её руку и гостеприимно раскрыл перед ней объятия. /твоё имя/ приникла к его груди, звонко рассмеявшись.