Глава 8
На следующий день я попросил секретаря узнать у воспитателя, как зовут ребенка, который вчера упал. И выяснилось, что Эйден. Вскоре сеуретарь принес мне папку с его личной документацией, которую я изучал около часа, не отрываясь и перечитывая ее много раз. Эйден Мейсон, 5 лет, в свидетельстве о рождении отец не указан, только его папа - Итан Мейсон. Теперь я знаю о них чуть больше.
Внезапно телефон зазвонил, и я тут же поднял трубку. Это был папа.
- Да, пап? Привет, как ты? Как прошел день? - опережаю я и улыбаюсь самому себе.
- Привет-привет, сынок, я нормально, вот, весь день сериал смотрю, - смеется, и я слышу, как на фоне ворчит отец.
- Отцу привет передавай. Как он?
- Да постоянно ворчит! Сериал мне не дает посмотреть, - папа возмущается, и я прям представляю уже, как отец переводит взгляд на папу и морщится. Начинаю смеяться и слушать их очередную незначительную перепалку, после которой они, как всегда это бывает, посмотрят на друг друга и рассмеются. Но пока что они все еще друг на друга ворчат.
- Пап... - начинаю я и замолкаю тут же, набираясь смелости. - Мне кое-кто очень понравился.
- Правда?! - папа тут же переключается с отца на меня. - Кто он? Как выглядит? Я хочу его увидеть!
- Еще все слишком непонятно, - тщательно подбираю слова. - Мы виделись раза два-три, и у него есть ребенок. И я все еще не знаю, есть ли у него супруг или возлюбленный.
- Да-а, ситуация, конечно, интересная, - на выдохе протягивает папа. - Но знай, Феликс, для нас с отцом важно твое счастье, поэтому если ты будешь счастлив с ним, то мы тоже! И не важно, есть ли ребенок или нет. Чужих детей не бывает.
По щеке отчего-то бежит слеза, губы слегка дрожат и во рту сухо. Я тихо благодарю папу. Вскоре мы прощаемся, и напоследок я обещаю на днях их навестить.
День проходит в раздумьях и мечтаниях о нем. И, не дожидаясь конца рабочего дня, я сажусь в машину и мчусь к брату в клинику.
- Винсент, мне нужна будет твоя помощь, - я врываюсь в кабинет брата, широко распахивая дверь.
- Что у тебя за дурная привычка врываться ни с того ни с сего? - возмущается и откладывает бумаги в сторону. - Чего тебе?
- Винсент, они ведь к тебе еще придут?
- Кто? - бровь Винсента поднимается, а после он тяжело вздыхает. - А, понял. Да, придут через девять дней.
- Винсент, задавай какие-нибудь наводящие вопросы, чтобы узнать про его семейное положение, прошу.
- Ну, это неправильно. Врачи не должны такое спрашивать, - тут же отвечает и осуждающе на меня смотрит, а я поджимаю губы. Сдаваться сейчас нельзя!
- Ну, Винсент, прошу! - подбегаю к столу и опираюсь на деревянную лакированную поверхность. - Я узнал, что омегу зовут Итан, а его сына - Эйден. У мальчика в свидетельстве о рождении не написан отец. У меня теперь вся надежда на тебя, Винсент.
Брат цокает языком и закатывает глаза, а после немного ослабляет свой горчичного цвета галстук на шее.
- Ладно, что-нибудь придумаю.
- Правда? - я стою радостный и улыбаюсь, хотя, честно сказать, готов прыгать и кричать от радости.
Вскоре брат закончил с работой, и я ему предложил переночевать у меня, с чем он быстро согласился. Я стараюсь особо не расспрашивать насчет его бывшего супруга и как обстоят дела, потому что брат все еще не особо желает обсуждать эту тему. Я знаю лишь то, что они продали квартиру, разъехались и подали на развод. И теперь будни брата стали еще ужаснее: много работы, ежедневное возвращение в съемную квартиру, обставленную запечатанными коробками, и плохой сон.
Мы едем на моей машине ко мне домой, за окном уже стемнело и стало немного прохладно.
- Если он окажется свободен, мне уже начинать считать мальчишку своим племянником? - внезапно говорит Винсент и смеется, а я улыбаюсь. Было бы славно.
- Я наверное ненормальный, - тихо смеюсь, - я уже никого не могу представить рядом с собой, кроме него. И ребенок у него хороший, воспитанный очень и красивый. Как и он сам.
- Ну, мне тогда придется прям постараться и выведать на приеме столь личную информацию ради своего брата, - Винсент смеется, а я снова улыбаюсь, надеясь, что удача будет на моей стороне.
Следующий мой день прошел снова в мыслях, надеждах и раздумьях. К вечеру я поехал к родителям, чтобы навестить их и подробнее рассказать о всей по пазлам складывающейся ситуации.
- Ох, сложновато все звучит, - папа в третий раз разливает по кружкам чай. - Говоришь, мальчишка недавно ногу повредил, и ты его к Винсенту повез?
- Да, а еще у нас с Винсентом есть план. Ну, по крайней мере, он его будет воплощать в реальность, - тут же добавляю и отпиваю из своей кружки вкусный чай с мятой.
- Вы как дети, - возмущается папа и садится напротив. - Но впрочем неудивительно. Яблоко от яблони...
Папа не успевает договорить, как отец начинает тут же ворчать:
- Ты чем-то недоволен? - отец откладывает журнал с кроссвордами в сторону.
- Я ничего такого не сказал! - папа подскакивает и поворачивается к отцу. - Ты за мной тоже бегал и не знал, что бы еще сделать, чтобы я с тобой был, - папа улыбается, скрещивая руки на груди.
- Я был дураком, - тут же отвечает отец, снова взяв в руки тот журнал. - Теперь дело близится к старости, а спокойствия никак нет.
Я сижу и почти давлюсь чаем, наблюдая за их очередной перепалкой. И вот смотрю на них, понимаю, все это они говорят не всерьез, лишь шутя друг над другом.
Я погостил у них еще недолго, наверное, полчаса и поехал к себе в дом. Пустой и неуютный. И самое болезненное, что я не могу приехать к ним. Постоять на пороге, попить чай, просто увидеть их - неважно что! И я все еще не знаю, почему меня зацепил именно Итан, почему меня так тянет к нему.
Приехав домой, я стянул с себя по пути в душ пиджак и галстук, а там уже и оставшуюся одежду. Чувствую себя очень уставшим и не знаю из-за чего больше: из-за рутины на работе или из-за ежедневного возвращения в пустой и как будто нежилой дом?
Через девять дней после обеда мне поступил звонок от брата, и я тут же судорожно схватил телефон.
- Винсент, ну что там? - я не дышу, слышу лишь биение собственного сердца и звук нервного постукивания моей ноги о кафель.
- И тебе привет, - тут же ворчит, а я уже не могу удержаться, меня почти трясет от предвкушения.
- Винсент!
- Я узнал, что у него нет супруга, - отвечает брат и я выдыхаю. - Так что можешь радоваться и вилять хвостом перед своим Итаном. И, кстати, мой племянник уже полностью здоров.
- Он еще не твой племянник, - тихо поправляю я. - Теперь осталось узнать, в отношениях ли Итан.
- Не исправляй своего старшего брата! Я всегда уверен в том, что говорю, - я цокаю и делаю громкий вздох. - Я у Эйдена спросил сегодня об этом. Ну, есть ли у его папы кто-то. Ответ был отрицательным.
- При Итане?!
- Я, по-твоему, совсем больной что ли? Я отправил Итана в другой кабинет печать поставить и сказал, что пока осмотрю Эйдена. Ну, а мальчишку естественно аккуратно расспросил в это время.
- Ты лучший! Я всегда восхищался тобой, ты это знал? - моей радости нет предела. Эта маленькая победа разожгла во мне новые желания и мечты.
И я, обретя новый порыв силы и надежды, очень быстро поблагодарил брата снова и скинул трубку, после чего молниеносно выбежал из своего кабинета. Найдя в соседнем корпусе воспитателя Эйдена, я тут же расспросил и записал номер телефона Итана, сказав, что я просто хочу позвонить и узнать, как чувствует себя мальчик.
Моему счастью не было предела, потому что, вероятно, сегодня я, наконец, услышу его голос...