Часть 29
В автобусе Пчела с Космосом попытались разузнать – кто их задержал и за что. Но ни на один их вопрос никто и не подумал ответить. А когда, немного осмелев, Пчела начал было качать права, сидевший рядом с ним боец коротким и резким ударом расквасил ему нос, ты крикнула, боец посмотрел на тебя и ты сразу же замолчала ты взялась за лицо мужа и посмотрела в его глаза
Всю оставшуюся дорогу в машине стояла гробовая тишина.
Окна в автобусе были занавешены, поэтому никто из задержанной четвёрки не видел, куда их везут. Но ехали долго. Сначала по московским улицам, останавливаясь на светофорах и то и дело сворачивая. Потом, видимо, по шоссе – с одной и той же скоростью и все время прямо. А под конец автобус начало так раскачивать и трясти, что стало ясно – они свернули на какой-то проселок.
Наконец тряска прекратилась, автобус остановился, и один из бойцов вышел на улицу. Через пару минут он вернулся, сунул голову в салон и доложил:
– Чисто.
Космоса, Пчелу, т/и и Шмидта вытолкали из автобуса, только тебе подали руку. Вокруг был тихий, засыпанный девственным, нетоптанным снегом лес. В полной тишине слышался только заунывный шум ветра в голых кронах деревьев да сухое потрескивание трущихся друг о друга веток. Бойцы подхватили пленников под руки и поволокли по снежной целине в глубь леса. При этом ни один из конвоиров по-прежнему не произносил ни слова. Замыкал процессию крепкий парень с четверо лопатами на плече.
Космос и Шмидт, с т/и шагали молча. Зато Пчела беспрерывно крутился из стороны в сторону, пытаясь поймать через прорезь маски взгляд тащивших его бойцов, и довольно жалко лепетал:
– Мужики, вы что? Ну поехали бы в офис, потолковали бы, решили все проблемы… Кос, что ты молчишь?.. Ребята, ну хватит уже, в самом деле, а?..
Ему не отвечали, и только один из бойцов, чувствительно пихнув его в бок автоматом, раздраженно буркнул:
– Шагай давай, герой… Конвой остановился у небольшой, поросшей редким кустарником и камышом лощинки. С пленников сняли наручники
Пчела снова завертелся юлой, попытался сопротивляться и еще раз получил по сопатке. После этого он кубарем скатился в лощину, следом полетел оторванный рукав его стильного кашемирового пальто. Шмидт нагнулся ему помочь, и тут в слежавшийся снег рядом с ними одна за другой вонзились четыре лопаты.
Ты испуганно посмотрела на бойцов
– Ребят, да вы что, обалдели?.. – размазывая грязной рукой кровь по лицу, пробормотал Пчела. – Ну хорош уже, все…
– Копайте, – приказал коренастый мужик с пистолетом в руке – видимо, старший.
-слушай может бабу не будем трогать? У неё по любому ребёнок есть жалко будет!
Тут старший посмотрел на него и тот сразу же замолк, это был парень котрый подал тебе руку.
Пчела неотрывно и испуганно смотрел на лопаты.
– Мужики, вы чего?.. – вытаращил глаза на конвоиров Космос.
– Копай, падла! – прикрикнул старший и направил на него пистолет.
Ты испуганно начала отходит назад.
Тут один из бойцов направил на тебя пистолет
-а ну быстро подошла к своим!
Ты мгновенно Подошла к ребятам и взяла лапату самой первой.
Пчела вздрогнул и, переглянувшись с Космосом, нагнулся за лопатой. Шмидт, набычившись, неотрывно смотрел на бойцов, выстроившихся цепью на вершине лощины. Космос потянулся было к лопате, но, глянув на Шмидта, резко, словно обжегшись, отдернул руку.
Тогда холодно и сухо клацнули затворы автоматов.
– Оглохли?! – яростно рявкнул тот, кто нес лопаты. – А ну копайте! Два на полтора и в глубину два.
– С них и метра хватит, – махнул рукою старший. – Копайте.
Выматерившись вполголоса, лопату взял Шмидт, а за ним – и Космос.
Штыки лопат ударили в промерзлую землю. Сначала дело шло туго – застывший грунт поддавался с трудом. Впрочем, земля промерзла неглубоко, вскоре почва стала мягче, а потом и вовсе
захлюпала под ногами. В лощине оказалось замерзшее болотце.
Через 40 минут вы уже все выдохлись.
– Эй! – крикнул он пленникам. – Ну все, хватит!..
Парни в яме выпрямились и испуганно переглянулись. Только ты смотрела на них вкопанным взглядом.
– Лопаты наверх, – холодно скомандовал офицер.
– Командир, вы что, серьезно?.. – дрожащим голосом спросил Пчела.
– Да нет, мы шутим, – мрачно хмыкнул старший и раздраженно прикрикнул: – Давай лопаты, ну!..
Побледневший Космос медленно положил лопату на край ямы. Чуть помедлив, то же самое сделали Пчела и Шмидт. А ты просто кинула ее под ноги бойцам.
– Мужики, вы что, вы что?!.. Ну шуганули, и все… Ну хватит, мы поняли… – взмолился Пчела. – Мы все уже поняли…
Космоса внезапно начала бить крупная дрожь. Он опустил голову и до боли сцепил зубы. Шмидт исподлобья буравил взглядом прорезь маски на лице офицера.
Вдруг Пчела не выдержал и, оскальзываясь, полез из ямы наружу – прямо на конвоиров. Бойцы тут же вскинули автоматы. Шмидт схватил Пчелу за шиворот и сдернул обратно:
– Витя, куда?! Они же на полном серьезе!..
– Приготовились! – скомандовал старший. Стволы автоматов поднялись и нацелились на стоящих в яме. Над лощиной нависла вязкая, тягостная тишина. Ветер стих, птицы улетели – в лесу не было слышно ни шороха.
– Это ж беспредел, вообще… – прошептал Пчела побелевшими губами.
– Братка, ты меня прости, если что не так было… – глухо произнес Космос. Он нащупал руку друга и крепко стиснул ее в своей.
Пчела вцепился в его ладонь обеими руками и. зажмурившись, уткнулся лицом в его плечо. Его колотило, как в лихорадке…
Ты же взялась за рукав Шмидта и просто закрыла глаза
Шмидт беззвучно выматерился. Он как завороженный смотрел остановившимся взглядом в черную точку ствола автомата ближайшего к нему бойца…
Сверху раздалось короткое:
– Огонь.
И тут же лесную тишину вспорол оглушительный треск автоматных очередей. Яростно трясясь в руках бойцов, «калаши» поливали лощину свинцом, в снег сыпались горячие гильзы, а над камышом потянулся сизый дымок пороховой гари.
Вдруг стрельба стихла. Офицер отвернулся от лощины и, махнув рукой бойцам, направился к дороге.
– Ну все, поехали, – небрежно бросил он. – Лопаты возьмите.
В полной прострации полуживые от страха пленники смотрели, как вниз спустился шустрый парнишка, подхватил лопаты и быстро полез наверх – догонять своих товарищей. По лесу еще гуляло гулкое эхо от выстрелов, а на краю лощинки уже не было ни души…
Космос и Пчела подняли свои руки – их пальцы переплелись в мертвой хватке и разцепить их они не могли. Оба молчали, только тяжело, с присвистом дышали. А побелевший Шмидт издал какой-то странный звук – то ли вздох, то ли всхлип.
Ты же вздохнула полной грудью.
Космос медленно оглянулся – несколько метров голого кустарника позади было срезано словно бритвой вровень с их головами.