7.
Как же долго он потом выкарабкивался со дна. Как не удивительно, его снова спасло чернокнижие. В самый последний момент, он, приняв на себя ответственность за свою жизнь, начал работать до изнеможения, практикуя и изучая все доступные и сокрытые направления эзотерики, посвятив душу и тело магии. Не сказать что это спасало, но это давало забытся. Подработки тату мастером и экстрасенсорные онлайн консультации приносили достаточно дохода, чтобы жить не беспокоясь о финансах, сосредотачиваясь лишь на цели, забивая и забывая о друзьях, семье и жалком подобии оставшемся от старого его.
Так продолжалось на протяжении двух лет жизни в Китае, так бы продолжалось и дальше, если бы не приглашение на битву сильнейших.
За годы раны затянулись, пусть и не до конца. Пусть его все ещё мучали панические атаки, а кровавые полосы появлялись, перекрывая старые, он собрался и решил снова дать себе шанс жить.
И не промахнулся.
Сейчас его жизнь наконец разнообразилась интересными людьми, поклонниками, сьемками и всем о чем может мечтать почти любой парень его возраста. Судьба снова дала ему шанс. И брюнет принимал его, пусть и с опаской. Все таки никогда не стоит забывать, что чем выше летаешь, тем больнее падать... Но сейчас не об этом.
Сейчас он сидит на балконе, смотря как крыши домов контрастируют на небесном полотне. Сейчас в его руках возможности, которые нельзя терять.
В его руках мир и собственная судьба, которой он может вертеть как пожелает. Это осознание приходит неожиданно, давая посмотреть на мир под новым градусом и улыбнуться собственным мыслям.
– Доброе утро. – Дима резко вздрагивает от голоса, нагло сбившего поток мыслей. Олег заходит на балкон, садясь напротив него. – Можно? – Спрашивает, кивая головой на пачку сигарет покоящуюся на столе.
– А? А, да, конечно. Доброе утро. – Брюнет улыбается. – Ты прости что вчера уснул, да ещё и на тебе. – Выдает посмеиваясь неловко. – Не спал до этого всю ночь... – Вопрос почему друг не разбудил его, ведь ему скорее всего было не очень удобно так лежать, остаётся не озвученным.
– Да забей. – Медиум подкуривает, переводя серые глаза на соседние дома и обратно, на татуированного. – Чего ты как не родной то? – Усмехается. На душе разливается тепло. Родной.
Черноволосый прижимает ноги к себе, облокачивая на них подбородок, паралельно наблюдая за тем, как красиво выглядят русые пряди под лучами солнца. Олег задумчиво смотрит куда-то, морщась от солнечного света, от чего выглядит скорее смешным, чем серьезным. Помятая одежда, запутанная шевелюра и заспанный вид. Он выглядит так по-домашнему. Да, Шепс определенно казался ему родным.
Общительный экстраверт, от которого так и льется юмор и позитив, он умел доверять людям и делать так чтобы другие ему доверяли, он был словно лучем солнца и представлял собой полную противоположность Димы. Чем дольше чернокнижник общался с шатеном, тем больше ни понимал, чем он заслужил такого друга, который готов был в любой момент бросить все и сорваться на другой конец города, только заслышав хриплый от плача голос на том конце трубки. По скромному мнению Матвеева, он был не достоин такого прекрасного человека. Прекрасный человек на такое заявление, лишь говорил брюнету что тот дурак и ему нужно научиться принимать свою ценность. Ну не идеальный ли?
– О чем молчишь? – Олег снова первым оборвал тишину вглядываясь в черные омуты, и, казалось бы, добирался до самой сути лишь этим взглядом.
– Задумался просто. Что будешь делать сегодня? – Перевел тему Матвеев. Шепс не стал заострять на этом внимания.
– Ну, для начала надо будет в мастерскую заехать, позже пару консультаций там же и дальше буду смотреть по обстоятельствам. – Перечеслял медиум. – А ты?
– Да незнаю, ближе к вечеру у меня две записи на тату, а до этого ещё не придумал чем заняться. – Задумался чернокнижник. Точно, мастерская. – А, кстати, Саша писал, спрашивал где ты. Позвони ему, он волнуется.
– Мгм. Иногда ощущение что я маленький ребенок. Не пришел до двенадцати, всё, тревога, сразу нужно всех друзей и больницы обзвонить... – Посмеиваясь сказал Олег, но в тоне была какая-то... обида?
– Не злись на него, он просто так проявляет любовь. – Честно говоря, иногда Дима даже завидовал, что у медиума есть тот, кто не смотря ни на что будет ждать его дома и переживать. У Олега была семья. Нет, конечно, у чернокнижника тоже был брат, и он обожал его всей душой, но они жили в разных городах и виделись не так часто, как хотелось бы. Ещё бы, все же «мелкий» сейчас заканчивал 3 курс универа, а значит учебы у него было хоть отбавляй...
– Да я понимаю, просто иногда эта опека напрягает. Но не суть...
На этом разговор закончился, окутывая уютом тишины. Да,именно уютом. С Олегом всегда было как-то спокойно и даже тишина звучала по другому. Наверное в этом и заключается настоящая дружба.
Спустя ещё пару будничных фраз, перекинутых между парнями, они направились обратно в квартиру.
Дима выбирал что-то га фон в Ютубе, паралельно попивая свой кофе. Олег, в свою очередь, готовил панкейки, ингредиенты для которых чудом откопал на полупустой кухне чернокнижника.
Вскоре они поели и Шепс уехал в мастерскую, сошлавшись на то, что ему ещё нужно успеть поговорить с Сашей до открытия.
Ближайшие несколько часов пролетели незаметно. На столе лежали несколько карандаши разной жесткости, лайнер для обводки и ластик. Черноволосый склонился над листом, на котором уже почти законченым виднелся трехглазый сфинкс, прижавжий уши и оголивший клыки, будто бы шипя – идеальное дополнение для блокнота эскизов.