Будь хорошей девочкой

У меня после расставания стало гораздо больше времени. Просто я бросила все занятия, которые посещала, пока была в отношениях с Ваней. Психолог? Забудь. Спорт? Ну может, раз в неделю, чтобы хоть немного унять желание секса. Обед в ресторане? Да на кой чёрт отлучаться? Можно же и в клинике покушать. С Дианой распрощалась, как бы не хотела продолжить общение. Вычеркнула всех, кто связывал хоть частично с тем, кто разбил сердце. Даже советы по питанию и те словно назло перестала соблюдать. Знаю же, к чему это приведёт. Потрясающее тело перестанет быть таким потрясающим. За отпуск уже набрала полтора килограмма.

Мирослава тоже набирает вес, но ей сам бог велел. Яна неспешно вживается в роль матери. Но гормоны всё ещё скачут туда-сюда. Поэтому периодически Тимофей берёт дочь и выходит на улицу, оставляя жену передохнуть в тишине. Или со мной. Яна даже слишком интересуется отношениями с Олегом. Почему? Считает хорошим кандидатом в мужья и отцы. Со стажем, так сказать.

— А не зря ты его так гонишь? — аккуратно уточняет она. — Смотри какой он... заботливый, домашний, любящий, настойчивый. Вопрос денег никогда не будет стоять перед вами.

— Но, если я ничего к нему не питаю? Насиловать себя? Стерпится — слюбится? Ты разве с Тимофеем по тому же принципу строила семью?

— Нет... — тут же поникла. — Ты права. Просто он такой положительный. Прям... папа.

— Да. И кому-то крупно повезёт с таким мужчиной.

— Жаль, что не тебе.

— Жаль.

Ну, пожалуйста, не надо давить на меня и указывать куда шагать. Я всё для себя решила. Хочу быть честна. Перед всеми. Олег достоин взаимности. И обязательно найдёт её. Может, какую другую спутницу своего брата полюбит. Что за бред я несу?

***

Звонит риэлтор и сообщает, что всё готово. Можно ехать к нему, забирать ключи и документы от квартиры. Та официально моя. Ура! Срываюсь с места. Эмоции накрывают. И, наконец, положительные. Пусть это будет началом белой полосы.

Насте велено отложить все дела до завтра. Хочу сейчас же вступить во владение и тихонько прогуляться по своей собственности. Заказ на мебель уже был оформлен, но дата доставки не указана. Звоню в магазин. Всё. Можно везти и собирать. Хочу как можно скорее ночевать в своей квартире. Просыпаться в своём доме. Быть хозяйкой.

Бегу на выход, попутно выискивая брелок от машины в сумке. Где же ты? Почему я так нервничаю? Просто этот момент был такой долгожданный! Особенно после мучительного разрыва. Чувствую, как в уголках глаз скапливаются слёзы. Смогла осуществить эту маленькую мечту. Нет, огромную! Следующая — семья. И до неё доберусь.

На охране сталкиваюсь с кем-то и роняю ключи, которые только что отыскала.

— Чёрт! — нагибаюсь за ними. — Простите.

— Добрый день! — Олег улыбается и садится рядом.

— О! Привет. Что тут делаешь?

— Хотел к тебе зайти, на обед пригласить, но меня не пускают. Может, снимешь запрет на вход?

По всей видимости, Олег пытался договориться о чём-то с Сашей. Новый ЧОПовец, который яростно следит за входом.

— Да, пожалуй, это было глупым решением. Саш, убери Олега из чёрного списка, пожалуйста.

— Как скажете, — тот щурится в сторону «объекта пристального наблюдения».

Он самый ехидно скалится в ответ. Придерживает дверь и выпускает меня на волю.

— Куда едешь?

— Квартира моя! Представляешь? Документы готовы! Еду забирать. Боже, я так волнуюсь, — даже забываю о том, что планировала держать дистанцию от Олега. Снова связка выпадает из рук. Надо собраться с мыслями.

— Поздравляю! — поднимает потерю. — С новосельем!

— Спасибо. Уф-ф-ф... вся в предвкушении!

— Помню какие это эмоции. Мы с Ваней дня три обмывали покупку. Будешь отмечать?

— Размаха никакого не планировала. Может, посидим с Яной, Тимофеем и тортиком, — нет, ну третий раз уронить ключи — это слишком!

— Варвара, садись ко мне. Я тебя довезу, — мило усмехается и вкладывает связку в дрожащую руку. — А то ещё ненароком заедешь в канаву какую с таким волнением.

— Сама не ожидала, что столько эмоций будет. Правда. А тебе по пути?

— По пути, — кивает.

— Я же даже адрес ещё не назвала, — с сомнением выгибаю бровь.

— До завтра я весь твой. То есть — весь свободный.

— Да так надолго-то и не надо. Меня до центра довези, пожалуйста. А оттуда до квартиры. Дальше уже сама.

— Ага, — почти запихивает меня в свою машину. Поздно понимаю, что натворила.

— Спасибо за помощь. Опять, — нервно дёргаю ногой и кусаю губу. То ли волнение из-за квартиры, то ли из-за Олега.

— Пожалуйста. Всегда рад. Когда въезжать будешь?

— Надо всё необходимое купить для существования. Квартира, считай, пустая. Я и рада этому. Хочется всё новенькое. Собственное.

— Конечно, своя рубашка ближе к телу. Или как там говорят?

Доезжаем до агентства. Олег говорит, что пока я со всем разбираюсь, он сходит до магазина. Наказывает без него никуда не деваться. Командир! Я лишь улыбаюсь.

Олега приходится немного подождать, но я не сильно расстраиваюсь. Беру в ближайшей кофейне любимый раф, сажусь на лавочку и, закрыв глаза, подставляю лицо лучам солнца. Столько радости сейчас испытываю. У меня теперь собственная квартира. Немыслимо и вместе с тем так логично. Я уже взрослая. Самостоятельная. Обеспеченная. Это был важный и такой нужный шаг. Обязательно там всё шикарно устрою. Лера уже набросала пару идеальных вариантов. На основании одного из них и была заказана мебель. Есть идеи, что сделать с кухней. Но это чуть позже. На первое время пойдёт и то, что есть. Только бы мне там не было слишком одиноко. Не испугаюсь же ночевать одна, да? В клинике охранник есть, а тут? Надо срочно поменять входную дверь на самую надёжную.

— Варвара, — зовёт Олег.

Открываю глаза и вижу в его большой ладони крошечного серого котёнка. Такой очаровательный. Но зачем он ему? Нашёл где-то?

— Какая прелесть! — тяну руки к милейшему созданию. Тот сжимается в комок. — Это Милане?

— Нет. Тебе, — с гордостью объявляет Олег.

— Мне? — прижимаю крошку к груди и во всю наглаживаю. — С ума сошёл?!

На глазах наворачиваются слёзы от такого подарка. Улыбаюсь как дурочка. Радости больше, чем когда мне подарили машину. Ведь это живое существо. Со своим характером. Интересами. С ним можно пообщаться. Он тебя будет любить. Просто потому что ты есть. Не ребёнок, конечно, но тоже приносит тепло. Счастье. Наполняет каждую клеточку.

— Варвара, этой традиции много веков! — восклицает Олег и важно поднимает палец кверху. — Ты что, хочешь её нарушить? — щурится он.

— Просто не имею права! — смеюсь. — Но... у меня не было никогда животных. Что с ним делать?

— Это девочка. Я тебе расскажу всё, что нужно знать, не переживай. И чаще дома спать будешь.

— У меня там ещё ничего нет. Я сегодня опять в офис. Как она будет?

— Ладно, возьму к себе, пока ты не обзаведёшься кроватью, — Олег хочет забрать котёнка и я почти шиплю от этой наглости. Она теперь моя! Не желаю отпускать эту кроху ни на секунду! С ума сойти! У меня появился питомец! Одному богу известно, как часто я просила у матери кого-нибудь. Искала создание, кто будет дарить хоть каплю тепла. Собака. Черепашка. Попугай. Хомячок. Но каждый раз получала отказ.

— Ты такая замурчательная! — ласкаю котёнка, располагая ближе к сердцу. — Как её зовут?

— Пойдём в машину. Сейчас будем придумывать. Как тебе Ириска? Мензурка? Кассиопея?

Олег открывает дверь автомобиля, приглашая сесть, располагается рядом и продолжает перечислять:

— Корица? Устрица?

— Ничего себе ты оригинальный! Тебе подходит? — уже обращаюсь к питомцу. Та лишь моргает, осматривая салон.

— Мы с Милашкой уже занимались подобными вещами. Я знаю сотню кошачьих имён.

— Да? Продолжай. А мы выберем. Да, морковка? — целую котёнка.

— О! Неплохо звучит, вообще-то. Как тебе Лаванда? Пушинка. Летиция. Касторка... Шпулька. Мурашка.

— О-о-о! — тяну я. — Мурашка! Идеально! Как раз то, что она у меня вызывает. Мурашка, — повторяю. — Нравится?

Кошечка мурчит и устраивается на коленях. Буду считать, что да. Не хочу отдавать её даже Милане! Она только моя. Жаль, в клинику не возьмёшь. Надо как можно скорее въехать в квартиру.

Всю дорогу скачу как егоза. Безграничное счастье накрылось сверху вторым. Ещё более волшебным. Живым! С сердцем и душой. Снова вытираю слёзы, что бегут по щекам, и шмыгаю носом.

— Всё нормально? — Олег стреляет глазами в мою сторону и возвращает их на дорогу. Скорость развил космическую.

— Да. Прости...

— За что? — хмурится.

— За слёзы. Я... эта Мурашка... лучшее, что мне когда-либо дарили.

— Серьёзно?

— Очень даже.

— А как же драгоценности? Брендовые вещи? Машина, в конце концов?

— То всё было не настоящее. А вот эта малышка... — теперь слёзы не угомонить. Наверное, слишком много волнения за один день, которое требует выхода.

— Варвара, что ты творишь с моей душой? — бормочет едва слышно и качает головой.

Задаю себе тот же вопрос. Снова виню себя за то, что так сближаюсь с тем, кому ничего не могу дать.

Доехали. Олег достаёт какие-то сумки из багажника.

— Это что ещё?

— Как что? Я вообще-то тоже хочу тортик, — тянет коробку, перевязанную лентами. — А то что это — всё лучшее Тимофею?

— Но у меня ни чайника нет, ни посуды.

— Чайник я взял. И даже одноразовые стаканчики.

— Зачем? Ты сумасшедший, — смеюсь и толкаю его в бок. Господи, да на него даже не рассердишься.

— Да? Ну, что ж. Не могу не согласиться.

— А тут что?

— Это не твоё, — прикрывает сумку, не давая посмотреть. — Это Мурашке.

Поднимаемся на пятый этаж. Вдыхаю глубже. Мой дом. Собственный. Я сегодня обрела столько всего в свои владения. Тянусь к замку с ключом.

— Погоди! — Олег останавливает рукой.

— Что такое?

— Сейчас камеру включу.

— Зачем?

— Не знаю. Милашка всегда так делает. «Нужно запечатлеть важные моменты», — пародирует голос дочери. — Да и ей самой вечером покажу, какая ты счастливая.

— Это правда очень важный момент.

— Приготовились, камера, мотор! — командует «оператор».

С волнением открываю дверь. Опускаюсь на колени и сажаю свою Мурашку на порог. Та глядит по сторонам не понимая, что надо делать. Хихикаю. Сама в такой же ситуации.

— Проходи внутрь, — советует Олег и снимает крошку крупным планом. Та осторожно принимается обнюхивать пространство вокруг. Шаг. Ещё один. Робеет. У неё, как и у меня, наверняка тоже не было собственного дома до этого.

— Ну, что? Теперь-то ду́хи счастливы? — с нетерпением хватаю Мурашку на руки.

— Таким-то жильцам? Естественно, — Олег шагает за мной. Оставляет сумки в коридоре и просит экскурсию. Надо же дочери всё заснять!

— Конечно-конечно. Пойдём, Мурашка. Заодно и тебе всё покажу. Это моя комната, — коридор крошечный. Пара шагов, и ты уже за стенкой. — Я уже с Лерой придумала что куда поставить.

— А Лера это?..

— Дизайнер.

— А, точно. Помню её.

Руками обрисовываю план, двигаясь по территории. Экскурсия выходит короткой, потому что пока тут и нечего показывать.

— Вот кухня. Позже обязательно тут всё поменяю. Хочу цвет какой-нибудь... бирюзовый, например. Морская волна. Что-то из этого... тут столик поставлю. Места мало, но нам с Мурашкой хватит. Надо ещё придумать, куда ей миску ставить. Ты не голодная?

— Сейчас, — Олег приносит сумки и водружает на стол. Достаёт корм и посуду для котёнка.

— Не знаю, как давно ты ела. Положу тебе побольше, — насыпаю Мурашке полную миску корма. Она принимается жадно его поглощать. Бедняга.

— Так. Ставь чайник, — Олег вытаскивает технику из коробки.

— Розовый? — почему это вызывает у меня улыбку?

— Разве это не девчачий цвет? Милашка его любит.

— Он чудесный. Спасибо, — невинно чмокаю Олега в щёку. Что за мужчина стоит рядом со мной? Он смущается от этого жеста и мгновенно перестаёт что-либо делать. Дышит хоть?

Бесцеремонно лезу на «поиски сокровищ». Что он тут ещё купил? Чай в пакетиках. Два набора одноразовой посуды. Сахар. Всё, что нам сегодня может пригодиться. А для Мурашки? Вижу, что сумка из зоомагазина всё ещё не пустая.

— Там лежак, — Олег оттаял. — Милашка всегда пускала Анчоуса к себе в кровать, а я считаю, что у них должно быть своё место.

— Анчоус? Тоже ты придумывал?

— Совместными усилиями.

Пластиковым ножом оказывается крайне неудобно разрезать торт. Олег пожимает плечами и отламывает себе кусочек вилкой от так и не разделённого торта. Я его в этом поддерживаю.

Пью чай и снова засматриваюсь на него. Жутко обидно, что в душе не зародилось ни грамма любви. Я была бы с ним счастлива. Однозначно.

— Твои гляделки меня просто убивают, — он едва краснеет. Милое зрелище.

— Почему я?

— А почему «нет»?

— Я серьёзно спрашиваю. Столько девушек вокруг вас вьются и столько красивых. И бедные, и богатые. И умные, и глупые. Деловые и совсем далекие от бизнеса. Выбирай любую. Почему ни одна из них тебя не зацепила?

— Наверное, каждая из них имела лишь что-то одно, что могло меня привлечь. В тебе же собралось всё. Да и... кто руководствуется логикой в таких вопросах? Моя душа выбирала. Не мозг. А я ей доверяю.

— Даже после того, что было с Кирой?

— После неё у меня осталась Милашка. Может, для этого она и была нужна в моей жизни.

Молчу, обдумывая его слова. А вдруг и он мне нужен лишь для этого? Зачать ребёнка и оставить себе. Тот будет рождён от большой любви. Хотя бы отца. Но едва ли Олег уйдёт, покинув чадо. Может, пойти в центр репродукции? Выбрать сперму по каталогу. Сделать ЭКО. И тогда крошка будет только моя. Не нужно будет её с кем-то делить.

— О чём задумалась? — Олег прерывает мои фантазии. Конечно, такие вопросы задавала, а теперь резко умолкла.

— Тебе лучше не знать.

Скрепя сердце, отдаю Мурашку на временное попечение Милане. Звоню в мебельный магазин. Прошу поторопиться с доставкой и сборкой. Нужно вернуть прелесть себе! Это же мой питомец. Пусть не привыкает жить у Олега!

***

В субботу ранним утром Олег и Милана забирают меня из клиники. Наш мини-поход начинается!

Милана в такое время не столь активна как обычно. Молчит, то и дело прикрывая сонные глаза.

Едем уже не меньше часа. Пью кофе и смотрю за окно. Стоило покинуть город, мне как полегчало. Тут такая свобода. Хочется просто выйти и кричать о своём счастье. Олег въезжает в лесную местность. Сложно назвать её дикой, потому как тут есть дорога для автомобилей, засыпанная щебёнкой. Не хочу в отель или дом отдыха. Хочу на природу! Дикую и живущую по своим правилам, а не как будет угодно человеку.

— Это частная собственность?

— Эта — да, — кивает Олег. — Но мы едем дальше.

— У нас есть любимое место, — зевает его дочь. — Тебе точно понравится.

— Много там обычно людей?

— Нам ещё никто не встречался.

Отлично. Не хочу никого видеть. Нужна тишина и покой. Снять все деловые образы. Дорогую одежду. Выкинуть из головы работу и мысли о том, как сделать жизнь в клинике ещё лучше. Поняла, что отдых не менее важен в бизнесе, чем партнёры и все эти встречи. Ваня правильно говорил: релакс — это необходимость, а не блажь.

Да. Теперь верю Олегу. Тут не пахнет цивилизацией. Машина аккуратно виляет меж деревьев. Олег уже знает тут все пути. Останавливается.

— Дальше пешком, — Милана тянется и выходит вслед за отцом.

Шагаю на улицу. Ощущаю утреннюю прохладу. Слышу пение птиц. Солнце пробивается ко мне сквозь листья деревьев. Свобода. Наконец! Ещё пару секунд, и просто разрыдаюсь. Я обязательно буду ходить со своими детьми в такие, пусть и не настоящие, но походы. Милане так повезло с папой. Я каждый день готова сообщать об этом.

Милана надевает рюкзак. Берёт из багажника какую-то сумку и двигается сквозь деревья.

— Пойдём, — зовёт и меня.

— Чем-то помочь? — обращаюсь к Олегу.

— Бери свой спальник. С остальным я справлюсь, — вручает мне мешок.

— У меня есть спальник? — кручу его в руках. Может, стоило раньше поинтересоваться всеми нюансами? Но я просто нагло положилась на этих двоих.

— Теперь да. У воды даже летом ночью холодно.

— У воды? — как дурочка переспрашиваю каждую реплику.

— Если ты пойдёшь, наконец, со мной, то я тебе всё покажу! — настаивает Милана.

— Да-да. Свои вещи тоже захвачу.

Сегодня я надела футболку и шорты «из прошлой жизни». Сейчас в таком уже не хожу. Гардероб и впрямь состоит из потрясающих и, в основном, деловых образов. Но в эти выходные... я не собирается никого покорять. Будет лучше, если кое-кого оттолкну.

Милана со знанием дела пробирается сквозь кусты и дебри. Профессионал!

— Долго идти?

— Минут пять. Подъехать ближе не получается, сколько бы мы ни пытались.

Оно и к лучшему. Значит, здесь настолько глушь, что даже машине не пробраться. Более чем устраивает.

— Как там Мурашка моя?

— Отлично! Я не забываю с ней играть, кормить и укладываю исключительно рядом с собой. Так соскучилась по котикам! После смерти Анчоуса думала, что не смогу больше никого так любить, но... оказалось, всё иначе.

— Давно он умер?

— Около года назад. Хороший был кот. Мы через столькое с ним прошли, — смеётся. А потом, неожиданно, начинает плакать.

— Иди ко мне, — раскидываю руки и прижимаю Милану к себе. — Наверняка, это до дрожи больно — терять своих любимцев. Даже не представляю.

— Надеюсь, Мурашка ещё долго с тобой проживёт.

— И я.

Кажется, пришли. Милана подводит к берегу. Два шага отделяет меня от водной глади. Такой тихой. Умиротворяющей. В сердце бушует новая эмоция. Я знала, что природа меня покорит. Словно всё это время звала к себе, а я в упор не слышала. Но теперь-то я тут. У Матушки в руках. И так спокойно рядом с ней. Никакие бури и ветра не страшны. Все человеческие проблемы кажутся просто ерундой. А Её величие неоспоримым.

Почему мне никто не сказал, что тут будет озеро? Точно взяла бы купальник. Нужно прикоснуться к этому чуду. Погрузиться в него. Слиться максимально. В душе разливается щемящее тепло от этой встречи.

— Правда красиво? — вздыхает Милана.

— Даже больше, — снимаю кеды и захожу по колено в воду. Ещё прохладная утром, но терпимо. Этот чистейший воздух готова закатывать в банки и увозить с собой. Эту тишину — записывать на плёнку и слушать целыми днями.

— Вы уже купаетесь? — Олег ставит вещи на траву и подходит ближе.

— Ах, если бы, — грустно шепчу я.

— Хочешь нырнуть? Я подожду, пока хоть немного прогреется, — Милана лезет в сумку с припасами и достаёт оттуда две термокружки. Одну тянет мне. — Заварила нам зелёного чая. Любишь?

— Очень даже, — принимаю горячий напиток и делаю пару глотков. — Не знала, что тут будет водоём. Не брала купальник.

— Да. Я забыла предупредить. Но если очень хочется, можно и в шортах купаться. Или в белье.

Краем глаза замечаю, как Олег тяжело сглатывает от этих слов. Да уж, его нервная система точно не выдержит вид моего тела в мокром бюстгальтере и прозрачных кружевных трусиках. И что делать? Давить своё желание? Или насиловать его душу своим влажным видом? Это даже звучит двусмысленно и слишком эротично.

Хорошо, что вчера сходила в этот порно-салон, и получила пару оргазмов кряду. Я уже узнала все адреса по городу, куда можно наведываться за этим делом. Скоро в каждом вручат какую-нибудь платиновую или бриллиантовую карточку постоянного клиента. А как иначе? Так и не нашла способа получить удовольствие без побочных эффектов.

Олег первым делом занялся палаткой. Милана зовёт собирать хворост для костра. Без него никак не обойтись!

— Как твой Паша? — интересуюсь я.

— Тихо! — прислоняет палец к губам. — Отец пока не должен ничего узнать, — оборачивается. Мы слишком далеко, чтобы он мог что-либо расслышать.

— Виделись?

— Всего два раза! Этого слишком этого мало. Я таю от одного его вида. Веришь?

— Верю. Общались?

— Почти нет.

— А что насчёт переписки?

— Я нашла его в соцсети.

— И?

— И ничего. Не могу решиться добавить в друзья.

— Хочешь, сделаю это за тебя?

— Да ну... нет. Или... а вдруг не то подумает?

— Что «не то»? — улыбаюсь. — Например, что он тебе нравится?

— Да.

— А мы разве не этого добиваемся?

— Но... — Милана вздыхает. Шах и мат. — Тут ничего не ловит!

— Точно? — заглядываю в телефон. Связь плохая, но всё же присутствует. — Я готова. Заодно посмотрю на его фотографии.

— У него мало. Он не любитель этого дела.

— И почему я не удивлена?

Дрожащими руками Милана передаёт свой сотовый. Закрывает глаза и кивает.

— Нет! Я не могу! — пара секунд, и выхватывает телефон.

— Я быстрее тебя.

— Добавила? — смотрит на экран. — Теперь вся изведусь. А вдруг откажет?

— Тебе? Точно нет.

— Я не на всех имею такое магическое влияние, как на отца.

— Думаешь? Ну, покажи хоть его. Мне же любопытно.

Листаю скудный набор снимков, который еле грузится. И правда выглядит серьёзным и таким взрослым. Ему точно семнадцать? Когда можно будет с ним познакомиться и пообщаться? Олег однозначно займётся его запугиванием. Усмехаюсь.

— Ты чего? Не понравился? — беспокоится Милана.

— Нет-нет. Я о своём подумала. Кажется, твоя заявка принята.

— Что? Правда?! — снова телефон оказывается у владелицы. Она прыгает и даже пищит от радости.

— Писать будешь?

— Снова я первая?

— Давай я.

— А-а-а! — её визг меня почти оглушает. — Он сам! Боже! Что за прелесть?

— Что говорит?

— Пока просто «привет».

О хворосте Милана тут же забывает. Какой костёр, когда тут объявился парень мечты? И её можно понять. Я стреляю глазками, посматривая, как она то и дело краснеет.

Не торопясь подбираю прутики. Пообещала себе замедлиться в выходные. Никуда не бежать. Успокоиться и забыться. Снова.

— Милашка, вы там где? — окликает Олег. — Палатка уже готова!

Сколько же мы тут бродим? Точнее, я брожу. Милана, ругаясь на плохую связь, строчит сообщения каждые пару минут. Видимо, активная переписка пошла.

— Спасибо, что помогла сделать шаг. Только папе не говори.

— Не собиралась.

Решаю, что мне нужен сон. Вставать в такую рань — противозаконно. Олег следует моему примеру. Расходимся в разные комнаты, и я слишком быстро засыпаю. Под звуки тишины.

Милана же садится у воды с телефоном. Всё, её теперь будет не видно, не слышно.

Сладко потягиваюсь. Сколько я спала? Судя по ощущениям тела, часов десять. Не меньше. А, нет, всего два. Выхожу к озеру. Олег сидит с удочкой. Дочь рядом, но полностью в своём гаджете. Он просит её оставить сотовый. Всё же на природу выехали. Но едва ли Милана может оторваться.

— Рыбачите? Поймали кого?

— Пока нет. Но ещё не вечер!

— Меня научите?

— Ты никогда не ловила?..

— Нет, — качаю головой. При всей любви Жени к тихой охоте, меня он никогда не брал с собой.

— Конечно. Садись, — Олег уступает своё место и даже удочку.

— А как же ты?

— Себе сейчас тоже всё возьму. Не переживай. Милашка вообще пропала в своём телефоне, — кивает на неё самую.

— Наверное, что-то важное.

Олег даже слишком рьяно кружит вокруг меня. Показывает, как насаживать червя. Как закидывать снасть. Как подсекать улов. Мне больше нравится просто сидеть в ожидании, созерцая мирную воду. Не нужна рыба. И так прекрасно. Мы молчим, наслаждаясь моментом.

Нет, я просто обязана окунуться. Может, уйти от них подальше? Или пойти прям так, в чём есть? Но я взяла на смену только футболку. Мы ведь поехали всего на одну ночь!

— Вы обычно купаетесь?

— Да. Забыл тебе сказать про озеро. Хочешь нырнуть? Ты же не умеешь плавать.

— Ну ты же меня спасёшь, если что? — он в ответ лишь хмуро смотрит. — Так ты не против?

— Разве я могу тебе что-то запрещать?

— Нет. Но всегда можешь попросить чего-то не делать.

Даёт добро. Отлично. С этим решено. Наверное, будет слишком — плавать при нём в нижнем белье. Я бы не постеснялась, будь тут Ваня, например. При нём бы и голая пошла. А вот при Олеге совсем не хочется показывать своё тело в таком виде.

— Я, наверное, пройдусь. Найду берег поудобнее. И рыбу не буду вам пугать. — О! Отличную отмазку нашла.

— И как же я тебя спасать-то буду? Может, хотя бы Милашку возьмёшь?

— Нет-нет. Мне хочется побыть одной. Вы случайно полотенце не брали?

— Конечно. Сейчас дам.

Иду вдоль берега, то спускаясь ближе к воде, то поднимаясь выше, обходя неудобные места. Вот тут вроде хорошо. И не видно ту парочку. Снимаю шорты. Футболку. Подхожу к озеру. Вспомнить бы, что мне там показывал тот сексуальный тренер Дима. Возбуждение снова накатывает волной. Не сейчас! Вот как раз остыну в этой чистейшей воде.

Захожу по пояс. Прохладно. Но это то, что нужно. Раз-два-три, и окунаюсь с головой. Мурашки разбегаются по телу. Передёргивает. Хочу открыть глаза, но так и не решаюсь. И как люди это делают? Через пару десятков секунд лёгкие уже начинают кричать о том, что им нужен воздух. Выныриваю. Часто дышу. Сердце истошно колотится. Я получила даже какую-то странную дозу наслаждения. Вдруг осознаю, что мне нравится риск. Экстремальная скорость на треке. Прыжок с парашютом. Поездки на мотоцикле с едва знакомым парнем. Вертолёт. Что ещё делала на море, чтобы расслабиться? Опасные это игры.

Пара секунд, и начинаю плакать. Я одна. Можно выпустить то, что сдерживаю. Эта боль, что оставил после себя Ваня. Та дыра посреди груди. Сколько теперь ей заживать? И чем смазать, чтобы не осталось шрама? Издаю стон отчаяния. Любить оказалось слишком больно. Олег бы сейчас точно поддержал в этом вопросе. Мы оба такие несчастные. Потеряли головы от тех, кому напрочь не нужны. И не важно, что нас предупреждали. Притяжение сильнее.

Ору, что есть мочи, забыв, что вообще-то неподалёку моя компания. Их не видно, но они точно услышали этот рёв. Дура! Затыкаю нос и снова ныряю. Олег точно-точно прибежит на помощь. Надо собраться с мыслями. Утопить следы слабости. Вот где надо было кричать! В глубине. Так и поступаю. Последний вопль перед спасением. Огромные пузыри с моим разочарованием всплывают на поверхность. Уходите и больше никогда не возвращайтесь!

Не успеваю оттолкнуться от дна, чтобы встать, меня хватают сильные руки. Слишком быстро, Олег. Чёрт, со стороны я и впрямь выгляжу утопающей. Может, лучше захлебнуться в озере, чем в любви?

— Варвара! — с беспокойством убирает светлые волосы с моего лица.

— Всё хорошо, — я даже изображаю улыбку.

— Ты как? — переволновался. Как его теперь успокоить? Хватает меня за щёки, крепко сжимая, и пристально смотрит в глаза. Его почти безумны.

— Я в порядке. Правда.

Он молчит. Часто дышит. Хмурится. Бегает по моему лицу взглядом.

— Больше ты не купаешься! — хватает меня за талию и тащит на берег, где стоит второй трепещущий человек.

— Варя, ты что?.. Как?

— Я в норме, — поднимаю руку.

— А что за крик тогда был? Видела, как воздух выходит из-под воды. Я так перепугалась! — Милана, дрожа, прижимается к моей мокрой груди. И почему я не подумала о том, что творю? Хотя бы предупредила их, что иду поплакать и поорать. — Зачем одна пошла? Позвала бы меня! Ты же плавать не умеешь! Забыла?

— Я не тонула. Всё было под контролем. Вы вообще в курсе, что человек, когда захлёбывается водой — молчит?

— Не говори мне про это! — Милана начинает плакать.

— Простите. Не хотела вас пугать.

Лучше и правда помолчу. Позже объясню им, что тут происходило. Олег накидывает мне на плечи полотенце. Таки я перед ним в одном белье, да вот только он едва ли это сейчас замечает.

Понуро шагаю в палатку, где надеваю то, что сняла. Только уже на голое тело. Олег тоже меняет одежду. Он приехал более подготовленным, конечно. Выхожу. Эти двое всё так же сидят перед озером, вот только уже не рыбачат и не переписываются.

— Ещё раз приношу извинения. Я кричала не потому, что... — смотрю на Милану и тут же замолкаю, так и не произнеся рокового слова. — Это мой способ скинуть стресс.

— Какой? Запугать тех, кто тебя любит до смерти? — Милана неожиданно предстаёт в моих глазах такой взрослой.

— Нет. Просто орать изо всех сил. Чуть позже я выяснила, что можно это делать тихо. Под водой. Это вы как раз и видели.

— Я сейчас тоже хочу кричать. На тебя!

— Давай, — ровно отвечаю я. — И ты поймёшь, как это помогает.

— Ты меня так напугала! — она и впрямь последовала совету. — Я уже подумала, что потеряла тебя! Сижу тут и общаюсь, вместо того, чтобы пойти с тобой и помочь! Ты же совсем не умеешь плавать! Куда вообще пошла?! Одна! Чем ты думала? Взрослая уже! Я понимаю, что ты приехала отдохнуть, но мозг-то выключать не надо! — ну, всё. Поток слов иссяк. Но начался поток слёз. Да. Они часто сопровождают друг друга. Олег двигается к ней ближе и обнимает.

— Теперь твоя очередь, — обращаюсь к нему.

— Я пас. Милашка уже всё сказала, — он выглядит отстранённым. Потерянным. Шокированным. Почему мы любим молчать вместо того, чтобы выложить то, что лежит камнем на сердце?

— Глупо всё держать в себе. Нам надо исчерпать конфликт.

— Что ж. Тогда... — голос надламывается. Затем следует глубокий вздох. — Моё сердце чуть не остановилось вслед за твоим! Ты хоть имеешь представление, насколько ты дорога мне? Нам! Как бы я без тебя жил? Как бы вообще смог существовать, осознавая, что самолично тебя сюда привёз? И отпустил.

Киваю, слушая его слова. Сработал триггер. Вновь. Они меня ругают, да. Но по какой причине? Любовь. Забота. Способ уберечь ото всех бед. Почему мне только в тридцать лет удалось испытать подобное? Почему отец и мать не любили меня вот так? Почему? Ну, вот, теперь пла́чу я.

— Пойду пройдусь.

Стоило развернуться, Олег останавливает словами:

— Пожалуйста, не отлучайся больше. Не сейчас.

— Хорошо. Буду в палатке, — надо успокоится. Прийти в себя. Может, зря поехала без алкоголя? Мне бы бутылочку вина. Или чего покрепче.

Через десять минут заходит Милана. Садится рядом и прижимается к груди. Уже всё высказала. Остыла под крылышком отца. Только бы не сожалела о тех словах. Я совсем не хотела вызывать у неё чувство вины. Это не самое приятное, что можно испытывать. В конце концов, я совсем не обиделась. Напротив, эта забота вызвала во мне столько щемящего умиления.

— Спасибо за беспокойство, — шепчу я.

— Больше никогда так не делай!

— Никогда!.. Что там с Пашей? — получится переключить её?

— Не знаю. Не смотрела в телефон вот уже сколько.

— Что писал до этого? Вы достаточно долго с ним общались.

— Потому что он классный! И интересный. И весёлый... — всё, Милана окончательно уходит в перечисление достоинств этого парня.

***

Эта ситуация с недо-утоплением меняет настрой поездки. Оставляет неприятный отпечаток на душе у каждого. И как теперь вернуть позитив? Не хочется, чтобы мой первый поход закончился печальной нотой. Прошу Милану включить музыку погромче и поэнергичнее. Сейчас просто заставлю всех танцевать. Тоже помогает расслабиться. И никого не убивает.

— Я не любитель, — говорит Олег.

— Знаю. Но сегодня алкоголя у меня с собой нет. Так что, придётся выкручиваться так, — тащу его за руки. Он не может отказать ни мне, ни дочери. Вот последнюю и привлекаю на помощь. — Ну-ка, покажи пару движений отцу.

Мы невнятно двигаем телами. Я делаю это с особой изящностью. Как можно нелепее и глупее, чтобы Олегу стало комфортно. Надо мной смеются, а я этому радуюсь. Лучше так, чем эти обеспокоенные и взволнованные лица.

Милана то и дело посматривает в телефон. Либо пишет Паша, либо она этого ждёт. Кажется, первый вариант. Потому как она нашла красивый способ сделать передышку. Включила медленную музыку, намекая на наш танец в обнимку. Она же — третий лишний. Посидит здесь. Недалеко.

И тут мне становится неловко. Меня ни разу никто не приглашал на медленный танец. Кому и где пришлось бы это делать? В клубе этим никто не занимается. На дискотеки в школе я не ходила. Поэтому сейчас я в ступоре. Олег же протягивает мне руки.

— Я не знаю, что надо делать, — миловидно моргаю.

— Правда? — усмехается. Такой он мне больше нравится.

— Ага. Не было возможности попробовать...

— Буду первым. Извольте!.. — максимально притягивает к себе.

— А точно надо быть настолько близкими? — уточняю, веселясь.

— Точно!

Если это успокоит бурю в его душе, я согласна. Пусть Олег ещё долго будет вспоминать этот поход. И лучше бы прекрасные его части. Кладу голову ему на грудь и слышу сердце, рвущееся наружу. Как бы его приструнить? Прости. Я очень хочу перестать волновать тебя. Правда. Но не знаю как.

К вечеру разжигаем костёр. Я как пятилетний ребёнок наблюдаю за действиями Олега. Так интересно открывать для себя новое. Он кутает нас с Миланой в плед, и мы садимся у огня. Как же тут хорошо. Так тихо. Лишь стрекотание сверчков и редкие звуки птиц. Да треск веток в пляшущем пламени, что только добавляет романтики. Олег разделывает пойманную рыбёшку. Я отворачиваюсь. Вспомнилась картина, как я этим занималась у Жени в квартире. До сих пор выворачивает от вида этих полудохлых созданий. Кривлюсь.

— Всё в порядке? — спрашивает Милана.

— Да. Просто терпеть не могу потрошить улов. Это отвращение сильнее меня.

— У нас всегда папа это делает. Так что не переживай. Если есть желание, можно помочь картошку порезать. Или же... — понижает голос, — можно отдыхать, пока отец справляется сам.

— Давай я помогу Олегу, а ты займись Павлом. Заодно отвлеку его от тебя.

— Это будет самый лучший вариант!

Так необычно, что это я помогаю, а мужчина готовит. Женя ни разу не прикоснулся к кастрюле. Почему я вообще сравниваю этих двоих? Это просто противозаконно!

Поужинав, Милана сбегает в палатку. Говорит, что хочет спать. Но едва ли именно этим и будет заниматься. Мы остаёмся вдвоём. Снова.

А вот и подруга-Луна. Блики от светила струятся по темной глади озера, переливаясь серебром на водной поверхности. Вслед за хозяйкой ночи на небе появляются звёзды. Сколько их тут? Не сосчитать! И так близко. Не как в городе. Красота.

Тишина вдруг становится давящей. Звенящей. Почему-то хочется её нарушить. Ночью разговоры всегда глубже. Откровеннее. Хотя у нас то и дело поднимаются серьёзные темы.

— Как ты выжил? — неожиданно даже для самой себя спрашиваю я.

— В смысле?..

— После расставания. Как ты справился с этим? Когда это кончится? Я так больше не могу, — депрессия зовёт в свои объятия. Нет, прости. К тебе я не пойду.

Держу лицо, как могу, а потом просто отпускаю свой поток слёз. Пусть видит. А если я стану ему неприятна... что ж. Даже лучше. Олег плотно прижимает к своей широкой груди. Лучшее средство для успокоения. Не говорит ни слова. Может, не знает ответ?

— Банально, но просто нужно время. И чем-то отвлекаться. Для меня окончательным спасением стала ты, как бы это странно ни звучало. Может, был прав тот, кто сказал: «клин клином вышибают»?

— У меня не получается ни на кого смотреть... всерьёз. Все кажутся не такими. Неправильными. Неподходящими. Временными. Может, я вообще больше не смогу...

— Сможешь. Не сейчас. Не так скоро. Дай себе отойти. Чем сильнее любишь, тем дольше отпускаешь.

— Не хочу больше ни к кому привязываться! Это больно! — вновь ощущаю себя подростком. С тупой болью от первого расставания. И кажется, та не отпустит вовек.

— Всё пройдёт, — наглаживает мои волосы. — Ты справишься. Бури утихнут. Раны затянутся. Сердце восстановит свою работу. В какой-то момент поймёшь, что готова двигаться дальше. Готова к новому мужчине. Отношениям. Любви. Так и будет. А я просто хочу оказаться рядом в этот момент.

— Ты правда думаешь, что я тебя когда-нибудь?.. Разве это не одномоментная вспышка? Либо он сразу западает в сердце, либо не получит его никогда.

— Верю, что в этой жизни возможны все варианты. Даже от ненависти до любви люди шагают. Что ж мы, хуже?

— Я боюсь ранить. Сделать так же больно, как и Кира когда-то. Вдруг не выйдет?.. Очень не хочу строить семью без чувств. Страшно от этой мысли. Понимаешь? Я пять лет была в отношениях по договорённости. И это одно из самого худшего, что мне приходилось переживать. Даже не представляешь, какой у нас был секс. Да я до Вани вообще была уверена, что фригидна! Что удовольствие получает только мужчина, а женщина лишь игрушка для его утех, — и снова ухожу в эту тему.

— Знала бы ты, как мне хочется приехать к тому уроду с битой и... — объятия становятся почти удушающими.

— Сама не прочь, — даже усмехаюсь. Интересный момент для веселья.

— Я был в этой лодке расставания. Знаю, что это. Каково это. Я тебя поддержу, если нужно. Знай, что в любой момент можешь приехать к нам с Милашкой и... остаться навсегда. У тебя есть те, кто тебя любит.

Олег не выпускает из своих объятий. Я и не рвусь на свободу. Снова встречаем вместе рассвет. Но этот другой. Особенный! Чистый. Свежий. Словно сливается с моей израненной душой. Шепчет: «Всё наладится. Ты справишься, ведь с тобой рядом Олег». И так хочется поверить этому солнышку.

После сна медленно, но верно, сворачиваем всё, что успели разложить. Я в последний раз смотрю на озеро. Мысленно прощаюсь и обещаю, что обязательно вернусь. Либо с этими двумя, либо одна. И уже не буду изливать свою боль в эти воды. Приеду исцелённая и счастливая.