...

Глава 49. Успокоить её

— Сяо Суй, как ты смеешь вбивать клин в наши отношения?
______________________________

"Ничего не значит"? Это Линь Цзянь так сказала? Или Фэн Суй всё выдумала?

Глаза Лу Мянь сузились, её взгляд словно пронзал насквозь, а аура холодной решительности заставляла Фэн Суй почувствовать себя неуютно.

— Что ты на меня так смотришь? Не могла бы ты быть чуть менее свирепой? — жалобно спросила Фэн Суй.

— Быть с тобой мягкой нет смысла. Собирайся и уходи.

С этими холодными словами Лу Мянь резко повернулась и ушла. Глядя ей вслед, Фэн Суй недовольно пробормотала:

— Ну и чего так злиться? Прошлый раз ты меня перед Цинь Чжи опозорила, а я тебе до сих пор за это ничего не сказала!

Она продолжала ворчать:

— Ты мне вообще-то ещё должна. Как минимум компенсацию.

Лу Мянь чувствовала, что Фэн Суй становится ей всё более неприятной. Она всегда слишком много болтает и при этом совершенно не вызывает симпатии.

Раньше ещё можно было назвать её общительной и милой, но после расставания с её бывшей девушкой она будто сломалась: её характер испортился, и от прежнего обаяния не осталось ничего, кроме раздражающей назойливости.

И, возможно, именно из-за присутствия Фэн Суй у Лу Мянь на душе было неспокойно. Её переполняло смутное раздражение, будто в груди застрял комок воздуха.

Она заказала завтрак всего на две порции. Когда Фэн Суй наконец собралась и не спеша вышла из комнаты, та даже не собиралась уходить. Она увидела кошку Линь Цзянь и с радостью воскликнула:

— Ничего себе, ты завела кошку? Она такая милая!

Она беззастенчиво уселась на диван, начала играть с кошкой и продолжала болтать.

— Эта красавица-сестрица вчера так обо мне заботилась, наверное, она устала и поэтому до сих пор не встала?

Когда принесли завтрак, Лу Мянь была занята телефонным звонком. Фэн Суй воспользовалась моментом, забрала доставку и уже вовсю ела.

У Лу Мянь всегда был сильный территориальный инстинкт. Она не любила, когда кто-то вёл себя на её территории так, будто это его собственный дом.

— Кто тебе разрешил это есть? — холодно бросила она.

Фэн Суй беззаботно пожала плечами:

— Ну и что, если я съела одну порцию? К тому же, разве это не было для той красивой сестрицы? Не переживай, я закажу ей что-то подороже.

Лу Мянь посмотрела на неё с презрением:

— В следующий раз, если напьёшься, не приходи ко мне домой. Если придёшь, я сразу позвоню твоему брату.

— Тьфу ты, Лу Мянь, — усмехнулась Фэн Суй. — Ты так хочешь меня выгнать, потому что боишься, что та красавица слишком сильно меня полюбит? Хотя ты права. Она вчера говорила, что ей нравятся такие милые, как я.

Лу Мянь фыркнула и бросила холодным тоном:

— Ты милая? Смешно.

— А что во мне не милого?! — воскликнула Фэн Суй, почувствовав, как злость закипает в ней.

Этот снисходительный взгляд Лу Мянь сводил её с ума. Она раздражалась так же, как раздражалась, глядя на Цинь Чжи.

Фэн Суй едва сдерживала ярость, в голове уже строя планы: "Пожалуй, позже я обязательно подружусь с той красавицей, добавлю её в друзья в WeChat. А потом, когда мы будем вместе, доведу до белого каления и Лу Мянь, и Цинь Чжи!"

Съев завтрак Лу Мянь, Фэн Суй принялась дожидаться свою собственную доставку. При этом она всё ворчала:

— Почему эта красавица до сих пор не встала? Она что, спит целую вечность?

Фэн Суй даже не могла себе представить, почему её "красавица" до сих пор спала.

Линь Цзянь действительно была уже на грани пробуждения, но ей совсем не хотелось вставать. Она уютно свернулась клубком в постели Лу Мянь, прижимая к себе подушку, которая всё ещё хранила её запах.

После сегодняшнего дня, сможет ли Линь Цзянь снова так же открыто наслаждаться тем, чтобы спать на кровати Лу Мянь, оставалось неизвестным. Хотя у неё было немало способов это устроить, всё же она решила ценить момент, запомнить ощущения и сохранить их в памяти на будущее.

Прошло около получаса. Желание понежиться в постели уступило мыслям о том, как бы поскорее увидеть Лу Мянь. Медленно, лениво поднявшись, она надела белый халат, небрежно завязав его пояс. Глядя в зеркало, Линь Цзянь даже не подумала скрывать следы на своей коже. Эти метки, словно печати, ей нравились. Она знала, что Лу Мянь они нравятся ещё больше.

Открыв дверь, Линь Цзянь собиралась искать Лу Мянь, но её окликнул чужой голос:

— Сестрёнка~

— Сяо Суй? — Линь Цзянь обернулась, заметив, как та смотрит на неё с милой улыбкой.

Лу Мянь, сидевшая на диване с недовольным лицом, заметила движение Линь Цзянь: та быстро поправила халат, делая его чуть более пристойным.

— Доброе утро, сестрёнка! — приветствовала Фэн Суй, радостно поднявшись. — Чтобы отблагодарить тебя за заботу прошлой ночью, я заказала завтрак. Идём, попробуй!

Линь Цзянь подошла к столу, где лежали две упаковки с едой, но её взгляд тут же скользнул к Лу Мянь, которая, молча сосредоточившись на ноутбуке, сохраняла хмурое выражение лица. Атмосфера была явно напряжённой.

— Ты уже позавтракала, Мянь-Мянь? — мягко спросила Линь Цзянь.

— Ай, забудь о ней, — вмешалась Фэн Суй, потянув Линь Цзянь за руку. — Еда остынет, если не начнёшь сейчас.

Однако Линь Цзянь легко вывернула запястье и подошла к Лу Мянь. Наклонившись, она мягко поинтересовалась:

— Завтрак тебе не по вкусу?

— Нет аппетита, — отрезала Лу Мянь холодным тоном.

Как она может быть такой?! Такая забота, такая нежность, и в ответ — только холодное равнодушие! Фэн Суй едва сдерживала возмущение, мысленно крича: "Ну и не надо, пусть тогда сама мучается!"

Линь Цзянь не обиделась. Она аккуратно поправила выбившиеся пряди Лу Мянь, будто успокаивая её, и тихо сказала:

— Тогда я что-нибудь приготовлю. Возможно, ты уже привыкла к моей еде и не хочешь ничего другого?

Лу Мянь подняла взгляд на Фэн Суй, в её глазах читался вызов. Затем она небрежно ответила:

— Хорошо.

Линь Цзянь улыбнулась, уголки её губ слегка дрогнули.

— Хорошо. Тогда через пятнадцать минут всё будет готово.

Линь Цзянь всегда ставила Лу Мянь на первое место. Когда та была спокойна, Линь Цзянь радовалась. Если же Лу Мянь злилась, её забота становилась ещё сильнее. Убедившись, что все нужды Лу Мянь удовлетворены, Линь Цзянь наконец обратилась к Фэн Суй:

— Сяо Суй, поешь сама, а мы с Мянь-Мянь чуть позже перекусим. Кстати, у тебя ещё болит голова?

Фэн Суй недовольно надула губы и пробурчала:

— Уже не болит…

— Вот и хорошо.

На этом разговор закончился. Линь Цзянь ушла на кухню, оставив в гостиной Лу Мянь и Фэн Суй.

Лу Мянь продолжала работать за ноутбуком, а Фэн Суй сидела, сердясь на весь мир. Её так раздражало, что её искренние усилия, весёлый характер и милая внешность совершенно не привлекали внимание. Вместо этого всё внимание Линь Цзянь доставалось Лу Мянь, с её холодным, надменным поведением.

"Как она вообще это терпит? — мысленно кипела Фэн Суй. — Кто не знает, может решить, что она у неё прислуга!"

Эти мысли вызвали в Фэн Суй прилив негодования. Она больше не пыталась выказывать своё превосходство, и Лу Мянь наконец почувствовала долгожданную тишину. Но всё же некоторые сказанные слова продолжали её беспокоить.

Через три-четыре минуты из кухни донёсся голос Линь Цзянь:

— Мянь-Мянь, подойдёшь на минутку?

Лу Мянь, отложив ноутбук, встала, но Фэн Суй попыталась её опередить:

— Сестрёнка, я помогу! Что нужно?

Линь Цзянь тут же остановила её:

— Не надо!

С этими словами Лу Мянь решительно направилась на кухню.

— Что случилось? — спросила она, подойдя.

На столе лежали почти готовые сэндвичи. Линь Цзянь, слегка выгнув спину, указала жестом за себя и тихо сказала:

— Пояс халата немного ослаб, кажется, он вот-вот развяжется. А у меня руки в кетчупе. Поможешь завязать?

Лу Мянь встала у неё за спиной, обхватила её талию и завязала пояс потуже. Линь Цзянь расслабилась, и Лу Мянь с легким упрёком спросила:

— Зачем изначально так слабо завязала?

Линь Цзянь смущённо улыбнулась:

— Я не знала, что Сяо Суй всё ещё здесь.

Кухня была полуоткрытой, звуки почти не заглушались. Их тихий разговор придавал сцене ощущение интимности, будто это была тайная встреча.

Лу Мянь не могла не заметить, что Линь Цзянь могла бы просто помыть руки и завязать пояс сама, но всё равно позвала её.

— Правда? — сдержанно отозвалась Лу Мянь.

Когда сэндвичи были готовы, Линь Цзянь вымыла руки, повернулась к Лу Мянь лицом и мягко спросила:

— Мянь-Мянь, ты сегодня выглядишь немного расстроенной. Что случилось?

Лу Мянь прижала губы, явно не желая ничего объяснять. Линь Цзянь, с нежностью в голосе, начала угадывать причину и пытаться её успокоить.

Линь Цзянь нежно провела рукой по щеке Лу Мянь. Та слегка отвернулась, но рука Линь Цзянь скользнула ниже, мягко коснувшись её плеча. Плечи Лу Мянь были красивыми, скрытыми под тёмно-синим шёлковым халатом. Лучи солнца, падающие на ткань, делали её похожей на произведение искусства.

— Тебя расстроила Сяо Суй? — догадалась Линь Цзянь.

Ответ был очевиден. Ещё утром настроение Лу Мянь было хорошим, но сейчас всё изменилось.

— Что она сказала? Это связано со мной? Я не хочу, чтобы ты злилась из-за неё...

Лу Мянь опустила взгляд, замечая на шее Линь Цзянь следы поцелуев, которые она сама оставила. Это усилило её чувство собственности, и она тихо произнесла:

— Она не сказала ничего такого уж ужасного.

— Мне всё равно, что именно она сказала. Для меня важно лишь одно: не огорчила ли она тебя своими словами, — мягко, но настойчиво ответила Линь Цзянь. Её голос был таким тёплым, что, казалось, способен развеять любые тревоги Лу Мянь.

Линь Цзянь умела успокаивать. Даже самая сильная обида или раздражение таяли перед её нежностью. Лу Мянь невольно смягчилась и сказала:

— Ты действительно хочешь это знать?

— Конечно, хочу, — с блеском в глазах ответила Линь Цзянь.

Лу Мянь сделала шаг вперёд, заставив Линь Цзянь упереться спиной в кухонный шкаф. Та даже не пыталась сопротивляться, ожидая услышать, что терзает Лу Мянь.

— Линь Цзянь, ты действительно сказала ей, что между нами ничего нет?

— Конечно же нет! — Линь Цзянь мгновенно возразила, её взгляд стал тревожным. Она слегка растерялась, торопливо заговорив: — Как она могла пытаться стравить нас?

Лу Мянь приподняла бровь:

— А между нами что-то есть?

Линь Цзянь открыла рот, но тут же закрыла его, не найдя слов.

Лу Мянь была упрямой и непокорной. Она явно злилась на слова Фэн Суй, но даже после объяснений Линь Цзянь решила испытать её, задав провокационный вопрос.

Лу Мянь, не зная, какие мысли крутились у Линь Цзянь в голове, тихо сказала ей на ухо:

— Кажется, она в тебя влюблена.

Линь Цзянь отрицательно покачала головой, нежно обняв Лу Мянь за шею. Её голос зазвучал так мягко и притягательно, что можно было утонуть в его мелодичности:

— Но я люблю только тебя, Мянь-Мянь, и ты это знаешь.

— Правда? — Лу Мянь вспомнила старые обиды. — А ведь раньше ты умела дразнить меня, держа на расстоянии.

Глаза Линь Цзянь расширились, она тихо вздохнула и, опустив голову, промурлыкала:

— Я была не права...

— Так что теперь ты можешь делать со мной всё, что захочешь. А о том, кем мы друг другу являемся... Это решаешь только ты. Вчера вечером я сказала ей, что у меня до сих пор нет твоего признания.

В её голосе звучала трогательная нотка обиды, словно она действительно страдала от недостатка внимания.

— Это я неудачно выразилась. В следующий раз скажу иначе, — Линь Цзянь сделала паузу, задумавшись, а затем добавила: — Мянь-Мянь — моя хозяйка. Подойдёт?

Она засмеялась, но тут же добавила:

— Хотя, может, это слишком откровенно? Вдруг их напугает. Тогда лучше так: «Я добиваюсь её сердца».

Все недоразумения с Лу Мянь исчезали так же легко, как растворяется лёд под солнцем. Линь Цзянь, зная, как найти к ней подход, всегда добивалась своего.

Сейчас Лу Мянь выглядела умиротворённой, её раздражение улетучилось. Линь Цзянь, чувствуя это, поняла, что настал момент, когда она могла позволить себе чуть больше.

— Наверное, теперь ты хочешь поцелуя, Мянь-Мянь, — подумала она. — Хотя, если быть честной, я сама не могу больше ждать.

Она медленно потянулась к Лу Мянь и осторожно коснулась её губ, словно проверяя её реакцию. Увидев в глазах Лу Мянь знакомый блеск, Линь Цзянь собрала её волосы, обвила рукой за талию и поцеловала снова, на этот раз глубже и увереннее.

Лу Мянь быстро ответила, закрыв глаза и обхватив лицо Линь Цзянь, превращая поцелуй в нечто большее — страстное и властное.

Тем временем Фэн Суй, сидя в гостиной, играла с кошкой и ждала, пока Лу Мянь вернётся. Но время шло, а та не появлялась. Любопытство стало брать верх, и Фэн Суй, вставая с дивана, направилась на кухню.

— Лу... — начала она, но, остановившись на пороге, замерла, будто язык отнялся.

Перед ней открылась неожиданная сцена: Линь Цзянь сидела на кухонной тумбе, а Лу Мянь стояла перед ней, склоняясь вперёд для глубокого поцелуя. Линь Цзянь не только не сопротивлялась, но и мягко обнимала её, отвечая с неподдельной страстью. Щёки Линь Цзянь горели ярким румянцем от нехватки воздуха.

Фэн Суй заметила, что шея Линь Цзянь, на которую она раньше не обратила внимания, покрыта следами поцелуев.

Лу Мянь, отпустив Линь Цзянь, бросила на Фэн Суй мимолётный взгляд, но той не дали времени на осмысление увиденного. Линь Цзянь, будто не замечая присутствия постороннего, снова обвила шею Лу Мянь, недовольно пробормотала что-то и с жадностью притянула её для нового поцелуя.

Словно магическая фея, завораживающая своей страстью, Линь Цзянь полностью поменялась: её образ, только что полный нежности, теперь источал такую притягательность, что казалось, она не сможет жить без поцелуев Лу Мянь.

Фэн Суй была настолько потрясена увиденным, что буквально не могла отвести взгляд. Только спустя несколько секунд, осознав, насколько неудобным стало её положение, она поспешила скрыться.

— Лу Мянь отказывается дать ей «официальный» статус? — думала Фэн Суй, сбегая. — Да они, оказывается, за моей спиной в кухне целуются так страстно, словно мир вокруг не существует!

И только теперь Фэн Суй начала понимать: Линь Цзянь ведь вышла из комнаты Лу Мянь.

— Вот чёрт… — она наконец осознала, почему взгляд Лу Мянь был таким снисходительным.

Ситуация была до ужаса унизительной. Фэн Суй чувствовала себя так, будто полностью утратила лицо, словно раньше в присутствии Цинь Чжи, а теперь ещё и перед Лу Мянь.

Тем временем Лу Мянь наслаждалась не только самим поцелуем, но и видом Линь Цзянь, смущённой, раскрасневшейся, и в то же время совершенно покорной.

— Она ушла? — лениво спросила Лу Мянь, словно не хотела, чтобы этот момент прерывался ничем.

Линь Цзянь, тяжело дыша, опираясь на её плечи, ответила спустя несколько секунд:

— Угу…

Они ещё немного постояли в близости друг к другу, а затем Линь Цзянь нежно вытерла губы Лу Мянь мягкой салфеткой.

— Подожди чуть-чуть, — улыбнулась она, — я почти закончила с сэндвичами.

Но Лу Мянь не двинулась с места, лениво опершись на край стола, наблюдая за ней.

— Я записалась на приём в больницу на три часа дня, — спокойно сказала она.

Руки Линь Цзянь на мгновение замерли, но затем она продолжила работу:

— Хорошо. — Её голос звучал тихо, почти нежно.