10 часть, конец?
Чейз ощутил на себе тяжёлый взгляд Блейна. В этом взгляде читалось презрение, неприкрытая ненависть и… разочарование? Чейзу стало не по себе. Он всегда старался быть лучшим, чтобы Блейн им гордился, чтобы Бобби не смотрел с укоризной, чтобы доказать себе, что он чего-то стоит. И вот теперь он видел в их глазах лишь… отвращение.
— Ну что ж, — медленно произнёс он, натягивая на лицо кривую усмешку. — Ха-ха-ха!
Этот смех прозвучал натянуто и неестественно, даже для самого Чейза. Он чувствовал, что должен что-то сделать, чтобы доказать… кому? Блейну? Бобби? Себе? Что он не трус, что он сильный, что он достоин их уважения… или хотя бы их прощения.
И с этими словами Чейз словно сорвался с цепи. Он бросился в атаку с неистовой яростью, несвойственной ему. Клинок в его руках сверкал в свете факелов, оставляя за собой кровавый след. Каждый удар был точен и смертоносен, словно он не Чейз, а какой-то безжалостный механизм убийства, движимый неведомой силой. Его движения стали быстрыми, почти невидимыми глазу. Он не чувствовал боли, только злобное удовлетворение от того, что враги падали один за другим. Он словно забыл, кто он и где находится, поглощённый первобытным инстинктом выживания и жаждой крови. Он перестал различать лица, враги слились в одну массу, которую нужно уничтожить.
Вдруг Лена проснулась, резко вскочив с кровати, и обнаружила, что находится в своей комнате. Сердце бешено колотилось, дыхание было сбивчивым. Комната была залита мягким светом утреннего солнца.
— Лена, просыпайся, — раздался голос мамы из-за двери. — Ты же проспишь первый день школы.
Школы? Какой школы?.. Этот голос казался таким далеким, таким нереальным. В голове ещё бурлили обрывки воспоминаний о битве, о взгляде Блейна, о крови, о ярости Чейза, о ее непростых отношениях с ним… Ведь она знала его иным.
Неужели это был всего лишь сон?
Лена села на край кровати, пытаясь осознать произошедшее. Сон был настолько ярким и реалистичным, что казался настоящей жизнью. Но здесь, в своей комнате, в окружении знакомых вещей, она чувствовала себя в безопасности. Однако чувство тревоги не покидало её. В смутных обрывках сновидения она видела Чейза, и это был не тот Чейз, которого она знала во сне. Была ли это просто игра воображения, или же сон был отражением какой-то скрытой правды о нем? И какое место во всем этом занимала она?
—————————————
вот такие вот дела(
ждите новое произведение..