19.
- Рюноскэ, Объясни мне.
- Всё хорошо, Осаму. У меня все хорошо.
- Да прекрати делать из меня слепого, - уже более на повышенном тоне сказал Осаму.
- Ну а что ты хочешь услышать? М?
- Я в чем-то виноват?
- Я же уже сказал, что нет.
- Тогда, может, я делаю что-то не так? - Голос Осаму медленно становился истерическим.
Акутагава понимал, что всё выходит из-под контроля, не этого он хотел.
- Нет, Осаму, ты не так всё понял. Всё обстоит совсем иначе.
- Будь добр и объясни мне, пожалуйста.
- В эту среду было ровно 10 лет, как у меня умерли родители. Теперь тебе все ясно?
Мальчишка будто паник. Ему стало неловко за свою достовучасть.
- Прости, - в этот раз язык повернулся извинится.
Рюноскэ не знал, что ему сказать. Да и по сути он не должен ничего говорить. Акутагава просто развернулся и ушёл на веранду. Сегодня было холодно. Подросток стоял посреди прихожей и не понимал: ему уйти или остаться? Наверное, остаться. Но а может и уйти.
- Мне уйти?
- Останься, - тихо отозвался старший.
Осаму спокойно снимает свою обувь и проходит в гостиную. Было убрано, что его немного удивило. Он то думал, что сейчас зайдёт, а там бардак. Старший развернулся и посмотрел на мальчишку, который неуверенно
стал подходить к нему. Осаму вплотную стал возле Рюноскэ, смотря ему в глаза. Они были всё такими же: завораживающими. Подросток встал на носочки и дотянулся своими губами до губ Акутагавы. Они были такого интересного вкуса. Ю отстранился со словами «Осаму, я…», но мальчишка не слушал его, а ещё раз поцеловал. Рюноскэ не стал сопротивляться, а даже наоборот, он углубил этот поцелуй. И вот, подросток снова у старшего на руках, они направляются в спальню. Дазая нежно кладут на кровать и раздевают. На улице залотой час, освещение романтичное, как казалось подростку. Да и по правде, любимое время Осаму - это золотой час. Подросток смотрит на целующего его тело парня, держа того за голову. Младший ложиться спиной на кровать, все так же не отпуская мягкие волосы. Его лицо становиться все более эротичным, губы приоткрываются и издают томные вздохи. Губы Рюноскэ переходят на низ живота, а руки младшего ложатся рядом со своей головой. Там, где сейчас губы Ю, то эрогенная зона мальчишки, поэтому его живот от этого слегка подрагивал, а из уст легкие смешки.
- Открой свои глазки, - шёпот старшего.
Но Дазай упорно лежит с закрытыми глазами. Открывать их совершенно не хочется, потому как открыв их, все наслаждение просто испарится. Кажется, для старшего и объяснений не нужно, он сам все понял. Ведь и правда, даже на собственном опыте Рюноскэ знает, что когда приятно - открывать глаза совсем не хочется. Старший медленно расстёгивает ширинку и высовывает оттуда вставший член подростка. Пухленькие губы накрывают припухшую головку. Ловко захватывая небольшой член до половины в рот, Рюноскэ начинает делать минет, ускоряясь. Руки ему в этом всем конечно же помогали, доставляя ещё больше удовольствия.
- Aх! Ха…
Выдаёт первый громкий стон подросток, а затем выгибается в спине, растравляя свои ножки шире. Старший отстраняется и тянется за смазкой. Смазав два пальца которые с трудом пролазят в узкую дырочку парнишки, доставляя дискомфорт. Губы старшего с чмоком отрываются от влажного члена и переносятся на затвердевшие соски, обхватывая их нежными губами и оттягивая. Два пальца уже медленно начинают двигаться свободно, Осаму почти готов.
- Рюноскэ, - сдавлено стонет младший, - пожалуйста…
Старший понимает и тут же высовывает пальцы, расстёгивая свою ширинку джинс. Он порядком возбуждён, но сейчас у него одно на уме - как бы поскорей закончить это. Он сам не понимал, почему думает об этом. Ему просто хотелось закончить.
Мальчишка переворачивается на живот, лицом к панорамным окнам. Его взгляд припал к солнцу, которое ярко светило, отдавая
золотой оттенок. Подросток сразу прогнулся в спине, выставляя свой сочный зад старшему. Его ладошки предварительно взялись за одеяло, сильно сжимая. Рюноскэ смазал проход
Осаму повторно и начал вставлять припухшую головку, медленно заходя глубже.
Спустя 1 час.
Спустя несколько минут Осаму уснул сладким сном, оставляя Рюноскэ наедине с собой. Смотря усталым взглядом на младшего, Акутагава понимает, что это не то, чего он хотел. Тут что-то не так. Серые глаза падают на закат, томно вздыхая, но тут же снова возвращаются на полу-прикрытое обнаженное тело. Старший сексуально-безразличным взглядом рассматривает его. Он ощущал себя странно: будто в нём что-то мешает, словно камень на душе. Парень садиться на край кровати и хватается за голову. «Кажется…Черт, не хочу через это ещё раз проходить», - с самым, что ни на есть, большим отчаянием подумал Акутагава, вспоминая не самые хорошие моменты прошлого. На часах скоро стукнет пол 8, Осаму только начинает просыпаться. За это время Рюноскэ стал более бодрым, нежели час тому назад.
- А ты долго после секса спишь. Ты так сильно выматываешься? - Усмехнулся старший.
- Попробуй побыть на моем месте…
Ю в упрёк посмотрел на Осаму серозным взглядом. Как бы он был в роле пассива.
- Точно, - вспомнил младший, - ну то всё равно, быть под тобой - выматывает.
- Но тебе же нравится эта усталость.
- А я и не отрицал.
- Короче, пока ты спал, я тут подумал, а может съездим куда-нибудь погулять? Вот прям сейчас.
- Например?
- Просто ночью по городу погулять. Осаму пожал плечами в ответ. Он никогда не видел прогулку по городу какой-то весёлой, так что не сказать, что идея Ю его как-то заинтересовала.
- Ну давай, поехали, - радостно вновь предложил старший.
- Мне завтра в колледж, давай на выходных?
- У тебя завтра первая пара на 11:20, не надо мне тут.
- Ты даже расписание мое смотрел?!
- Ну да, так что давай, собирайся.
Парень вздохнул и сделал кислую мордочку, чему Рюноскэ только улыбнулся. Старший и сам удивлялся себе сейчас. Буквально час назад он ходил как рыба капля, а сейчас же все наоборот. Приведя себя в порядок и они поехали гулять. Первое место, куда они поехали - стал Биг-Бен. Осаму часто там бывал, так что ему было не интересно. Ну или он так только думал.
- Бывал здесь ночью?
- Ночью нет, а вот вечером - да, - кисло ответил подросток.
- Да ладно тебе, чего ты как девочка, у которой месячные?
- Эй! - Вскрикнул Дазай и с серьёзно-возмущённым лицом посмотрел на старшего, толкая его.
- Не бушуй.
Я не бушую, просто блин.
«Хорошо обосновал», - подумал со смешком Акутагава.