29
— А... чей это дом?
— Это любовное гнёздышко моих родителей, они здесь провели медовый месяц, и иногда сбегают сюда на выходные.
— Здесь уютно.
— Да, в самый раз для двоих.
Каори прикрыла глаза, чувствовала она себя не очень хорошо, но не жаловалась. Я старался создать ей максимум удобств, усадил на веранде, где дул приятный тёплый ветерок, обложил со всех сторон диванными подушками, принёс воды и сел у её ног. Бледная, измученная, дыхание поверхностное и какое-то неровное. Я снова почувствовал злость. Чёртова Мияги! Вот так просто взять и подсунуть невинному человеку неизвестно что! А вдруг доза оказалась бы слишком большой? Мне вчера было весело, хотя и хлопотно, но это уже слишком. И самое ужасное, она думала, что мне может такое понравиться! Хотя, чему удивляться? У неё же явно мозги набекрень.
Не смотря на весь свой праведный гнев, я всё-таки собирался воспользоваться тем, что ослабленная Каори долго сопротивляться не сможет, и приступил к делу.
— Каори, ты ведь больше всего на свете хочешь, чтобы я нашел любимую девушку и был счастлив?
— Да, — сказала она, открыв глаза.
— Кажется, с этим будут проблемы.
Я сказал это и замолчал, устремив вдаль взгляд полный тоски.
— Почему? — забеспокоилась Каори, выпрямляясь на подушках.
— Мой отец хочет, чтобы я женился на Мияги, а такую, как она, я никогда не смогу полюбить.
— Но ведь ты можешь рассказать ему, какая она.
— Могу, но толку в этом будет мало. Кто поверит, что наследница одной из самых уважаемых семей может так ужасно поступить? Отец решит, что я выдумываю, потому что не хочу жениться... Да и потом, даже если мне удастся отвертеться от брака с Мияги, мне найдут другую. Родители не верят в то, что я сам могу устроить свою личную жизнь должным образом. Конечно, я сам виноват, я был не слишком разборчив в связях и вёл себя совершенно безответственно... Так что, меня скорее всего женят на какой-нибудь мало-мальски подходящей девице, чтобы создать хоть какую-то иллюзию моего благополучия.
Я печально вздохнул.
— Неужели... ты ничего не можешь сделать?
Я посмотрел на неё. В её глазах тревога, в моих обреченность.
— Могу, наверное, но всё зависит от того, насколько сильно ты захочешь мне помочь.
— Я могу тебе помочь?
— Да, если бы ты побыла некоторое время моей невестой...
— Нет, — произнесла Каори еле слышно.
— Нет? Ты говорила, для тебя это важно, — горько усмехнулся я.
— Я... не смогу.
— Почему? Что тут сложного?
— Придётся всем врать, а я не очень умею врать...
Она смотрела на меня почти умоляюще, чувствовала, что сдастся, если я надавлю чуть сильнее, и умоляла не давить. Но я — бездушный мерзавец, так что я сказал:
— Все умеют врать.
— Мне это очень тяжело даётся, я не выдержу долго.
— Ну и в чём же будет заключаться твоё враньё? — я придвинулся к ней и заговорил соблазняющим голосом, — В том, что ты любишь меня? В том, что хочешь сделать меня счастливым? В том, что сама счастлива, когда я рядом? В том, что я попросил тебя быть моей невестой?
Беспомощный взгляд, растерянное выражение лица, она не знала, что ответить.
— Я не смогу, — повторила она.
— Что не сможешь?
Я был терпелив, я понимал, что дожать надо аккуратно и нежно, иначе она расплачется, и я буду бессилен.
— Ты ведь как прежде будешь встречаться с другими девушками, а я... это будет неправильно, и это точно тебе не поможет.
— Каори, никаких других девушек не будет.
— Почему? — искренне удивилась она.
Я не знал, возмутиться или удивиться в ответ. Либо она всё про меня понимает, но это не мешает ей считать меня хорошим человеком. Либо это была тонкая ирония. Как бы то ни было, я ответил:
— Я решил найти свою любимую, какие тут могут быть девушки для развлечения?
— Да, наверное, — произнесла Каори, всё ещё сомневаясь.
— Ты подарила мне эту мысль, эту мечту, что у меня когда-нибудь будет та самая одна единственная. До тебя я не хотел этого, а сейчас могу потерять своё счастье, даже не успев найти. Пожалуйста, помоги мне.
Взгляд я сделал самый что ни на есть несчастный. Но Каори рассматривала дощатый пол веранды, не поднимая головы.
— Нет, Такеши-семпай, я не гожусь для этого.
— Но я не могу попросить об этом никого другого, — вкрадчиво заговорил я, — Только тебе одной я могу доверять. В нашей семье есть запрет на расторжение помолвок. Если я объявлю кого-то своей невестой, то уже не смогу отказаться от своих слов, помолвку сможет разорвать только моя невеста. Я знаю, что ты этой ситуацией не воспользуешься и отпустишь меня, если будет нужно.
Да, я использовал сказку, которую мой брат придумал для своей Фуюми, тогда сработало и сейчас, похоже, тоже сработает.
— Это правда? — спросила Каори.
— Да, — ответил я, добавив драматичности в голос.
О, я сам верил, когда всё это говорил, так что получилось вполне правдоподобно. Взгляд Каори стал грустным и задумчивым, она молчала, и я тоже отступился, будто бы исчерпав все свои доводы, но на самом деле я понимал, что уже достаточно. Давай же, маленькая русалочка, ты же сделаешь всё для своего принца.
— Хорошо, Такеши-семпай, — сказала она, наконец, — Я побуду твоей невестой некоторое время.
Я приложил все усилия, чтобы скрыть довольную улыбку, и с выражением лица только что спасённого от страшной участи бросился её обнимать.
— Спасибо, Каори! Я буду самым замечательным женихом на свете! И зови меня, пожалуйста, по имени.
— Конечно, Такеши-семпай, я буду звать тебя по имени на людях, — как всегда сдержанно сказала она, устанавливая границы.
— Но ведь однажды ты можешь перепутать. Или кто-то может случайно подслушать. Будет лучше, если ты всегда будешь звать меня Рэй.
— Да, наверное. Ты слишком долго меня обнимаешь.
— Я подумал, что нам нужно потренироваться и в этом тоже, — промурлыкал я ей на ухо, потом сменил позу, сел сзади и обнял её, прижимая к себе.
— Пожалуйста, не увлекайся, я не думаю, что нам стоит быть настолько...
— Я буду обнимать тебя, и держать за руку, и целовать...
— Нет!
— В щечку, не более, — успокоил я её.
— Ладно, — согласилась она через силу.
Я поздравил себя с ещё одной победой.
— Рэй...
— Что?
— Мы здесь надолго?
— Пока тебе не станет лучше, можем ещё на ночь остаться.
— Не стоит, я уже вполне нормально себя чувствую. Так что давай уже поедем.
Она встрепенулась и была готова отправиться сейчас же. Я мягко вернул её в свои объятия.
— Не хочу, чтобы тебе стало плохо в дороге. Я должен хорошо заботиться о своей невесте.
— Вот что ты делаешь? — устало спросила она.
— Ничего я не делаю, — невозмутимо ответил я.
— А мне кажется...
— Тебе кажется, — успокаивающе произнёс я, прижимаясь к ней крепче.
Всё, теперь Каори моя! Она будет со мной гулять и ходить в кино, и я буду в праве тискать её, когда захочу, под любым предлогом. Родители от меня отстанут, Змеяги умрёт от злости, а Некота обломается по всем фронтам! Осталось только как-то объяснить эту ситуацию старику Сакураи, пока не знаю, как, но что-нибудь придумаю.