контракт [ J. H. ]

Лукреция

День пролетел как ураган. Джейден и в самом деле сказал Аманде, что именно он хочет, а этот список, казалось, был бесконечным. Платья, брюки, юбки, блузки, костюмы – передо мной пронесся широкий спектр материалов и цветов. Были среди них и несколько новых купальников, нижнее белье и ночные сорочки. Я примеряла наряд за нарядом, и каждый либо отвергали, либо откладывали на растущую кучу одобренной одежды.

К счастью, понаблюдав за мной немного, она выбрала мне всю обувь на низком каблуке и заверила, что это все равно стильно, зато у меня было больше шансов остаться в вертикальном положении.

Последней каплей стала показанная мне одежда для тренировок. К тому моменту я была уже раздражена до крайности и не могла понять, когда бы мне понадобилась дорогущая спортивная одежда. Бога ради, да у него же собственный тренажерный зал в квартире. Когда она отметила, что это значится в списке Джейдена, я вскинула руки и сказала, чтобы добавила на свое усмотрение все, что сочтет подходящим. С меня довольно.

Я вышла из магазина, держа в руках наряд на завтрашний день, одетая в новые джинсы и шелковую рубашку насыщенного красного цвета. Джейден, очевидно, не хотел бы видеть меня вернувшейся в «старом барахле».

По дороге домой в машине я молчала, разбитая и уставшая. Подняла свои пакеты в кондо и открыла дверь своим ключом. Из глубины коридора доносилась музыка. Я знала, что Джейден был занят тренировкой, поэтому повесила свое новое платье в шкаф, отложила еще парочку привезенных с собой новых вещичек, после чего позвонила в частный дом узнать о Пенни. Ее главная медсестра сказала, что она спит, но день был не из удачных, поэтому мне не стоит ее посещать. Пока я сидела и смотрела в окно, меня охватила грусть. Я ненавидела дни подобные этому, однако она была права: визит только еще больше бы меня расстроил.

Вместо этого я спустилась вниз и пошарила по кухне. Она была хорошо оборудована, но продуктов было мало, разве что фрукты и несколько пряностей в шкафах и холодильнике.

– Что-то ищешь?

Вздрогнув, я выпрямилась. Джейден опирался о дверной косяк, вокруг его широких плеч было обернуто полотенце. Кожа блестела от мелких бисерин пота, волосы влажные, но он по-прежнему выглядел идеально.

– У тебя не так уж и много продуктов.

– Я понятия не имею, как готовить. Беру еду на вынос или моя домработница мне что-нибудь оставляет.

– Домработница? – Он не упоминал о наличии домработницы.

Он кивнул, сделав глоток из бутылки с водой, которую держал в руке.

– Мне нужно нанять. Последняя уволилась две недели назад. – Он отмахнулся – Они приходят и уходят.

Я скрыла улыбку. Эта новость не удивляла.

– Я готовлю.

– Ты говорила, – усмехнулся он.

Я проигнорировала его язвительный тон.

– Я могу содержать это место в чистоте, заниматься закупками и готовкой.

– Почему?

– А почему бы и нет?

– С чего бы тебе хотеть этим заниматься?

– Джейден, – начала я терпеливо, – теперь я не работаю и у меня куча свободного времени. Зачем тебе нанимать кого-то, если я все равно тут?

Он нахмурился, обдумывая это.

– Другим это будет казаться чем-то естественным, – на его непонимающий взгляд я объяснила, – то, что я буду следить за нашим домом. Что буду заботиться о… э-э… тебе.

Он почесал затылок, явно сомневаясь.

– Да?

– Да.

– Окей… пока что. Используй свою кредитку для оплаты всего.

Я кивнула.

– Купи все, что тебе нужно для поддержания квартиры в чистоте. Если нужна помощь, найми.

– Ладно.

Я почувствовала облегчение. Заниматься закупками и готовить еду будет чем-то обыденным. Займу себя делом, убирая кондо.

– Как прошел разговор с юристом?

– Хорошо. – Он осушил бутылку и выбросил ее в урну в углу. – А твой поход по магазинам?

Я закатила глаза.

– Ну и списочек ты ей дал.

– Я же сказал, что хочу для тебя все новое.

– Что ж, ты это получил.

Он шагнул ближе, потирая своими длинными пальцами рукав моей рубашки.

– Мне она нравится.

– Отлично. Ты ее купил.

– Ты потратила много моих денег?

– Тонну. Уверена, что довела тебя до богадельни.

К моему удивлению он улыбнулся. Настоящей улыбкой, которая осветила его глаза, отчего он стал выглядеть как мальчишка. – Наконец-то ты делаешь то, что я тебе говорю.

Я фыркнула.

Он потянулся мне за спину и взял конверт.

– Вот.

Я робко взяла его, пальцами ощущая какой он твердый и громоздкий.

– Что это?

– Ключи от твоей машины.

– Моей машины? – пискнула я.

– Я же сказал, что куплю тебе. Она стоит на стоянке, место 709 рядом с двумя моими. Там же и твой пропуск, с помощью которого сможешь попасть и выйти из гаража.

– Что?..

– Это Лексус. Безопасный. Надежный. Красный – как твоя рубашка.

– Не нужно было.

– Нет, нужно. Это все часть имиджа, Лукреция. Мы продаем нас как пару – детали важны. Помни это. – Он пожал плечами. – Если что, по завершению всего этого у него будет хорошая цена при перепродаже. Если не захочешь оставить его, сможешь продать. В любом случае, он твой, как часть нашей сделки.

Я покачала головой.

– Как ты можешь себе все это позволить? Знаю, что тебе хорошо платили, но не настолько.

Его лицо потемнело.

– После смерти родителей я унаследовал много денег.

– О, мне жаль, Джейден. Я не знала. Они недавно умерли?

Его плечи сжались, а поза стала напряженной.

– Четыре года назад. Это не было большой потерей, так что прибереги свое сочувствие. Впервые их действия принесли мне пользу.

Я не знала, как ответить на это заявление.

– Так что не волнуйся по поводу денег.

Он развернулся и покинул кухню.

– Я иду в душ, а после закажу ужин. На столе я оставил для тебя список, можешь просмотреть. Пообщаемся, когда вернусь. Нужно пройтись по всему перечню.

– Дополнительная работа над имиджем?

– Именно. Найди за стойкой бутылочку хорошего красного вина. Думаю, она мне потребуется. – Он одарил меня очередной ухмылкой. – Ты узнаешь какое хорошее, когда увидишь, бери его.

На этой приятной ноте он удалился, оставив меня таращиться ему в след.

Джейден

Когда я вернулся, Лукреция сидела на одном из высоких стульев. Там же стояла открытая бутылка вина, она потягивала его из бокала, изучая лежащие перед ней бумаги. Я сделал глубокий вдох и пересек комнату. Ее список был при мне, чтобы мы могли обсудить детали. Нам нужно было за вечер запомнить столько информации друг о друге, чтобы суметь завтра всех обмануть. Нужно было убедить Грехама, что мы настоящая пара. Я знал, что предстоит долгий вечер.

Напряжение все еще не спало – так происходило каждый раз, когда я говорил о своих родителях, независимо от того, что о них рассказывал. Я ненавидел думать о них и моем прошлом.

Меня встретили яркие глаза Лукреции. Ее волосы упали через плечо, и я не мог не заметить, как красный цвет подходил к их насыщенному оттенку и ее бледной коже. Я молча осушил бокал вина и сел рядом с ней, отгоняя эти странные мысли.

– Скоро привезут ужин. Я заказал тебе каннелони. Надеюсь, тебе нравятся.

– Это одно из моих любимых блюд, – кивнула она.

– Знаю, – я с усмешкой достал свой список.

Сделал глоток вина, наслаждаясь ароматом. Она выбрала одно из моих любимых.

Я хлопнул листами по стойке.

– Приступим?

***

Несколько часов спустя налил в свой бокал остатки вина. Я был изможден. Мне никогда не приходилось говорить о своем прошлом или раскрывать так много личной информации, вечер был сущим мучением. К счастью, ввиду того что у нас было много тем для обсуждения, мне не нужно было сильно вникать во многие детали. Она знала, что я единственный ребенок в семье, мои родители умерли, и все соответствующие факты: когда пошел в школу, любимые занятия, цвета, предпочтения в еде, симпатии и антипатии. Отчасти я был удивлен узнать, что многие из этих вещей ей уже были известны – она была более наблюдательна в офисе, чем я предполагал.

Я узнал много информации о Лукреции. В то время как она была наблюдательной в отношении моей персоны, для меня она была лишь тенью на краю моего мира. Так же, как и я, она неохотно говорила о своем прошлом, но рассказала достаточно, чтобы мне было с чем работать. У нее также не было братьев и сестер – ее родители умерли, когда она была подростком, а жила с тетей, которая сейчас находится в приюте. Она не окончила университет и временно пошла работать в «Андерсен Инк», но так там и осталась. Когда я спросил почему, она ответила, что в то время не могла решить  относительно своего будущего и предпочла работать, пока не поймет, чего хочет. Не стал допытываться, хотя это и казалось странным. Я понятия не имел как работает ее мозг.

Со вздохом я опустился на диван. Лукреция рядом со мной напряглась, и я откинул голову, глядя на нее с плохо скрываемым нетерпением.

– Думаю, мы закончили с основными фактами, Лукреция. Если нужно будет, я даже знаю название твоего любимого крема для рук. – Ее список был более детальным, чем мой. – Но ничего из этого не сработает, если каждый раз при моем приближении ты будешь замирать.

– Я не привыкла к такому, – призналась она. – Обычно ты, э-э, заставляешь меня понервничать.

– Нам придется сблизиться, – сообщил я. – Как бывает у влюбленных. Они прикасаются и нежничают, шепчутся и обмениваются взглядами. У них появляется близость, которая приходит с интимными отношениями. У меня такое чувство, что семья Гэвинов – задушевная компания. Если я не могу тронуть тебя за руку без того, чтобы ты вздрогнула, то никакая куча фактов не спасет нас от наблюдательности Грехама.

Она вертела свой бокал вина, неоднократно пробегая пальцами по ножке.

– Что ты хочешь сказать?

– Я собираюсь касаться тебя, шептать на ушко, держать за руку и даже целовать. Называть тебя душенькой и другими ласкательными. Как поступают другие влюбленные пары.

– Ты вроде говорил, что никогда не был влюблен?

Я заржал.

– Я подготовил достаточно кампаний на эту тему, так что могу притвориться. Кроме того, я достаточно много раз испытывал страсть и вожделение, а по сути это одно и тоже.

– Секс без любви, это лишь части тела и трение.

– В таком трении нет ничего плохого. Именно секс без любви мне и нравится. Любовь сказывается на людях, она их меняет, делает слабее и все усложняет. Мне это не интересно.

– Это очень печально.

– Не в моем мире. А теперь вернемся к делу. Ты готова не пуститься наутек с воплями, когда я неожиданно прикоснусь к тебе или поцелую? Ты сможешь с этим справиться? – Я постучал костяшками пальцев по лежащим перед нами спискам. – Чтобы все получилось, нам нужно больше, чем факты.

– Да, – она вздернула подбородок.

– Ладно, нам нужно что-то попробовать.

– Что ты предлагаешь?

Я потер пальцем свой подбородок.

– Что ж, если вариант потрахаться ради самого траха снят с повестки дня и больше не рассматривается, полагаю, надо что-то придумать. Если конечно ты не хочешь все же попробовать?

Она закатила глаза, но ее щеки потемнели.

– Нет. Предложи что-то другое.

Я подавил смешок, порой она бывает забавной. Протянул руку ладонью вверх, приглашая.

– потанцуй со мной.

Медленно она вложила свою руку в мою, и я накрыл ее маленькую ладошку. Ее кожа была прохладной и мягкой, с ухмылкой я сжал ее пальцы, прежде чем отпустить.

– Видишь, я не обжег тебя или что-то в этом роде.

Чувствуя себя беспокойно, я встал и начал прохаживаться.

– Нам нужно вести себя комфортно друг с другом. Если я целую тебя в щеку или приобнимаю за талию, ты должна вести себя так, словно это нормально. – Я одернул подол рубашки. – Тебе придется поступать также. Касаться меня, улыбаться, смеяться, когда я склоняюсь к тебе и что-то шепчу. Тянуться вверх на этих смехотворно коротких ногах, чтобы поцеловать меня в щеку. Делать что-нибудь. Ты понимаешь?

– Да, – затем она усмехнулась и на ее лице отразилось вороватое выражение.

– Что?

– Если ты зовешь меня «душенька», то мне тоже нужно называть тебя как-то, э-э, по-особенному?

– Я не из тех, кому дают прозвища. Что у тебя на уме?

– Что-нибудь простое.

Это я могу пережить.

– Например?

– Джей, – заявила она с серьезным лицом.

– Нет.

– Почему нет? Это сокращенная форма твоего имени и оно, э-э, подходит тебе во многих аспектах.

Бросил на нее острый взгляд. Я был уверен, она знала, что это прозвище дали мне в индустрии и пыталась высмеять.

– Нет, выбери что-то другое.

– Мне нужно об этом подумать.

– Так и сделай, но «Джей» больше не обсуждается.

Ее губы ехидно изогнулись.

Я закатил глаза.

– Забудь об этом, Лукреция.

– Ладно. Хотя Джей отлично подходит, но я попробую.

Я проигнорировал ее очевидный подкол.

– Нет… хватит. – Я встал перед ней, встретившись с ее веселым взглядом. – Может, теперь попрактикуемся?

– Попрактикуемся?

Я взял пульт и нажал «воспроизведение», после чего менял музыку, пока из динамиков не зазвучала тихая, нежная мелодия.

– Потанцуй со мной. Привыкни к ощущениям близости ко мне. – Я протянул руку и сказал единственное слово, которое не использовал в отношении ее, за исключением последних пары дней. – Пожалуйста.

Она позволила мне поднять ее на ноги и неуклюже приблизилась. Со вздохом я обхватил рукой ее за талию, притягивая ближе, и втянул запах ее волос, витавший в воздухе. Мы начали двигаться, и я был удивлен, насколько естественным это казалось. Намного мельче тех женщин, к которым я привык, она едва ли доставала мне до плеча, ее голова устроилась у меня под подбородком. В моих руках она казалась легкой и хрупкой, но в тоже время хорошо подстраивалась под мою фигуру. Спустя пару минут напряжение в ее плечах исчезло, позволив мне без особых усилий вести ее по комнате. В движении она была неожиданно грациозной, учитывая, как часто мне доводилось видеть, как она путалась в собственных ногах.

В моей голове раздался голос, нашептывающий, что, возможно, ей всего лишь был нужен кто-то, кто бы стал ее опорой, а не изводил.

Это меня насторожило, и я отпрянул, уставившись на нее. Она моргнула в смятении, и я осознал, что она ожидает какого-нибудь гадкого замечания. Вместо этого я накрыл ей щеку ладонью и ее глаза округлились.

– Что ты делаешь?

– Целую тебя.

– Зачем?

– Тренировка.

Ее с придыханием «ох» достигло моего рта, в то время как мои губы коснулись ее. Те были на удивление мягкими и податливыми, легко соединяясь с моими. Это не было неприятное ощущение, на самом деле я почувствовал, как при прикосновении вниз по позвонку пробежало тепло. Я оторвался от ее рта лишь для того, чтобы опустить голову и еще раз поцеловать, только на этот раз едва коснувшись ее губ.

Отступил на шаг назад, освобождая ее из объятий. Воздух вокруг нас стал насыщенным, я усмехнулся.

– Видишь, не так уж и плохо. Ты не умрешь, если поцелуешь меня.

– Как и ты, – ответила она дрожащим голосом.

Я рассмеялся.

– Думаю, нет. Что не сделаешь ради дела.

– Верно.

Я подхватил пульт и выключил музыку.

– Молодец, Лукреция. Для одного вечера мы достаточно поработали. Завтра важный день, так что думаю нам обоим нужно отдохнуть.

– Ладно, – прошептала она.

– Сегодня ты славно потрудилась. Спасибо.

Я развернулся на месте и удалился, оставив ее с изумлением смотреть мне в спину.