часть 8.
Эмма не могла уснуть. Она несколько раз ворочалась в постели, но мысли о Дженне не давали покоя. Беспокойство грызло изнутри. В конце концов, она тихо вышла из своей комнаты и на цыпочках подошла к гостиной.
Дженна лежала на диване, всё так же под одеялом, но дышала тяжело, лоб слегка блестел от испарины. Эмма нахмурилась.
— бля… — пробормотала она, присев на корточки рядом.
Она осторожно коснулась её щеки. Тёплая. Слишком тёплая.
— Дженна, — позвала она тихо.
Ортега едва заметно нахмурилась, но не открыла глаз. Её дыхание было неглубоким, отрывистым.
Эмма быстро огляделась, встала и ушла на кухню, вернувшись с водой. Поставила стакан на стол и аккуратно потрясла Дженну за плечо.
— Эй, — чуть громче.
Глаза Ортеги открылись, но взгляд был слегка затуманенный.
— Чего?.. — голос был хрипловатый.
— У тебя температура, — сообщила Эмма, хватая бутылку антисептика. — Наверное, рана снова кровоточит.
Дженна зажмурилась, будто от раздражения, и попыталась перевернуться на бок, но поморщилась от боли.
— лежи смирно, — Эмма поджала губы, осматривая бок. Бинты слегка пропитались кровью.
— Всё нормально, — пробормотала Дженна, явно не в состоянии говорить твёрдо.
— Да ну? А по тебе не скажешь.
Эмма нервно откинула с лица прядь волос, быстро схватила аптечку и снова принялась снимать повязку.
— Сука… — Ортега вздрогнула, когда холодная перекись попала на рану.
— Потерпи, — Эмма нахмурилась, работая аккуратно, но быстро.
Когда она закончила перевязывать, Дженна выглядела ещё более вымотанной, чем прежде.
— Выпей воды, — Эмма подала стакан, наблюдая, как та нехотя делает пару глотков.
— Спасибо. — пробормотала Дженна, закрывая глаза.
— Что-то ещё нужно? — Эмма слегка наклонила голову, ожидая.
Дженна не ответила сразу. Только спустя несколько секунд хрипло выдохнула:
— Останься.
Эмма замерла, но кивнула, тихо присаживаясь рядом.
Дженна лежала без сил, тяжело дыша, её лицо было бледным, но лоб пылал жаром. Обычно холодный и непроницаемый взгляд теперь был расфокусированным, едва осознающим окружающее.
Эмма нахмурилась, чувствуя неприятный ком в груди. Осторожно, почти невесомо, она коснулась губами горячего лба Дженны.
Та едва заметно дёрнулась, моргнув, и слабо нахмурилась.
— Чего ты… — голос её был хриплым, слабым.
— У тебя жар, — спокойно ответила Эмма, убирая влажную прядь с её лица.
Дженна прикрыла глаза, не имея сил даже на раздражение.
— Тебе срочно нужно сбить температуру, — твёрдо сказала Эмма.
Она быстро встала, принесла таблетку и бутылку воды, вернулась к дивану.
— Выпей, — мягко, но настойчиво сказала она, вкладывая таблетку в ослабевшие пальцы Дженны и придерживая её руку.
Дженна нехотя, но послушалась, запила лекарство водой и снова откинулась на подушку.
Эмма не отходила, молча села рядом, следя за тем, как тяжело поднимается и опускается грудь Дженны. Незаметно для себя, она придвинулась ближе.
Эмма молча следила за Дженной, замечая, как её брови иногда едва заметно дёргались, губы что-то беззвучно шептали. Лоб снова покрылся испариной, дыхание было сбивчивым.
Дженна метнулась головой в сторону, словно что-то её тревожило, и тихо, почти неслышно, пробормотала что-то. Эмма напряглась.
Она не знала, чем помочь. Дженна явно была не в себе.
С минуту колебавшись, Эмма осторожно подняла руку и медленно, мягко провела пальцами по её волосам. Тёмные, длинные, мягкие. Они приятно скользили между пальцами.
— Всё нормально… — тихо выдохнула Эмма, сама не зная, зачем говорит это.
Она продолжала медленно перебирать волосы. Та на мгновение затаила дыхание, но, похоже, прикосновения подействовали — лицо расслабилось, дыхание стало чуть ровнее.
Эмма не остановилась, продолжая гладить её, чуть сильнее касаясь пальцами кожи головы. Почему-то она чувствовала, что так Дженне будет легче.
Дженна, видимо, расслабилась под её прикосновениями, потому что вскоре дыхание стало ровным, а тело перестало напрягаться. Эмма продолжала медленно перебирать её волосы, даже когда поняла, что та уснула.
Некоторое время она просто смотрела на Дженну, прислушиваясь к её дыханию. Раньше она никогда не видела её такой. Дженна всегда казалась неуязвимой, несгибаемой, но сейчас — слабая, бледная, с раной на боку.
Эмма осторожно легла рядом, стараясь не задеть её. Она закуталась в одеяло и, не задумываясь, медленно обняла Дженну, аккуратно прижавшись к ней. Так было теплее, и… спокойнее.
---
Дженна проснулась через несколько часов. Ей уже было легче — температура почти спала, тело больше не ломило. Открыв глаза, она сразу почувствовала, что её кто-то держит.
Эмма.
Она спала, чуть сжавшись, её рука всё ещё лежала на талии Дженны.
Дженна медленно провела языком по сухим губам, вспоминая, как плохо ей было ночью. Вспоминая, как тёплые пальцы осторожно скользили по её волосам, как тихий голос пробивался сквозь сонный туман.
Она немного пошевелилась, и Эмма тут же зашевелилась во сне, слабо сжимая пальцами ткань рубашки Дженны.
— Эмма, — тихо позвала она, чуть хрипло.
Та всхлипнула во сне, сморщив нос, но глаза пока не открыла.
Эмма проснулась, ощущая приятное тепло рядом. Она медленно открыла глаза, ещё не совсем осознавая, где находится. Но когда увидела перед собой Дженну, воспоминания ночи накрыли её.
Она резко отстранилась, чувствуя, как по щекам разливается жар. Потянулась, немного сонно зевая, прежде чем взглянуть на Дженну.
— Как ты себя чувствуешь? — её голос был хриплым после сна.
Дженна лениво повернула голову, её тёмные глаза осмотрели Эмму.
— Нормально. Уже лучше, — сказала она, небрежно.
Эмма нахмурилась.
— Сегодня никакой работы. Будешь отдыхать, — твёрдо заявила она.
Дженна усмехнулась, но в её глазах промелькнуло что-то странное.
— Ты мне приказываешь?
— Ага, — Эмма скрестила руки на груди. — И я серьёзно. Никакой беготни, никакого оружия. Ты и так чудом на ногах стоишь.
Дженна тихо фыркнула, но поспорить не успела — Эмма уже вставала с дивана.
— Пойду приготовлю что-то, — бросила она через плечо.
Дженна осталась лежать, наблюдая за её уходящей фигурой.
Эмма сосредоточенно стояла у плиты, ловко разбивая яйца в миску. Она хотела сделать что-то действительно вкусное, что-то, что заставит Дженну нормально поесть и хоть немного набраться сил.
Запах свежих взбитых яиц с молоком, обжаренного сыра и приправ наполнил кухню. Эмма аккуратно перевернула омлет на сковороде, следя, чтобы он получился нежным, но с аппетитной корочкой.
— Дженна, иди есть! — крикнула она, раскладывая омлет на две тарелки.
Послышались шаги, и вскоре Дженна появилась в дверном проёме. Она лениво провела рукой по волосам, словно только что окончательно проснулась.
Эмма жестом указала на стол.
— Садись.
Дженна села, взяла вилку и отломила кусочек омлета. Она медленно положила его в рот, жуя с непроницаемым выражением лица. Эмма внимательно наблюдала.
— Вкусно, — наконец сказала Дженна, кидая на неё короткий взгляд.
Эмма облегчённо выдохнула, скрывая улыбку.
— Конечно, вкусно. Я старалась.
Дженна только усмехнулась и продолжила есть.
---
Дженна доела омлет, отставила тарелку и лениво потянулась, будто наконец насытилась. Эмма следила за ней, не зная, что сказать.
— Как рана? — наконец спросила она.
— Терпимо, — коротко ответила Дженна.
— Покажи.
Дженна чуть прищурилась, словно решая, стоит ли спорить, но потом расстегнула рубашку, обнажая перевязанную рану на боку. Эмма нахмурилась, заметив, что бинт слегка покраснел.
— Нужно поменять, — тихо сказала она.
Она принесла аптечку и осторожно начала разматывать старый бинт. Дженна даже не моргнула, когда Эмма обработала рану антисептиком, хотя Эмма знала, что это жжёт.
— Готово, — сказала она, закрепляя свежий бинт.
Но Дженна уже поднялась, застёгивая рубашку.
— Нам пора.
Эмма резко подняла взгляд.
— Куда?
Дженна взяла со стола ключи от машины и сунула пистолет за пояс.
— У меня заказ.
Эмма побледнела. Конечно, она знала, кто такая Дженна. Она знала, что дженна делает на работе.
— Ты оставишь меня одну? — спросила Эмма, хотя понимала ответ.
Дженна усмехнулась, глядя на неё холодно.
— Конечно, нет. Ты идёшь со мной.
— Ч-что? — Эмма вжалась в спинку стула.
— Думаешь, я оставлю тебя тут одну? Ты либо сбежишь, либо натворишь глупостей. Так что будешь сидеть тихо в машине и ждать.
Эмма сглотнула. Ей не хотелось видеть, как Дженна делает свою "работу", она ещё не отошла от прошлого раза.
Но выбора у неё не было.
— Пошли, — приказала Дженна, направляясь к выходу.
Эмма встала, чувствуя, как подкашиваются ноги.
Она направлялась в самое сердце кошмара.
Вскоре они оказались в машине. Дженна молча вела, глядя на дорогу, а Эмма сидела рядом, напряжённо сцепив пальцы. Внутри всё сжималось от ужаса.
— Кого ты собираешься убить? — спросила она, сама не зная, зачем.
— Не твоё дело, — спокойно ответила Дженна.
— Я всё равно увижу, — прошептала Эмма.
Дженна скользнула по ней взглядом, но ничего не сказала.
---
Машина остановилась в тени переулка. Дженна заглушила двигатель и повернулась к Эмме.
— Сиди здесь. Не выходи, не шуми, не дыши громко.
Эмма судорожно кивнула.
Дженна вышла, скрываясь в темноте.
Эмма не знала, сколько прошло времени. Её пальцы дрожали, сердце билось так сильно, что казалось, оно разорвёт грудь. Она хотела уйти, закрыть глаза, но не могла.
А потом раздался звук. Глухой удар. Короткий хрип.
Эмма резко повернула голову и увидела.
Дженна стояла над мужчиной, а у её ног растекалась тёмная лужа. Лезвие ножа блеснуло в её руке.
И тут всё рухнуло.
Эмма ощутила, как мир вокруг сжимается, воздух становится густым, липким. Грудь стянуло, дыхание сбилось.
Она не могла вдохнуть.
Паника накрыла с головой.
Глаза помутнели, тело начало дрожать. Она пыталась схватиться за что-то, но пальцы не слушались. Звук крови, шаги Дженны, шум в голове слились в оглушающий гул.
Дверь машины резко распахнулась, и Эмма в панике вскрикнула, отшатнувшись.
— Чёрт, — прошипела Дженна, хватая её за плечи. — Эмма, дыши.
Эмма не слышала. Она задыхалась. Слёзы жгли глаза, тело обмякло.
— Смотри на меня, — голос Дженны стал резким, приказным. — Сейчас же.
Эмма заморгала, пытаясь сфокусироваться.
— Вдохни. Выдохни. — Дженна сжала её плечи сильнее. — Ты не сдохнешь. Дыши.
Эмма судорожно вдохнула, всхлипнула, цепляясь за её голос.
Дженна прищурилась, будто оценивая её состояние, а потом, неожиданно для себя, накрыла её ладонь своей.
— Успокойся, — пробормотала она. — Всё кончено.
Эмма тряслась, но дышать стало чуть легче.
— Я… я… — она всхлипнула, сжимая руку Дженны.
— Я знаю, — тихо ответила та.
На секунду между ними повисло странное напряжение.
Но затем Дженна убрала руку и холодно сказала:
— Поехали.
Эмма не спорила. Она всё ещё не могла двигаться.
Машина подъехала к особняку, но Эмма почти этого не заметила. Её руки дрожали, ноги казались ватными. Она всё ещё чувствовала на себе липкий страх, холодными иголками впивающийся в кожу.
Дженна заглушила двигатель, вышла и хлопнула дверью. Эмма не двинулась с места.
— Ты собираешься сидеть там всю ночь? — донёсся раздражённый голос Дженны.
Эмма медленно повернула голову. Она всё ещё видела кровь. Её запах словно въелся в кожу, а в ушах звенел хрип умирающего мужчины.
— Эмма, выходи, — Дженна говорила твёрдо, но не жёстко.
Эмма с трудом открыла дверцу и выбралась наружу. Ветер обдал её кожу, но она не почувствовала холода. Внутри всё ещё бушевала паника.
Они вошли в дом. Дженна сбросила куртку, провела рукой по волосам и устало выдохнула.
А Эмма просто стояла в коридоре, глядя в пол.
Дженна бросила на неё быстрый взгляд.
— Тебе лучше поспать.
Эмма подняла голову, глядя прямо на неё. И прежде чем смогла себя остановить, сорвалась с губ неловкая, глупая, ужасная фраза:
— Почему ты меня ещё не убила..?
Тишина ударила по ушам.
Дженна не пошевелилась. Её лицо осталось непроницаемым, но в глазах что-то мелькнуло.
Эмма сглотнула, чувствуя, как внутри всё сжимается.
— Ты должна была… — её голос дрогнул. — Но не сделала. Почему?
Дженна медленно склонила голову на бок, изучая её.
— Ты хочешь, чтобы я исправила эту ошибку?
Эмма замерла. В глазах Дженны не было ни шутки, ни угрозы — только ледяное спокойствие.
— Нет, — выдохнула она.
— Тогда зачем задаёшь этот вопрос? — Дженна сделала шаг ближе.
Эмма сглотнула, но не отвела взгляд.
— Потому что хочу знать.
Дженна смотрела на неё ещё несколько секунд, а потом внезапно отвернулась.
— Не знаю, — бросила она.
Эмма удивлённо моргнула.
— Ч-что?
— Не знаю, — повторила Дженна, уходя вглубь дома. — Иди спать, Эмма.
И вот снова — стена между ними.
Но теперь Эмма знала: Дженна сама не понимала, почему оставила её в живых.
Утро выдалось тихим.
Эмма медленно открыла глаза, чувствуя, как тяжесть ночных воспоминаний давит на грудь. Она лежала на мягкой кровати в чужом доме, но внутри всё ещё ощущала холод улицы, запах пороха и что-то металлическое в воздухе.
Она закрыла глаза, пытаясь выбросить всё это из головы. Второй раз… Ей казалось, что второй раз будет проще. Что она уже видела достаточно, чтобы это перестало так бить по нервам. Но нет.
Глубокий вдох. Выдох.
Эмма с трудом поднялась, натянула футболку, заправила прядь волос за ухо и вышла из комнаты.
Особняк был тих. Она прошла по длинному коридору, спустилась вниз, босые ноги мягко ступали по холодному полу.
В гостиной на диване сидела Дженна. Она выглядела расслабленно: в чёрной майке, с ногами, небрежно закинутыми на подлокотник, в руках чашка кофе. Её взгляд был рассеянным, она просто смотрела в окно.
Эмма замерла в дверном проёме.
— Ты всегда так крадёшься? — лениво спросила Дженна, даже не поворачиваясь.
— Я… — Эмма сглотнула. — Просто не хотела тебя тревожить.
— Садись.
Эмма медленно подошла и села напротив.
Несколько секунд они просто молчали.
— Как ты? — неожиданно спросила Дженна.
Эмма удивлённо моргнула.
— Нормально… наверное.
Дженна коротко хмыкнула.
— Врёшь.
Эмма сжала пальцы на коленях.
— А как ты?
— Как обычно.
Эмма почувствовала, как внутри снова всё сжимается.
— Я думала… второй раз будет проще, — вдруг сказала она, глядя в пол.
Дженна чуть приподняла бровь.
— А не стало?
Эмма покачала головой.
— Всё так же ужасно.
— Привыкнешь.
Эмма резко подняла на неё глаза.
— Я не хочу привыкать.
Дженна молча посмотрела на неё, затем спокойно сделала глоток кофе.
— Тогда не привыкай.
Эмма нахмурилась.
— Для тебя всё так просто, да?
— Если усложнять — станет хуже.
Эмма отвернулась, стиснув зубы.
— Ты… — она сделала паузу, прежде чем решиться задать этот вопрос снова. — так почему ты меня не убила.. ты не сказала..
Дженна поставила чашку на стол и взглянула на неё.
— Хороший вопрос.
Дженна провела языком по губам, отставляя чашку в сторону.
— Сама не знаю, — спокойно сказала она, растягивая слова.
Эмма нахмурилась.
— Ты шутишь?
— А похоже?
Эмма почувствовала, как внутри всё переворачивается.
— Так не бывает… — выдохнула она.
Дженна чуть приподняла бровь.
— Что именно?
— Ты киллер, — голос Эммы дрогнул. — Ты выполняешь заказы. Чётко. Без эмоций. Почему я… исключение?
Дженна молча смотрела на неё, затем чуть склонила голову набок.
— Может, ты не такой уж и плохой человек, — бросила она.
Эмма сжала кулаки.
— Это не ответ.
Дженна усмехнулась.
— А ты упрямая.
— Мне нужно знать.
— А если я просто передумала?
Эмма застыла.
— Что?..
Дженна опустила взгляд, словно сама не до конца понимала, зачем вообще продолжает этот разговор.
— Иногда всё идёт не по плану, — наконец сказала она.
Эмма почувствовала, как внутри всё сжалось.
— То есть… я просто случайность?
Дженна не ответила.
Эмма вдруг ощутила, как по спине пробежал холод. Она опустила голову, прижимая пальцы к коленям.
Случайность.
Это не должно было задеть. Не должно было так кольнуть внутри.
Но почему-то кольнуло.
Эмма застыла, чувствуя, как внутри всё переворачивается.
Случайность.
Просто ошибка, промах, который Дженна теперь вынуждена прикрывать. Она должна была умереть. Если бы Дженна не промахнулась тогда…
Дыхание сбилось. Внутри всё кипело — злость, боль, страх, непонимание.
И прежде чем она успела подумать, слова сорвались сами собой:
— И зачем ты возишься со мной?! — её голос задрожал от напряжения. — Разве тебе не легче просто убить меня?! Прямо здесь!
Дженна подняла взгляд, её тёмные глаза чуть сузились, но выражение лица осталось непроницаемым.
— Легче, — спокойно ответила она.
Эмма почувствовала, как её словно ударили в грудь.
Гнев заполнил всё внутри.
— Тогда почему… — она резко встала, сжимая кулаки. — Почему ты этого не сделала?!
Дженна чуть наклонила голову, наблюдая за ней.
— А ты хочешь?
Эмма задохнулась, но гнев толкнул её вперёд.
— Хочу! — зло бросила она, в глазах блестели слёзы.
Дженна смотрела прямо на неё, не двигаясь.
— Хорошо, — её голос был тихим, но в нём чувствовалась сталь.
Эмма замерла, внутри всё сжалось в тугой комок.
— Так убей меня! — выкрикнула она, глядя ей прямо в глаза.
Дженна медленно встала, шагнула ближе.
— Ладно, — спокойно сказала она.
Эмма была испуганна, но не отступила.
Дженна подняла руку, кончиками пальцев коснулась её шеи — лёгкое, почти неощутимое движение.
Эмма вздрогнула.
А потом Дженна резко схватила её за подбородок, заставляя посмотреть прямо в глаза.
— Ложь, — выдохнула она, пристально изучая её взгляд.
Эмма сжала губы, но дрожь выдала её.
Дженна чуть склонила голову набок, отпустила её и спокойно сказала:
— Ты не хочешь умирать.
Эмма отвернулась, стиснув зубы.
— Ты ненормальная…
Дженна усмехнулась.
— Это я знаю.
Эмма не может больше сдерживаться. Её эмоции вырываются наружу, как огонь, который долго держали в клетке. Она резко толкает Дженну в грудь, срываясь на крик, не в силах больше сдерживаться.
— Ты.. ненавижу тебя! Ты сволочь! Ты сама все это устроила, и теперь не можешь даже убить меня! — её голос дрожит, она хватает Дженну за плечи, толкает её снова, и ещё раз. В глазах — ярость, в словах — боль, и всё это превращается в бурю, которая захлёстывает её.
Дженна остаётся спокойной, её лицо не выражает ни капли волнения. Она стоит, как каменная статуя, и наблюдает за Эммой. Но эта тишина, её безразличие, начинает ещё сильнее накалять атмосферу.
Когда Эмма, не выдержав, пытается толкнуть её ещё сильнее, Дженна схватывает её за запястье. Эмма даже не успевает понять, как, но оказывается прижата к стене. Дженна держит её так, будто она не весит ничего, просто намеренно и безжалостно зафиксировав её в этом положении.
Эмма начинает бороться, из последних сил пытаясь вырваться, но сила Дженны не даёт ей ни малейшего шанса. Она чувствует, как её тело слабеет, и гнев постепенно перерастает в отчаяние.
— Отпусти меня, — срывается её голос, но внутри всего лишь пустота и растерянность.
Дженна всё так же не двигается. Она смотрит на неё взглядом, который словно сканирует её душу.
— Ты не можешь уйти. Ты же знаешь это, Эмма. — Дженна произносит это с такой уверенностью, что Эмма чувствует, как земля уходит у неё из-под ног.
— Я уйду, — Эмма вырывает руку, пытаясь оттолкнуться и встать на ноги. Она резко двигается к двери, думая, что хотя бы сейчас сможет сбежать. Но Дженна успевает её перехватить.
Дженна буквально закрывает её сзади, загоняя в угол. Эмма в панике хватает за ручку двери, но Дженна с лёгкостью отрывает её руку и поворачивает, прижимая её к себе, снова прижимая к стене.
— Ты не уйдёшь, — звучит голос Дженны, и в нём нет ни капли сомнения.
Эмма чувствует, как её сердце бешено колотится, страх сковывает её, но несмотря на это, она всё равно пытается вырваться. Но Дженна держит её так, что она не может даже пошевелиться. Эмма понимает, что она больше не контролирует ситуацию.
Дженна плотно прижимает Эмму к стене, почти полностью накрывая её своим телом. Каждое её движение — уверенное, сильное и безжалостное. Эмма чувствует, как её дыхание перехватывает от близости, и с каждым её вздохом сдавливает сердце. Она пыталась сопротивляться, но силы уже были на исходе. Её тело, истощённое, казалось, не слушается, а единственная борьба, что она может вести, — это слабые, обессиленные толчки, которые не имеют никакого эффекта.
Эмма, потрясённая своей беспомощностью, нервно пытается оттолкнуть Дженну, но ей не удаётся даже пошевелить её. Всё, что она успевает, — это безвольно провести руками по животу Дженны, словно пытаясь оттолкнуть её, но на деле это выглядит, как слабое прикосновение, скорее, как невольное касание, чем попытка вырваться. Она ощущает каждый мускул Дженны, ощущает её уверенность и силу, и с каждым моментом её гнев и страх лишь растут.
— Отпусти меня… — почти шепчет Эмма, но голос её звучит так, как будто она сама не верит в свои слова.
Дженна не отвечает. Она просто остаётся в том же положении, её лицо холодное, её дыхание ровное, будто всё происходящее — всего лишь малая деталь в её жизни. Эмма ощущает, как её взгляд тяжел, почти жёсткий. В нём не было и намёка на сожаление, и на этот момент Эмма понимает, что Дженна может сделать с ней что угодно — и не будет ни единой мысли о том, чтобы остановиться.
Эмма пыталась из последних сил сопротивляться, но, чувствуя, как её тело теряет силы, она вдруг останавливается, её руки опускаются, слабея. Она чувствует, как её тело дрожит от усталости, как все её мысли путаются. С каждой секундой она всё больше чувствует, как её сковывает этот момент, сковывает Дженна, её присутствие, её силу.
Дженна, почувствовав, что сопротивление затихло, чуть ослабляет хватку, но остаётся рядом. Эмма с трудом переводит дыхание. Несколько секунд тянутся как вечность.
Только тогда, когда Дженна отходит чуть в сторону, Эмма наконец может с трудом оторваться от стены, сбивчиво делать шаги назад, но тут же оборачивается, чтобы схватиться за края стола, будто пытаясь держаться, будто этот стол — последняя опора, последняя точка, на которой она ещё может стоять.
Дженна наблюдает за ней с беспристрастным взглядом.
— Ты слишком слабая, чтобы мне что-то противопоставить.
Эмма, всё ещё потрясённая, с трудом сдерживает эмоции. Её глаза горят яростью, но она чувствует, как её слабость постоянно напоминает о себе. Она хватает Дженну за плечо, стараясь выглядеть хотя бы немного уверенно:
— Ты что, с ума сошла? Ты ведь не собираешься так со мной обращаться! — её голос дрожит от гнева, но она не сдаётся, хотя понимает, что это может только ухудшить её положение.
Дженна, стоя прямо перед ней, зловеще улыбается. Она даже не двигается, её взгляд застывает, как лёд. Но из её глаз невозможно не заметить, как оттуда выплескивается опасность.
— Ты думаешь, я буду выслушивать твою болтовню, Эмма? Ты ещё не поняла, в какой ситуации ты находишься! — Дженна хватает её за шею и сжимает её ладонь. — Ты — ничто. Ты мне не равна. И если ты думаешь, что можешь диктовать мне условия, то ошибаешься.
Эмма чувствует, как воздух начинает сжиматься вокруг неё, её дыхание становится тяжёлым, но она снова пробует взять себя в руки. Она пытается оттолкнуть Дженну, но силы уже на исходе.
— Я не буду молчать, — продолжает Дженна, её голос становится низким и угрожающим. — Ты думаешь, я буду терпеть твои истерики, когда ты ещё не знаешь, что такое реальная боль? — Дженна резко отталкивает её от стены, заставляя Эмму пошатнуться.
— Ты меня слышишь, Эмма? Ты ведь не знаешь, с кем ты связалась, — Дженна поднимает её за подбородок, принуждая смотреть себе в глаза. — Ты бы лучше держала язык за зубами, если не хочешь, чтобы я научила тебя уважению.
Эмма сжала зубы, пытаясь не заплакать. С каждым словом Дженны она чувствует себя ещё более беспомощной, но всё равно не может остановиться. Не может молчать, даже если ей больно.
— Ты убьёшь меня? Или ты всё-таки пожалеешь? — она выпаливает это с насмешкой, но её слова звучат слишком остро.
Дженна скидывает её руки с себя, её взгляд становится острым и полным ярости. Всё, что она делает, — это отталкивает её от себя с такой силой, что Эмма снова падает на пол, не в силах удержаться.
— Ты мне надоела, — говорит Дженна тихо, но Эмма чувствует, как каждое слово проникает в её сознание. — Ты даже не можешь контролировать свои эмоции, а пытаешься угрожать мне?
Эмма, сжав кулаки, снова встаёт на ноги и шаг за шагом приближается к Дженне. Она находит в себе силы снова встретиться с её взглядом.
— Ты правда думаешь, что я боюсь тебя? Ты ведь не убьёшь меня, не так ли? — снова с вызовом говорит Эмма, но её голос дрожит. Она всё равно не сдается.
Дженна взрывается, её взгляд темнеет, и она хватает Эмму, поднимает её на воздух. Она смотрит на неё с таким бешенством, что Эмма понимает: её жизнь теперь зависит от настроения Дженны.
— Ты меня не знаешь, Эмма, — говорит Дженна с яростью, заставляя её ощутить всю силу своих слов. — И тебе лучше не узнавать. Ты просто игрушка, и если будешь продолжать так со мной разговаривать, я тебе покажу, что значит боль.
Эмма снова огрызнулась, её голос звенел от злости и боли:
— Да ты меня даже тронуть не смеешь! Всё, что ты можешь — это пугать меня словами!..
Дженна замерла на секунду. А потом ударила.
Резкий, жёсткий удар в живот — Эмма согнулась пополам, воздух с силой вырвался из лёгких. Не успев восстановиться, она почувствовала, как Дженна схватила её за волосы и рывком дернула назад, заставляя выпрямиться.
— Думаешь, я не трону? — её голос был низким, наполненным опасностью.
Эмма тяжело дышала, в глазах потемнело от боли, но она всё равно выкрикнула:
— Да! Ты просто трусиха, раз не смогла прикончить меня сразу!..
Дженна взорвалась. Её кулак со всей силы врезался в бок Эммы, затем ещё один удар — по лицу. Голова резко дернулась в сторону, губа рассеклась, во рту появился привкус крови.
— Ты охренела, Майерс?! — Дженна толкнула её в стену, впечатывая плечом, так что боль пронзила всё тело.
Эмма дышала тяжело, прерывисто, пытаясь сфокусировать взгляд.
— Ты ничего обо мне не знаешь, — прошипела Дженна, наклоняясь ближе. — Ты просто глупая девчонка, которая не понимает, с кем связалась.
Эмма попыталась что-то сказать, но тут же получила ещё один удар — по рёбрам. Она вскрикнула, ноги подогнулись, и она упала на колени, дрожащими руками хватаясь за себя.
Дженна стояла над ней, дышала тяжело, глядя сверху вниз.
— Ты сама напросилась, — её голос был ледяным. — И если ты не хочешь, чтобы я закончила начатое, то лучше закрой свой рот.
Дженна с грохотом хлопнула дверью спальни, уходя на второй этаж. Шаги её были тяжёлыми, полными ярости, но Эмма едва их слышала — в ушах стоял гул.
Боль пронзала всё тело, каждое движение отзывалось адской пульсацией в рёбрах, животе, губах. Её трясло. Она дышала быстро, рвано, слёзы застилали глаза, а грудь сдавило так сильно, что воздуха катастрофически не хватало.
Она попыталась подняться, вцепившись в стену ослабевшими пальцами. Ноги подгибались, мир вокруг плыл, но она всё же заставила себя двинуться вперёд.
Кое-как доковыляв до лестницы, Эмма замерла. Всё плыло перед глазами. Сердце грохотало, будто вырываясь из груди. Паника душила, сковывала движения.
И в следующий миг ноги предательски подкосились.
Она сорвалась вниз.
Тело ударилось о первую ступень, резкая боль пронзила спину. Затем ещё удар, сильнее, ещё один — рёбра, плечо, затылок. Она скатывалась вниз, не в силах остановиться, пока, наконец, не рухнула на холодный мрамор пола.
Боль захлестнула её волной. В глазах темнело, мир раскололся на обрывки звуков и ощущений. Эмма попыталась вдохнуть, но в груди что-то сдавило, а горло сжалось от боли и паники.
она потеряла сознание.
Дом утонул в тишине. Только глухое эхо последнего удара Эммы о мрамор ещё витало в воздухе, прежде чем раствориться.
Она лежала неподвижно. Дыхание едва заметное, слабое. Тело не реагировало.
Минуты тянулись бесконечно.
Где-то наверху хлопнула дверь. Тяжёлые шаги. Спуск по лестнице.
Дженна замерла, увидев Эмму, растянувшуюся на полу. Брови нахмурились, в груди неприятно кольнуло раздражение, смешанное с чем-то ещё.
— Чёрт…
Она быстро подошла, опустилась на корточки, схватила Эмму за подбородок, приподнимая её лицо. Глаза закрыты, губы побледнели, дыхание едва ощущалось.
— Эмма! — Дженна тряхнула её, но та не реагировала.
Злость резко схлынула, сменившись тревогой. Дженна медленно провела взглядом по её телу, выискивая повреждения. Удары от падения оставили свои следы — кровоподтёки, царапины.
— Вот же дура, — выдохнула Дженна, но голос звучал тише.
Она без лишних раздумий подхватила Эмму на руки, легко подняв её, словно она ничего не весила. Тепло её тела пробиралось сквозь ткань, дышала она тяжело и неглубоко.
Дженна быстро направилась обратно наверх, к спальне.
Эмма очнулась от ноющей боли, словно её тело превратилось в один сплошной синяк. Каждое ребро отзывалось тупым гулом, кожа горела, ноющая пульсация растекалась по каждой царапине, каждому синяку, каждой ране.
Голова кружилась, дыхание сбивалось, и стоило ей попробовать пошевелиться, как резкая боль пронзила бок. Её скрутило, дыхание перехватило, а перед глазами поплыли тёмные пятна.
Она застонала, губы дрожали.
Чёрт…
Вся она была побитая. Рёбра гудели, лицо саднило, щека распухла, губа треснула. На запястьях — синяки от того, как Дженна сжимала их слишком сильно. А спина? Боль там жгла, как огнём, будто каждый позвонок помнил удар о лестницу.
Грудь сдавило страхом.
И тут она услышала шаги.
Тихие, но отчётливые.
Дженна.
Эмма вздрогнула, дыхание стало частым, рваным. Она замерла, сердце бешено колотилось в груди.
Нет.
Шаги приближались.
Нет, нет, нет.
Она дёрнулась, но резкая боль пронзила тело, и её скрючило от нового спазма. Едва слышный всхлип сорвался с губ.
Дверь открылась.
Эмма вжалась в кровать, напрягая каждый мускул, пытаясь исчезнуть. Губы дрожали, ладони вспотели.
Дженна молча смотрела на неё.
Эмма резко всхлипнула, по её телу прокатилась новая волна паники.
— н .н..не трог..гай.. п..п..ожалуйста... я.. я.. больше так не буду… — голос сорвался, она судорожно вжалась в кровать, не смея даже дышать громко.
Дженна не двигалась.
Эмма тряслась, дрожала так сильно, что зубы выбивали мелкую дробь.
Её грудь сдавило страхом, дыхание рвалось, мир кружился перед глазами.
— Не н..н..надо… — шёпотом прошептала Эмма, опустив голову.
Она не смела даже смотреть на неё.
Дженна стояла, наблюдая за Эммой, которая по-прежнему сжалась в комок, стараясь не дышать слишком громко. Сердце Эммы бешено колотилось, а её руки тряслись от страха. Она даже не смела поднять взгляд на Дженну, не смела шевельнуться.
Дженна вздохнула, её лицо на мгновение смягчилось, и она сделала шаг назад.
— Эмма, — её голос был неожиданно мягким. — Слушай, я не… не хотела, чтобы ты так. Я… извини.
Эмма сжалась ещё больше, как будто это извинение могло быть лишь очередным манёвром, чтобы причинить ей боль. Она боялась поверить, что Дженна может извиняться, боялась, что это — ловушка.
— Ты… ты не хотела? — её голос едва звучал, тихий и дрожащий. Она осторожно приподняла взгляд, но тут же снова спрятала глаза, не решаясь смотреть на Дженну.
Дженна сделала шаг к ней, но не так резко, как раньше. Её движения были осторожными, почти замедленными, как будто она пыталась не напугать Эмму ещё больше.
— Нет, не хотела. — Дженна тихо выдохнула. — Просто… ты вывела меня из себя. Но это не оправдание. Прости меня.
Эмма вздрогнула, не веря своим ушам. Она никогда не слышала таких слов от Дженны. Она пыталась собрать силы, но страх сковывал её. Она не могла довериться этому извинению, не могла поверить, что Дженна действительно не собирается причинить ей боль снова.
— Ты… ты не убьёшь меня? — прошептала Эмма, снова не поднимая глаз.
Дженна замолчала на мгновение, как будто эти слова пробудили в ней нечто странное. Она посмотрела на Эмму, затем медленно подошла ближе и села рядом на кровать.
— Нет, — тихо сказала она. — Я не буду тебя убивать. Ты мне нужна. Но ты тоже должна понять, что я не буду позволять тебе так вести себя.
Эмма чувствовала, как её сердце всё ещё бьётся быстрее, но слова Дженны немного успокаивали её. Она не верила на сто процентов, но что-то в её голосе заставляло поверить, что всё может быть иначе.
Но страх, он был слишком сильным, чтобы просто отпустить.
Дженна медленно опустилась на край кровати, следя за каждым движением Эммы. Та напряглась ещё сильнее, будто любое движение могло снова спровоцировать боль. Дженна видела, как побелели её пальцы, сжимающие покрывало, и как судорожно вздымается её грудь при каждом вздохе.
— Эмма, — голос Дженны был мягким, почти осторожным. — Я не причиню тебе боль.
Эмма даже не шелохнулась, но её дыхание стало ещё более прерывистым. Она не верила, не могла поверить.
Дженна медленно протянула руку, чтобы коснуться её плеча, но как только пальцы едва ощутимо задели тонкую ткань одежды, Эмма резко вздрогнула и в панике отдёрнулась, чуть не ударившись о спинку кровати.
— Не трогай меня! — сорвалась она на истеричный крик, задыхаясь от страха.
Её глаза были полны ужаса, губы дрожали, а тело било мелкой дрожью. Дженна видела, насколько сильна эта реакция. Видела, что Эмма боится её до ужаса.
— Эмма, — Дженна убрала руку, подняла ладони вверх, показывая, что не собирается ничего делать. — Я просто…
— Просто что?! — сорвалась Эмма, её голос был наполнен отчаянием. — Ты чуть не убила меня! Избила, как… как тряпичную куклу! Теперь хочешь обнять?!
Она не могла сдержать слёзы, они текли по её лицу, обжигая кожу. Страх, паника, ненависть к себе за слабость — всё смешалось.
Дженна сжала челюсти, чувствуя, как внутри что-то неприятно сжалось. Она сделала глубокий вдох, борясь с привычным раздражением, которое всегда накатывало, когда кто-то показывал слабость.
Но в этот раз это была Эмма.
И это почему-то было совсем другим.
Дженна наблюдала, как Эмма, стиснув зубы, с огромными усилиями повернулась на бок. Движение далось ей мучительно — каждый сантиметр тела отзывался болью, оставляя её без сил. Её лицо побледнело ещё больше, губы приоткрылись, вырывая стон, полный страдания. Она не плакала, но её глаза, наполненные болью и страхом, говорили громче слёз.
Дженна не отвела взгляда. Её пальцы дрогнули, но она так и не двинулась с места. В горле стоял ком, но она молчала.
Эмма дышала тяжело, прерывисто. Она всё ещё была в той же одежде, что и тогда — разорванной, пропитанной засохшей кровью. Тело саднило, каждая царапина, каждый синяк, оставленный жестокими ударами, напоминали ей о том, что произошло.
Именно Дженна сделала это с ней.
— Ненавижу тебя… — прошептала Эмма, не поворачиваясь к ней лицом. Голос её дрожал, но в нём звучала твёрдость. — Ты — чудовище…
Дженна не ответила. Она смотрела на худую, избитую спину Эммы, на то, как подрагивают её плечи.
Странное чувство подступило к горлу.
Она не должна была оставлять её в таком состоянии. Но и приближаться к ней сейчас было опасно.
— Я принесу тебе воды, — тихо сказала она.
Эмма не ответила.
Дженна встала, не сводя с неё взгляда. Шаг, второй… Она почти вышла, но на мгновение остановилась у двери.
— Я не собираюсь убивать тебя, — её голос прозвучал твёрдо, но без прежней холодности.
Эмма дёрнулась, но так и не повернулась.
Дженна вышла, оставляя её одну в комнате, но почему-то это не принесло ей облегчения.