LoveSick // Love Sick

(Спустя один месяц)

Pov Бет

- Так... таким образом... все это время... отправить.

Я посмотрела на свежеопубликованную мною запись. На сегодня все сделано, значит, я свободна.

Аиша: Как там Катрина?

Я: Все в порядке. Она и не думает уже о твоем Томасе.

Аиша: Спасибо.

Я: Знаешь, сделать это было довольно трудно.

Аиша: поняла намек. Найду тебе что-нибудь интересненькое.

Я: Я уже говорила, что с тобой приятно иметь дело?

За прошедший месяц мы, можно сказать, 'сблизились'. По крайней мере, мы больше не ненавидели друг друга.

Избавиться от Катрины было сложнее, чем я думала, и мне даже пришлось упомянуть ее секретные фотографии. Наверно, я стала слишком неосторожной в своих действиях.

Это был последний из нормальных  дней моей жизни. Самый последний. Об этом я, конечно же, еще не знала.

Аиша: Что насчет Оливии?

Я: Тут сложнее.

Аиша: Почему мы просто не можем испортить ее репутацию в глазах Томаса, как с Элеанор?

Я: Потому что ты уже попала под подозрения со стороны Эми.

Аиша: Кто такая Эми?

Я: Девушка из класса 8-А. Моя самая большая фанатка, хех.

Аиша: У тебя есть фанатки?

Я: Их немного.

Аиша: А фанаты?

Я: Если хочешь успокоить свои гормоны, лучше иди и смотри фото Томаса, а не задавай мне подобных вопросов.

Аиша, видимо, действительно ушла, так как больше она мне не писала. А вот написал мне кое-кто другой.

Оливия: Это же ты виновата в историях с Катриной и Элеанор.

Я: Не собираюсь отрицать.

Оливия: Тебе и твоей системке конец.

Я: Скажешь мне, чтоб я спряталась под партой от страха?

Оливия: Можешь уже выбирать парту, больная идиотка!

Я: Зачем тебе Томас?

Оливия: Раз уж ты знаешь, я скажу тебе: Томас- самый крутой, красивый и умный парень в школе, и буду с ним. А у тебя ничего не выйдет, кем бы ты там ни была.

Я: Посмотрим. Я пообещала не трогать тебя, но я не могу кое-кому другому запретить это.

От Оливии еще пришло парочку писем с угрозами, но я не стала их читать. Оливия много кричит, но на деле она ничего сделать не может.

За прошедший месяц я заработала себе что-то типа репутации. Всем нравился образ 'девочки с милой улыбкой', и никто не находил в ней подделки. Они восхищались тем, что я запоминала их за одну встречу, что была в курсе многих вещей: будто бы я влилась в коллектив, обойдя все этапы знакомств и непониманий.

Никто и не думал подозревать меня: отчасти оттого, что считали меня милой, а отчасти оттого, что я была новенькой- я была последней в списке подозреваемых.

Единственный, с кем я не сдружилась- Оливия, и я была только рада этому. Я старалась как можно меньше попадаться ей на глаза. Я не боялась ее, нет, но каждый раз меня сковывал непонятный страх, хоть я и убеждала себя, что с момента встречи с этой истеричной и наглой девушкой прошло полгода, и вряд ли она меня узнает.

Мой свежесозданный сайт набирал огромную популярность, и вскоре количество посещений явно превысило количество учеников.

Мне нравилось мое положение. Нравилось все: эти странные отношения с Аишей, которая уже вошла во вкус нашего плана и не пыталась читать моралей, так что с ней можно было порой и обсудить пару вещей, разбавляя это несмешными шутками в адрес друг друга; то, как я изредка переглядывалась с Томасом, заставляя Аишу еле сдерживать злость; обсуждать с другими учениками их мнения о различных вещах, добавляя это в мои анкеты, которые увеличивались в объеме с каждым днем; нравилось по-прежнему прятать свои вещи в тайнике у старой школы, испытывая каждый раз такой прилив адреналина, что меня заметят, что американские горки- ерунда по сравнению с этим; мне нравилось даже выслушивать бессмысленные и порой смешные оскорбления от Оливии; нравилось еле сдерживать смех при общении с людьми, о которых я знаю пару вещей, которые те не разглашают; нравилось возвращаться домой и вести диалоги до поздней ночи, а на следующее утро вставпть все так же рано, чтоб приходить раньше всех. Теперь я добилась своего пика успеха: узнавая что-то, я писала тому человеку, чтоб какое-то время хранить это в обмен на что-то другое. Так возникала цепная реакция: ученики делали все за меня, а мне оставалась лишь Аиша с нашими шуточками и грандиозным планом.

Это звучало, как идеальная жизнь. Казалось, все идеально: Элисон не подавала признаков жизни, Томас общался со мной, как с подругой, никто и не думал на меня.

Чем сложнее программа, тем больше у нее слабых мест. 'Если есть падение, то будет и взлет'- гласили разноцветные надписи на интернетных картинках.

И в моей программе было одно слабое место. Жаль, что этим местом стала я.