* * *
Дамир приходит за мной лично, приглашает спуститься к ужину. Я как раз успеваю привести себя в порядок после душа, только ёжик моих волос ещё влажный. Мне уже намного лучше, я выспалась и готова съесть целого слона, поэтому я искренна рада появлению Дамира и с готовностью следую за мужчиной. Он осторожно интересуется моим самочувствием, спрашивает, что мне нужно из вещей.
- Составь список того, что тебе необходимо, - он доброжелательно улыбается мне, и я немного расслабляюсь, хотя меня всё ещё беспокоят здешние домочадцы. - Средства гигиены, одежда, обувь. Я завтра же поручу Яну заняться этим. Ты не стесняйся, проси все, что тебе нужно. Кроме разве что... телефона и компьютера. У нас в доме этого добра нет, интернета тоже. Эти новомодные приспособления мешают всестороннему развитию, молодежь готова сутками пялиться в монитор, подвергая своё психическое и физическое здоровье испытанию на прочность. Вечерами ребята устраивают просмотр фильмов, но в основном все заняты каким-то делом. У нас не трудовой лагерь, и тем не менее, я забочусь о том, чтобы мои воспитанники росли нормальными людьми и смогли со временем определиться со своим местом в жизни.
Не могу ему на это ничего ответить. Компьютера у нас в доме отродясь не было, а вот мобильный телефон у меня был. Старенький, кнопочный, достался от одного из моих братьев. Я носила его в своём школьном рюкзаке, который у меня изъяли при задержании, а когда меня отпустили и вернули личные вещи, телефона среди них не было. Меня это тогда мало заботило, уж очень хотелось забыть тот кошмар и вернуться, наконец, домой.
- Думаете, у меня тоже есть шанс? Чего-то добиться?
- Он есть абсолютно у всех. Только не все это понимают и умеют ним пользоваться.
Мне хочется много хорошего сказать этому удивительному человеку, который не бросил в беде абсолютно постороннюю ему девочку, спас от тюрьмы и приютил в своём доме. Но слова комом застряют в глотке и никак не желают выходить наружу. Себя за один день не перевоспитаешь, уж такая я есть, и как выражать благодарность я не знаю, меня этому никто не учил. Поэтому я в своей манере благодарю Дамира.
- Спасибо, что не позволили фараонам сожрать меня.
- На самом деле, твой следак мужик нормальный, - мужчина смотрит на меня будто с укором. - Просто у него за плечами сотни дел. Тут каждый бы очерствел, если бы постоянно смотрел смерти в лицо.
Мы неспешно спускаемся по лестнице вниз и идём по холлу, двигаемся к помещению, за дверьми которого слышен оживлённый гомон.
- Сейчас я представлю тебя ребятам, - Дамир положил руку на ручку двери, но открывать её он не спешил. – Они, я уверен, примут тебя, как родную. Мы здесь одна большая дружная семья.
Прекрасный слоган для буклета приюта, я даже неловко улыбнулась своим мыслям. Мужчина распахнул деревянные лакированные двери, которые на вид казались безумно тяжёлыми. Гомон тут же стих и все присутствующие в комнате разом повернулась в нашу сторону. Несколько любопытных пар глаз с интересом разглядывали меня. Даже те, кто видел меня не впервые, смотрел с удивлением и неподдельным интересом. Не семья, а кружок актерского мастерства.
- Позвольте мне представить Женю. Я уверен, вы её полюбите.
Дамир положил руку мне на спину и слегка подтолкнул вперёд, но руки не убрал. Может, он думал, что я застесняюсь и убегу, но я робкой и застенчивой никогда не была, поэтому перестраховывался он напрасно. Бегать и прятаться не в моих правилах.
- С Яном ты уже знакома. Он ваша нянька и тренер.
Меня передёрнуло от уже знакомого имени, и я неохотно посмотрела на парня, который стоял у окна, опираясь пятой точкой о широкий подоконник. Он всё так же был неприветлив, неулыбчив и смотрел на меня с неприязнью. Я постаралась всем видом продемонстрировать ему, что плевать я хотела на его мнение и отношение. В конце концов, я не новогодняя ёлка, чтоб всем нравиться.
Дамир жестом указал в сторону ребят, которые сбились в стайку и терпеливо ждали, когда их представят.
- Знакомься Женя, это Миша, он у нас самый жизнерадостный и дружелюбный. Готов всегда поддержать товарищей. Верно говорю?
Я этого пухляша-Амиго сразу запомнила, но решила сделать вид, что вижу его и всю эту компанию в первый раз. Жаловаться, что мальчишки пробрались в девчачью комнату и разглядывали спящую меня, я не стану, потом сама с ними разберусь, когда немного освоюсь и пойму, кто есть кто.
- Обращайся, - с готовностью отозвался парень и радостно заулыбался, обнажая крупные зубы.
- Андрей, наш мозг, - Дамир продолжил знакомить меня с остальными ребятами. - Он, между прочим, многократный победитель городских и областных олимпиад по физике.
Лицо этого парня мне было, пожалуй, не знакомо. Не помню, чтобы видела его среди любопытных обитателей. Пытливый взгляд, высокий лоб, очки с толстой оправой. То, что парень большой умник, было понятно с первого взгляда, но и ясно, что он явно не спортсмен. Потому что Андрей сидел в инвалидной коляске.
- Это Ваня. Настоящий силач и богатырь. Если надумаешь сделать перестановку в комнате или перенести что-то тяжёлое, это к нему.
Иван скромно переминался с ноги на ногу. Так и не скажешь, что он богатырь. Не слишком тощий, но и не крупный, высокий, неприметный даже. Такого сложно запомнить. Русые волосы, светлые глаза, почти бесцветные брови, тонкие губы. Не урод, но и симпатичным его не назовёшь. Обычный. Серый. Безликий.
- Костя, наш неутомимый вечный двигатель и просто солнечный парень.
«Солнечный», потому что ярко-рыжий, догадалась я, даже его лицо щедро усеяно частыми веснушками. Парень приветливо помахал мне рукой, улыбаясь ничуть не хуже дружелюбного Амиго. Очень талантливые притворщики эти ребята.
- Светочка, до этого дня наша единственная девочка. Теперь мы эту несправедливость решили, и у неё появилась соседка и подруга.
Судя по негостеприимному взгляду девушки, она вовсе так не думала и рада новой соседке не была. Зато она была единственным искренним человеком, который открыто показал своё отношение к моей персоне. А я очень ценю прямолинейность в людях и не люблю лгунов.
- Никита, - Дамир переключил моё внимание на нового члена их семьи. - У него феноменальная память. Он может прочесть и запомнить целую книгу. Процитировать любую страницу.
Этот персонаж мне тоже знаком. Он с легкостью может пересказать содержимое моего рюкзака. Но я благоразумно умалчиваю и об этом. Я всё ещё новенькая и нахожусь на чужой территории. Не стоит начинать первый же день с конфликтов, успею ещё.
- А это самый младший, - мужчина по-отечески приобнял тоненькое тельце мальчишки. - Сева. И он у нас бесстрашный. А в связи с этим, и часто бывающий в больнице. Как твоя рука, кстати?
- Порядок, - кивает паренёк.
Я заметила, что он держал руку под мастеркой, она была забинтована и подвешена. Бывает. Мои братья постоянно получали синяки, ушибы и переломы. На них обоих уже живого места не было.
- Что ж, в нашей семье пополнение и это не может не радовать, - окончил знакомить «новенькую» с «братьями и сёстрами» Дамир. - А теперь, присядем за стол, возьмёмся за руки и поблагодарим Господа за то, что он дал шанс на новую жизнь ещё одной заблудшей овечке из своей паствы.
- Овечке?
Я удивлённо посмотрела на Дамира, ведь кого-кого, а меня овечкой точно назвать трудно, он же знает мою историю. Да и не дай бог, ещё приклеится прозвище.
- Есть такая притча, - мужчина мягко подтолкнул меня к накрытому столу. - Иисус сказал: «кто из вас, имея сто овец и потеряв одну из них, не оставит девяноста девяти в пустыне и не пойдет за пропавшею, пока не найдет её? А найдя, возьмет её на плечи свои с радостью и, придя домой, созовет друзей и соседей и скажет им: порадуйтесь со мною: я нашёл мою пропавшую овцу. Сказываю вам, что так на небесах более радости будет об одном грешнике кающемся, нежели о девяноста девяти праведниках, не имеющих нужды в покаянии».
Я мельком посмотрела на ребят, сидящих с нами за одним столом. Они слушали внимательно, глядя на Дамира. Никто не смеялся, не отвлекался на другие дела. Наверное, я одна такая, решила я, далёкая от этого всего. Конечно, у меня ведь нет никаких способностей. Ни высокого интеллекта, ни спортивных достижений, никаких других талантов. Я самая обычная девчонка из неблагополучной семьи, в которой детям почти не уделялось должного внимания, мы все росли, как сорняки.
К нам в школу как-то приходил какой-то поп. Он был жутко толстый, в рясе и с огромным крестом на пузе. Он тогда окатил нас водой, щедро поливая кропилом. Мы фыркали, плевались и громко гоготали. Нам было непонятно это действие, никто из учителей даже не потрудился объяснить, зачем это было нужно. Сейчас мне тоже хотелось прыснуть и громко заявить, что я, во-первых, совсем не овца, а во-вторых, ничего не поняла из сказанного. Но Дамир меня опередил.
- Я вижу, тебе это непонятно, но я поясню. Заблудшая овца – это душа, которая совершила много ошибок. И она, скорей всего, обречена на несчастный конец. Господь же призывает не бросать заблудших овец на произвол судьбы. Потому что каждая душа важна и имеет право на достойную жизнь. Просто иногда овечке нужно поверить в себя, в свои силы. Ей нужно протянуть руку помощи, А когда она окрепнет и уверенно станет на ноги, её необходимо отпустить на волю.
Я поджала губы, и скрестили ноги под столом. Что я могла ему ответить? Я была подростком-максималистом. Не верила никому. Воспитывалась в трудных условиях. Моя мать желала мне смерти. Она буквально прокляла меня в тот день, когда узнала, что отчим протягивал ко мне свои мерзкие липкие лапы. Лиза, младшая сестра, рассказала матери об этом, потому что стала случайным свидетелем неприятной сцены, а та отвесила мне звонкую пощёчину. Её хлесткие слова до сих пор колокольчиками звенят в моей голове: «Сдохнешь, шалава малолетняя, под забором или в тюрягу загремишь. Туда тебе и дорога». Правда, с отчимом она тоже поговорила. Он, разумеется всё отрицал, говорил, что у меня богатое воображение, а она и поверила.
- Ребята, ужин стынет, – вовремя спохватился Дамир, а то я совсем некстати погрузилась в воспоминания. – Миша, поухаживай за Женей, а то мы её заболтали, а она целый день ничего не ела. Разве можно вести духовные беседы на голодный желудок?
Миша, сидевший по левую от меня сторону, с готовностью принялся накладывать мне в тарелку еду. Он положил картошку, присыпанную укропом, котлету и овощной салат. Я даже сглотнула подступившую слюну от дивного аромата. В приюте кормили так себе, в основном постными кашами да супами. Но мы были голодными, растущими организмами, и проглатывали с жадностью даже вязкие переваренные безвкусные каши. Мясные блюда подавали в основном в выходные. О сладком и десертах можно было только мечтать.
Ела с большим аппетитом. Не отказалась от добавки. Мне не очень хотелось казаться обжорой в глазах незнакомых ребят, но я правда была такой голодной, что ела, не поднимая глаз от тарелки. И так быстро, будто у меня её сейчас отнимут.
Ужин проходил в полнейшей тишине, было только слышно, как стучат ложки о керамическую поверхность. Наверное, ребята присматривались к новенькой, которая ела с поразительной скоростью. Впрочем, если эти ребята действительно хлебнули бродячей жизни, они этому не удивятся. Когда трапеза была окончена, ребята убрали каждый за собой, я не стала исключением и отнесла пустую тарелку к мойке.
Никита с Мишей остались на кухне помогать улыбчивой поварихе, которая представилась Татьяной. У них здесь организовано, насколько я поняла, что-то типа дежурства. Остальных ребят Дамир отпустил, у их было немного свободного времени перед сном, а меня проводил в мою комнату.
- Женя, я дам тебе «Библию». Хочу, чтобы ты начала её читать. Поверь, я не собираюсь делать из тебя религиозного фанатика. Просто ты должна обрести единение со своим духовным я. Гармония в человеке должна быть во всем. Я хочу, чтобы ты начала писать свою биографию заново, с чистого листа. Знаю, твоя жизнь была сложной, и ты пошла немного не по тому пути, но у тебя есть ещё шанс на нормальную жизнь. Нужно просто очиститься от той грязи, в которой ты побывала.
- И как это сделать? – неловко переспросила я
- Дай нам возможность быть рядом, поддержать тебя. Впусти нас и Господа в свою душу.
Дамир ушёл, оставив после себя больше вопросов, чем ответов. Я ведь не заметила в его поведении ничего странного ранее, когда мы общались. Правда, и виделись мы с ним по делу и говорили только о важном. А тут такое...
Мне было немного не по себе после странной беседы с Дамиром. Но ребята мне казались вполне нормальными и не выглядели они запуганными. Обычные на вид подростки. И я решила не паниковать раньше времени. Почитаю я эту «Библию», с меня не убудет.