5 глава
Новый день.
Лучи солнца уже давно успели пробиться из под штор в комнату, нещадно прерывая сон. Но дело света закончил будильник:
— О, боги! Всего второй день, а я уже устала и не хочу никуда идти, — сказала Рина, поднимаясь с кровати.
— Согласна, — кивнула Астория: — в моих представлениях здесь будет лучше, чем в обычной школе, — и только после того, как она это сказала, рыжая полностью поняла, что согласилась со словами Первита.
— «Нет, Нет! Это просто объективное мнение» — успокаивала она себя.
— Ага. Я думала это будет рай на земле, а в итоге обычная школа, — ответила она: — Ладно хоть, что дети здесь классные, кроме Первита конечно.
Роксвелл захихикала, а после более серьёзно ответила:
-Вообще, ты права, - сказала она: — Половину уроков не интересные, а Первит вообще идиот безмозглый.
Рина кивнула:
— Только не половину, - отозвалась она: — Вначале я думала, что будет интересно и я буду все учить. Но реальность порой обманчива.
— И неожиданна, — усмехнулась рыжая легко и по-детски. Ведь она ещё не знала смысл сказанного: — Хотя, неожиданного стоило ожидать.
Блондинка помялась пару секунд на месте, а после ответила:
— И вправду.
𓃠𓃠𓃠
Наступил первый урок. Астория старательно записывала то, что диктовал учитель без особого желания. История все таки скучная.
Единственное, что было хорошо, это то, что её не доставал Первит. День без его шуток и подколов оказался раем. И как бы там не было, даже вместе со скучными уроками и ранним пробуждением - её настроение было отличным.
А ещё, сегодня была химия, но к сожалению - третьим уроком.
По шуму в классе, можно было понять, что записывает разве, что она и пару человек в классе. Рина с нескрываемой скукой записывала только даты и имена. А Корп и Холтел вообще бесстыдно разговаривали. Как впрочем и Первит с его соседкой. Последнее разве, что волновало Асторию больше всего. Хотя бы потому, что они делали это громко и отвлекающие.
— Да заткнитесь! — обернулся и сказал Юнсон. Роксвелл и двое сзади опешили. Она - потому, что до этого он терпеливо записывал и казался ей спокойным и тихим. Точно не способным на такую грубую фразу. Видимо, они были такого же мнения.
— О, Юнсон-н-н, — протянула его фамилию Ремарк: — Голосочек прорезался? Как мило, — засмеялась она и Первит: — Ты лучше сиди как раньше и молча свою Историю учи. Никому кроме тебя и училки это не интересно. Так, что не мешай людям разговаривать, — сладостным и одновременно издевательским голоском сказала она.
Первит и Ремарк начали издевательски смеяться.
— Вообще-то, Астория тоже любит этот предмет! — огрызнулся он.
Астория наконец обернулась на них, но ничего не сказала. Лишь с непониманием смотрела на Адама.
— «Вот же подстава, а», — подумала она: —«Лучше бы меня вообще сюда не вмешали. Будто проблем с Первитом у меня мало, сейчас ещё и с этой начнутся. Эх, а я думала, что все со мной будут дружить», — продолжала думать она и через пару секунд завершила на: — «Хотя ладно, плевать на них».
— Нашел на кого ровняться, — ещё сильнее начала смеяться Анна-Мария: — У Роксвелл не внешности, не вкуса. Ещё и эти рыжие, нелепые волосы и веснушки по всему лицу. Выглядит как простолюдинка, а ты на неё равняешься? Не смеши. Даже для тебя Юнсон, это низко, — проговаривала она вонзая в Роксвелл осколки яда. Она задела все её болевые точки и комплексы. Сердце Астории избыточно билось и она не могла даже слово сказать. В её горле будто образовался ком и душил её, не давая даже вдохнуть свежего воздуха. Астория сжала губы и попыталась остаться невозмутимой на вид, хотя внутри все горело. Но это плохо получилась и она сжала ладони так, что на ладонях появились полумесяцы от ногтей. Её щеки слегка, почти не видно покраснели, но ей казалось, что все это видят. Её ресницы мельком подрагивали.
— У-у-у, — протянула Ремарк: — Наша малышка Роксвелл обиделась? — засмеялась она и Первит: — Как же жа-а-ль, — вновь наигранно протянула она. Астория ненавидела её и её слова, действия, смех, голос и то, что она всё время протягивала гласные. Хотя, ненавидеть от одной ситуации было глупо, но Астории сейчас было плевать.
— Закрой свой рот, Ремарк! — резко ответила она: — И сожри всю свою косметику, чтобы стать хоть чуть-чуть красивее внутри.
Маленькая девочка опешила. Так именно Анну-Марию называл Первит:
— Роксвелл, ты что себе позволяешь? — она все ещё была в шоке и не могла придумать достойный ответ.
Через пару секунд она ответила уже без энтузиазма и былого азарта. Только оголенная злоба:
— Заткнись, рыжая-простолюдинка, — сказала Ремарк, но Астория чувствовала победу и возвышение над ней, ведь она заткнула того, кто сказал ей такую гадость.
— Молодец, Астория, — отозвался Адам, когда они обернулись: — Так и надо было эту Ремарк. Прости, что не защитил тебя. Я сам не успел придумать ответ, — с восхищением и само разочарованием сказал он. У Астории пробежали мурашки по спине от удовольствия. Она победила, ещё и её похвалили.
— «Просто чудо», — подумала она.
Рыжая и дальше бы витала в своих мыслях, но вот, учительница объявила:
— А теперь, домашнее задание: сделать в группах проект, на темы ,,как появились боги''; ,,жизнь богов на земле'' или ,,имена и биография/история жизни и подвигов, любого бога'', — сказала она. Роксвелл вновь победно улыбнулась. Не зря она записывала эту ерунду. Теперь-то Первиту и Ремарк ещё больше не поздоровиться.
— Сейчас объявлю группы! — громко сказала профессор. Кажется, её звали мисс Твенс, если голубоглазая как обычно всё не напутала: — первая группа: Гомес, Бинс, Сомерс, Поллан! — заявила учительница, а блондинка и рыжая почти одновременно, с разочарованием вздохнули.
Хотя, это ещё не самое страшное. Самое страшное - оказаться в группе с Первитом или Ремарк. И вообще, есть ещё надежда оказаться в группе с Дэвилом, Бэнисом или..Адамом.
— Вторая группа: Киндс, Ремарк, мистер Юнсон и Корп, — сказала она. Бенис и Дэвил возмутились, а глаза Адама стали похожи на огромные монеты. М-да, никто видимо, кроме Киндс не хотел с ней сидеть. И то, Юлия её наверняка не знала.
— Вот же карга старая! — возмущенно сказал Корп, но настолько тихо, что даже Астория это ели услышала. Она не особо поняла, почему именно он назвал учительницу ,,старой каргой'', ведь, ей кажется было от силы двадцать.
Единственный, кто все ещё был спокоен - это Первит. Ему будто было плевать на то, что его подруга будет работать в другой группе.
Но, Асторию отвлек голос Рины сзади. За то время, как она оборачивалась, даже успела испугаться, что прослушала учителя и Гомес будет не с ней.
— Заткнись, Корп. И не смей так говорить про учительницу! — недовольно сказала блондинка. Роксвелл успокоилась.
— «Не все потеряно», — с облегчением подумала она.
— Гомес, ты сама-то довольно тем, как она нас распределила? — спросил он, оставляю Рину в замешательстве: — ладно хоть не с Первитом, — уже тише, обычным голосом сказал он.
— Ага, — впервые согласилась она.
— Только теперь, эта участь может перейти на Асторию, — вмешалась Элли.
— И тебе, — с иронией в голосе, сказал Бэнис.
— Так и есть к сожалению, — ответила она: — Но может он не так безнадежен, как кажется?
Дэвил, Рина и Бэнис машинально покачали головой в стороны.
— Определенно нет, — как-то заумно сказала Гомес.
Но из их переговоров, их вывел учитель:
— Третья группа: Роксвелл, Ланд, мисс Юнсон и Первит, — сказала она.
У Астории оборвалось сердце.
— Мне, с ним!? — с возмущением тихо сказала Роксвелл.
— Заткнись, рыжая,— ответил Первит: — Ты думаешь мне хочется быть с простолюдинкой? — и в него чуть не полетел кулак Астории.
— Я тебя ненавижу, Первит! — максимально зло, как она могла, сказала рыжая.
— Взаимно, — ответил он. Роксвелл вновь сжала пальцы, но в этот раз от злости.
— Ты такой же мерзкий, как все твои друзья, — сказала она.
—Ха-ха-ха, — наигранно засмеялся он: — Роксвелл, ты своих-то прихвостней видела? Они же ненормальные! — говорил Первит, а Астория злилось всё больше и больше.
— У меня не прихвастни, а друзья! — возразила она: — И они нормальные! Это твоя Ремарк прогнившая и тупая. Вообще дура, — через пару секунд поняв, что она сказала — Астория пришла в ещё больший шок. Она впервые кого-то так оскорбила.
— Неожиданно, — сказал Первит будто упрекая её за то, что она повелась на его уловки и сказала такое ей.
— Роксвелл, заткнись, — отрезала Анна-Мария.
Астория на этот раз не стала отвечать и просто отвернулась. Последнее, что она услышала перед звонком:
— Кажется ты ведьма, Элли, — резко сказала Гомес.
𓃠𓃠𓃠
Остальное они не слушали, а со звонком вылетели из класса. Сейчас должно было быть И.З.О. Они шли с Гомес прямо по коридору, не принужденно говоря о чем-то:
— Как думаешь, у нас будет обычное И.З.О, или мы будем рисовать например..силой мысли? — задумчиво проговорила Роксвелл.
— О, боги! Надеюсь нет! — ответила Гомес: — Даже не представляю, как это будет выглядеть.
— Ну, как обычно в фильмах бывает, — сказала она: — Просто встанем над холстом и начнем мысленно вырисовывать портрет человека, — проговорила девушка и они наконец дошли до нужного кабинета. К ним
сразу подошли Элли и Оливия.
— Вы слышали? — с возбуждением от новости, спросила Энменст.
— Что? — спросили они почти одновременно.
— У нас появились школьные кружки. Не простые конечно! — проговорила Элли.
— О! Да ну? И какие есть? — спросил резко появившейся сзади Дэвил. Элли и Оливия дернулись от страха. А Роксвелл и Гомес продолжили стоять не подвижно, а после медленно обернулись:
— Очень остроумно было их пугать, — с раздражением сказала она.
— Эй, да хватит тебе! Чем я тебя обидел, что ты вечно критикуешь меня? — спросил он вполне спокойно.
— Неважно, забей, — ответила блондинка и Дэвил кажется хотел, начать её допрашивать, но тут вмешалась Астория:
— А какие кружки все-таки есть? — спросила она, хитро переводя тему. С благодарностью на неё покосилась Гомес.
— О, да! Совсем забыла сказать! — ответила ей Энменст и хлопнула себя по лбу, а после начала речь: - баскетбол, волейбол, футбол, танцы и музыка.
-Значит я буду ходить на волейбол, — сразу ответила Гомес.
— Гомес, ты? — переспросил Корп: — А ты мяч-то в руки брала?
— А это обязательно? — спросила она: — И если тебе важно, то да.
— И я тогда пойду, — сказала Астория.
— Ну, мы лично на баскетбол и футбол с Бэнисом, — ответил Корп.
— И на волейбол, — добавил блондин.
— Да-да, Гомес, — ответил Корп: — Как же без этого..
— Ну, а я выберу танцы, — сказала Элли.
— И всего? — спросила брюнетка: — Лично я пойду ещё и на музыку, — ответила Оливия.
𓃠𓃠𓃠
Наступило изобразительное искусство, в класс зашёл молодой учитель.
— Здравствуйте, класс! Можете садиться. Сразу приступайте рисовать любой рисунок, на тему ,,море''. Страница четыре, — сказал он и сел за какие-то бумаги. Астория кивнула подруге, чтобы она села с ней и та быстро оказалась рядом.
— Тебя не смущает тот факт, что сзади сидит Первит? — спросила Гомес. Асторию аж передернуло от упоминания его фамилии.
—Знаешь, здесь ещё и Ремарк сидит, — с нескрываемым отвращением отозвалась она: — Ещё более мерзкая дура.
—Дура? — переспросила Гомес с легкий удивлением, но через пару секунд кивнула: — Да, ты права.
— Ты же её не знаешь, — отозвалась Астория.
— Слышала ваш разговор, — ответила она: — Астория, иногда вы ссоритесь на весь класс.
— Ясно.
— Ага, ладно, что ты будешь рисовать? — перевела тему она.
— Море, как профессор и сказал, — ответила она.
— Это банально, — сказала Гомес: — Может ракушки? Или рыб?
— Давай.
— Значит, подводный мир? — уточнила Рина.
— Ага.
Астория принялась вырисовывать. Аккуратные линии со временем начали приобретать живность, тени и цвета. Её волосы спадали на лист в сторону окна, но увлеченная рисунком - девушка это не видела. Её ресницы мелко подрагивали, губы были приоткрыты, а свет сейчас падал так, что её волосы будто светились.
Первит невольно засмотрелся на неё.
— Новиан, рисуй! — отдернула его соседка. Он будто вышел из транс и не сразу понял, что от него требуется.
—А? Да-да, — растерянно и будто замечено за чем-то запретным и неправильным отозвался он: — Я рисую, рисую!
— Ага, я вижу, — огрызнулась она.
— Ты ревнуешь? — спросил он.
— Да.
𓃠𓃠𓃠
— Ну, кто первый сдаст? - спросила Гомес.
—Давай я? — предложила она.
—Ага, — ответила блондинка.
Астория выдохнула и направилась к столу преподавателя, за ней и Гомес.
— Так, что тут у нас? — спросил скорее сам себя преподаватель, рассматривая рисунок. Через пару секунд он сказал: — Мисс, Роксвелл, это вполне неплохо. На четыре сгодиться, — бросил он, а после рассмотрел рисунок зеленоглазой.
—Гомес, отлично! — объявил с легкой ухмылкой он и слегка напомнил ей Первита. Только у учителя ухмылка была доброй, а вот у него издевательской.
— Где вы научились так рисовать? Вам всего двенадцать! - продолжал с восхищением расспрашивать учитель. На его оры, со временем отвлекся весь класс, и теперь, все прожигали взглядом Рину, ожидая, что она ответит.
— Я..Я часто рисовала дома, когда ещё не ходила в школу, — стеснительно сказала она. Никогда её лицо ещё не было такое красное, а сердце не билось так часто.
— Это все равно поразительно! Ещё лет десять и вы станете великой художницей! — громко заявил он, продолжая привлекать внимание класса.
— «О боги! Хватит меня смущать!», — подумала Рина.
— Молодец, — шепнула Астория.
-Спасибо, — рассеянно ответила она, ведь была всё ещё смущенна.
𓃠𓃠𓃠
— Дэвил, ты идиот? — спросила Рина, когда он вновь допустил ошибку в слове.
— Гомес, я не могу писать быстро и грамотно одновременно, — возразил он.
— Ты просто не хочешь, — она искренне не могла понять его.
— Да ладно, потом ошибки исправлю, — отмахнулся Корп.
Она нахмурилась.
— Не исправишь.
— Ха-ха-ха, Ри, ты меня слишком хорошо знаешь, хоть и мало, — легко и по детски засмеялся он.
— Ри? — переспросила она: — О, боги! Корп, не смей меня так называть.
— Тебе это идеально подходит, — уже смеясь над её реакцией, продолжал он: — И где же: «Дэвил»? — с наигранной жалостью спросил он: — Без этого даже слушать тебя не стану.
— О, боги! Дэвил-милый, перестань, — нехотя и наигранно сладостно чуть не пропела она: — Пожалуйста, — уже тише сказала блондинка.
— Ага-ага, спасибо, — кивнул он: — Но ты солгала, когда назвала меня милым, то есть, ты меня таким явно не считаешь. Значит и я солгу, Ри.
Она упала головой на парту.
— Ты невыносим! — ответила она.
— Я знаю.
𓃠𓃠𓃠
— Так что она тебе ответила? — переспросил блондин.
— А, точно! — опомнилась Элли: — Она сказала, что я слишком наивная.
— Не правда, — отозвался он.
— Да нет, это так.
— Но это не делает тебя хуже.
— Наверное.
— Я бы не стал тебе лгать.
— Спасибо, — ответила она.
— Друзья навсегда? — спросил Бэнис.
— Друзья навсегда, — ответила Элли.