Дьявол

<Дениэль Дреп>

После недолгой прогулки на велосипедах, мы вернулись обратно к домику, где Торн оставил свою вторую машину.

—Чей это дом?—спросила я, входя в него вслед за шатеном.

—Мой,—коротко ответил Торн, подходя к камину и кидая в него пару поленьев.

—Тут здорово,—проговорила я, осматриваясь.

Действительно тут было очень уютно. Перед камином стоял небольшой диван, на котором лежала пара пледов и большие подушки, рядом стоял большой книжный шкаф, который был полностью забит разными книгами и энциклопедиями. Дальше стояла небольшая кухня, она была довольно простой, всего пара столешниц, подвесная полка, плита и холодильник, там же стоял небольшой обеденный стол с двумя стульями. Если подняться по лестнице, которая была рядом с кухней, то можно сразу попасть в спальню. Спальня была небольшой и обставлена была просто. Кровать, две прикроватные тумбы, а напротив телевизор и небольшой журнальный столик, на котором стояла приставка. Все было просто и минималистично, как и подобает парню.

—Можем остаться здесь на ночь,—Торн пошло заиграл бровями и зажег камин.

—Спать с тобой на одной кровати? Сомнительное предложение,—усмехнулась я, садясь на диван. Торн сел рядом и положил руку на мои плечи, притягивая к себе.

—Размечталась, спать со мной она будет,—рассмеялся Торн, откидываясь на спинку дивана,—Будешь спать на диване.

—Почему я?

—Потому что я уже два дня сплю на неудобном диване,—ответил Торн,—Мне надоело, хочу поспать в своей мягкой кровати.

—У меня удобный диван!—возразила я, отстраняясь от парня.

—Удобный? Тогда, когда мы приедем ты будешь спать на диване, а я так уж и быть, испытаю твою кровать.

—Какие жертвы,—я закатила глаза.

—Колючка,—усмехнулся Торн, вставая с дивана и направляясь к кухне и открывая холодильник,—Та-а-ак, у меня есть яица, вроде бы свежая колбаса, молоко, сыр, майонез и кетчуп. Что мы можем из этого сделать?

—Если у тебя есть мука, то можем приготовить пиццу,—ответила я, пожимая плечами,—Или омлет.

—Вариант с пиццей мне нравится больше, тем более я нашёл муку,—достав из нижнего ящика муку, он поставил ее на стол и удивлено приподнял брови,—Может поможешь?

—Не-а, мне нравиться наблюдать,—усмехнулась я, кладя голову на спинку дивана и продолжая внимательно наблюдать за парнем.

—Кто не готовит — тот не ест,—хитро улыбнулся Торн и начал смешивать ингредиенты, чтобы сделать тесто.

—Ла-а-адно, уговорил,—протянула я, вставая с дивана и подходя к парню,—Что мне делать?

—Добавь немного муки, а потом разбей ещё одно яйцо,—начал раздавать указания Торн, перемешивая будущую основу для пиццы в глубокой миске.

—Немного?—уточнила я, открывая пакет с мукой. Резко разорвав упаковку, я вскрыла пакет, из которого поднялось облако муки направленное прямо в лицо Торна. Когда мука осела, я посмотрела на лицо Престона и не смогла сдержать смех. Все его лицо, челка и чёрная футболка были в муке.

—Тебе смешно?—он хитро приподнял бровь и провёл кончиками своих пальцев по моей щеке, оставляя на ней след от муки и теста.

—То-о-торн, не пачкай меня!—взвыла я, отстраняясь от парня и продолжая смеяться.

—Ах, не пачкай?! Иди сюда, я тебя поцелую,—усмехнулся парень, подходя ко мне ближе.

—Нет! Ты весь в муке!

—Да ладно?! Не знаешь из-за кого?!

—Я не специально!

—Я жду извинений!

—Прости,—виновато проговорила я, пытаясь сдержать очередную порцию смеха.

—Я имел в виду поцелуй,—уточнил парень, выставляя губы уточкой.

—Ладно,—я закатила глаза и сдалась. Все же я виновата перед ним, хоть это и пустяк, но я должна извиниться.

«Ага, ага, оправдывайся! Признай уже, что ты просто хочешь поцеловать его, без всякого повода!»—кричало мое подсознание, а я пыталась его унять. Это бред! Я не хочу целовать Престона!—«Ну да, конечно»

Легко поддавшись вперёд, я быстро чмокнула Торна в губы и отстранилась, вытирая нос и подбородок от муки.

—Не, так не пойдёт,—он ухмыльнулся и положив свои руки на мои щёки, притянул меня к себе и поцеловал. Внезапный поцелуй оказался очень чувственным и нежным, но спустя пару секунд он стал более грубым и глубоким.

—Ты меня сейчас съешь!—улыбнулась я, отстраняясь от губ Торна.

—Я голоден!—оправдался Торн, прикусывая губу.

—Я могу приготовить нам омлет или яичницу,—предложила я, продолжая находиться на критическом расстоянии с губами Торна,—Хочешь?

—Хочу,—улыбнулся Торн,—Я пойду переоденусь.

* * *

После ужина, Торн нашёл в своих закромах бутылку красного вина и мы расположились на диване перед камином и открыв ее, разлили по бокалам.

—Можно личный вопрос?—спросил Торн, делая глоток вина и не отводя взгляд от камина. В свете огня Торн выглядел ещё более привлекательно. Заострённые черты лица смягчились, а пухлые губы так и требовали поцелуя.

—Можно,—ответила я, пробуя вино из своего бокала. После переезда из Сиэтла я стала слишком много пить, думаю мне пора заканчивать, а то так и до алкогольной зависимости недалеко.

—Какие отношения у тебя с твоей мамой?—услышав этот вопрос, я нервно сглотнула и залпом выпила вино из своего бокала.

—Никакие,—пробормотала я, наливая себе в бокал ещё вина,—Она изменяла моему отцу на моих глазах и на глазах моего брата, а нам велела молчать, иначе отправит нас в интернат. Когда мне было четырнадцать мама наконец созналась отцу и ушла из семьи к богатому бизнесмену. Она стала воспитывать двух его детей, а про меня и брата она забыла. Раньше, мама все время называла нас лучшими подружками, но после этого, я поняла, что она врала мне, потому что подружки так не поступают. Мне было так обидно оттого, что моя мама больше проводит времени с чужими детьми, чем со своими родными. Со временем я привыкла, наше общение прекратилось где-то года два назад, после того, как я приехала к ней на день рождение вместе с братом, а она устроила нам шоу, показывая свою счастливую семью во всей красе,—вытерев набежавшие слезы рукавом, я влила в себя алую жидкость и вышла из дома на улицу.

Глаза от подступающих слез, неприятно щипало, а в горле застрял ком. Выйдя на улицу, я села на ступеньку и тихо заплакала.

Вдруг, ступенька рядом со мной скрипнула и я почувствовала терпкий запах одеколона Торна.

—Мои родители погибли, когда мне исполнилось двенадцать,—вполголоса пробормотал Престон,—Мама с папой очень любили меня, мне кажется это единственные люди, которые любили меня просто за то, что есть. Они поддерживали любое мое начинание, даже самое бредовое. После их смерти я изменился, изменилось мое материальное положение и я потерял всех друзей. Остался только Фред, он всегда был рядом со мной. Чтобы я не попал в детский дом, бабушка забрала меня к себе и оформила надо мной опеку. Она почти заменила мне мать. У меня было бедное детство, несмотря на то, что бабушка работала на двух работах, нам не хватало денег. В шестнадцать я связался с компанией, которая познакомила меня с Крисом и я начал продавать наркотики. Сначала я доставлял все сам, потом нанял пару людей, а после создал крупную организацию. Все это ради того, чтобы бабушка ни в чем не нуждалась. Бабушка не знает, что все деньги, которые я даю ей, заработаны с помощью наркотиков.

—Торн,—прошептала я, вытирая слезы и кладя руку на плече парня,—Мне жаль...

—Ты единственная девушка, с которой я поделился этим,—грустно усмехнулся Торн, доставая из пачки одну сигарету и закуривая.

—Спасибо,—прохрипела я, кладя свою голову на его плече. Слезы продолжали стекать по моим щекам, только сейчас я не знала причины. Эти слёзы из-за моей матери или из-за тяжёлой судьбы Торна?

—Тебе не холодно?—спросил Торн, выдыхая серый дым и переводя взгляд затуманенных карих глаз. Я сидела в одной толстовке, которая не сильно грела, но и не давала мне замерзнуть,—Иди ко мне,—не дождавшись моего ответа, шатен притянул меня в свои тёплые объятия.

Обхватив пресс Престона руками, я уткнулась лицом в его грудь и вдохнула приятный аромат, исходящий от толстовки парня. Запах Торна не был мне противен, несмотря на то, что смесь дыма от ментоловых сигарет и дорогого одеколону казалась мне странной.

Мы просидели в тишине около получаса. Он продолжал согревать меня своими объятиями и я даже не заметила, как глаза начали постепенно слипаться.