Глава 23
Глава 23.
Сэм
Если рисковать – то рисковать по полной и никогда не отступать.
Именно с таким девизом я провел минувший день со своей новой знакомой, сам не понимая, что творю. Но, не буду скрывать, девчонка она очень зажигательная и непредсказуемая – с такой точно не соскучишься и не пропадешь в трудной ситуации.
От Молли Эмберс я узнал достаточно много о себе, особенно после третьей рюмки коньяка, которую она выпила в небольшом баре недалеко от моего места жительства. Хотя, о том, что я кретин, слишком застенчивый парень и с виду полная нюня, мне доводилось знать еще раньше, но было немного не по себе слышать эти слова из уст такой девушки. Кое-кто умудрился понизить мою самооценку, коллега пошла на рекорд – еще никому это не удавалось. Целый день она сохраняла спокойствие и легкий дофенизм, каждую нелепую ситуацию обыгрывала с юмором и была, как мне показалось, со мной достаточно искренняя.
Но за яркой и броской маской скрывалась не такое уж веселое прошлое, от которого создавался огромный волнующий вопрос: как она смогла пережить это? Выслушав ужасную историю, все мои «глобальные» проблемы отошли, нет, просто отлетели на задний план.
Молли родилась в небольшом провинциальном городке Словении – Копере. Окончила среднюю школу с отличием, планировала поступить на химика в Любляне, но ее планы резко сменили течение после того, как ее родители решили переехать в США. Безусловно, с таким задорным характером она сумела разыскать друзей в новом городе, поиметь компанию, ходить на вечеринки и различные мероприятия, в целом, вести жизнь веселой и общительной старшеклассницы на новом месте жительства. Молли имела все, о чем только мечтала: начиная от книги, заканчивая поездкой во Францию. Родители радовались новой работе, их юная дочь процветала, все дела шли просто отлично до тех пор, пока девушке не исполнилось 16. В одну роковую ночь, в день того самого шестнадцатилетия, виновнице торжества разрешили отпраздновать эту знаменательную дату в загородном доме с близкими друзьями, и она, конечно же, воспользовалась таким шансом. В четыре утра, когда подвыпившие друзья разошлись по домам, она приняла решение не дожидаться, когда ее заберут родители, а самой доехать до дома, так как в ее рту не было ни капли алкоголя. По пути Молли звонила на стационарный телефон, чтобы предупредить о скором приезде, но трубку никто не взял, что и вызвало удивление вперемешку со страхом. Всю дорогу ее мучали плохие мысли, так как она страдала, в данном случае, именно страдала богатой фантазией. Но, подъезжая к родной улице, Молли увидела, что периметр двора был обмотан желтой лентой, а на тротуаре, помяв все ее любимые цветы, припарковалась дюжина полицейских машин. Она выскочила из машины, с криками и расспросами, что произошло, на что получила неутешительный ответ – неизвестный проник в дом и убил ножевыми ранениями всю ее семью. О дальнейших событиях она повествовала менее подробно, ссылаясь на то, что с тех пор ее жизнь потеряла свой смысл и цвет. Все просто перевернулось с ног на голову, день за днем пролетал, словно секунды и не откладывались в ее голове. Так и прошел сложный шестнадцатый год. Оставшееся время она жила под опекой у соседки, от которой, вскоре, благополучно сбежала.
«А что мне оставалось делать, Сэм? Как я могла жить рядом с тем домом, в котором потеряла все? Город буквально душил меня своими стенами, заставлял впадать в депрессии, и я, чуть было, не вскрыла себе вены» - рассказывала она.
Летом она переехала в Окленд, где подрабатывала официанткой у одной доброй женщины, которая приютила ее взамен на работу. Чуть позже, ее сердце занял один парень, имя которого она разглашать не стала. Но, его постигла не менее ужасная участь – он оказался наркоманом и в скором времени умер. После такой пережитой «мясорубки» Молли долго приходила в себя, заболела анорексией, но вскоре вылечилась.
«А когда я поправилась, то четко определила, что впредь буду делать то, что хочу. И вот, как видишь, я провела над собой некоторые эксперименты. Надеюсь, хотя нет, я знаю, что они весьма удачны» - продолжала она.
Пока я слушал ее долгий рассказ во всех мелочах и подробностях, то замечал, как в ее огромных голубых глазах накапливались кристально чистые слезы, но вследствие, высыхали. Из-за этого мне становилось жутко неудобно, и я предлагал прервать эту больную тему, переведя ее на что-нибудь другое. Но Молли так же продолжала измывать и беспощадно терзать себя воспоминаниями, не останавливаясь ни на долю секунды.
Когда ее речь была прервана, между нами повисла тишина. Неловкая пауза, которую я так ненавижу.
-Я, конечно, все могу понять, Молли, но... Как ты попала в эту контору? – осторожно спросил я.
-А-а... Ну, никаких секретов, ничего личного. После смерти моего парня, его друзья предложили работу. И я, точно так же, как и ты, не знала, на что подписываюсь – искренне засмеялась она.
-Чем-то мы с тобою схожи. Удивительно.
-А твоя история, Сэмс, такая же интересная?
Я в тысячный раз за неделю рассказал ей про все свои приключения, вплоть до того, какой размер груди был у Хейзел.
-Ты такой забавный. О своей бывшей рассказываешь больше, чем она сама про себя знает – поражалась она.
-Хейзел... Она не была моей девушкой. Она... Просто увлечение, к которой до сих пор меня тянет. Но, самое ужасающее, это то, что ты дико напоминаешь мне ее. Хоть во внешности вы очень отличимые, мысли имеют одно направление и одно русло.
-Потенциальные двойники, верно? Хм-м... Уникально.
-Что-то вроде того – смутился я.
После беседы с Молли мое сознание в очередной раз перевернулось. Я смотрел на Хейзел, как действительно на свою бывшую, а не как на ту, с которой был бы готов вновь продолжать отношения. Но, по сути, отношений-то у нас не было, я чётко дал ей понять, что не испытываю к ней ровным счетом ничего. А так ли это на самом деле? И в этот момент я окончательно запутался.
В десять вечера, мы вышли из старого трактира, и я собирался повернуть в сторону хостела, но Молли взяла меня за запястье, не дав мне сделать шаг.
-Сэмс, пошли ко мне домой? Я умираю от тоски, а ты парень, вроде ничего, надеюсь, не убьёшь за углом – хрипела она.
-Давай я тебя просто провожу? Не хочу навязываться и не хочу, чтобы ты потом жалела о том, что позвала меня.
-Брось, пойдем! – махнула она рукой.
И я невольно согласился.
Ее съемная квартира была значительно меньше, чем я себе представлял. В комнате царил идеальный порядок, что не скажешь о комнате, в которой жил я. Однокомнатная квартира была расставлена по последнему слову техники, стены украшали эксцентричные плакаты, а вид из окна превосходил все мои ожидания. Он был в сотни раз красивее вида номера Кливленда, и это сподвигло меня на добрую и чистую улыбку.
Пока я разглядывал интерьер, Молли рылась в прикроватной тумбочке, перебирая неизвестные мне бумаги. Когда она нашла то, что искала, то тихо подозвала меня, и я мигом оказался на мягком стуле около нее.
-Что это? – указал пальцем я на стопку документов в ее руках.
-Это дела. Личные дела каждой, кто находится, и кто запланирован на похищение.
-Зачем мне это? Я же должен просто охранять.
-Не спорю, но я думаю, ты должен кое-что увидеть – сказала она, и вынула из стопки один маленький листочек – Хейзел. Та, о которой ты говорил, не так ли? Ей грозит серьезная опасность, Уэллс.
Я взял в руки эту заветную бумажку и увидел фото той, о которой так хотелось забыть. И черным по белому было выведено: Хейзел Эллен Глори. Семнадцать лет. Дейтон.
Я встрепенулся и с ошарашенным взглядом посмотрел на Молли, но она кивала головой из стороны в сторону.
-Как нам ее спасти? Где она? – охрипшим голосом спросил я.
-Это нам и предстоит узнать. Завтра в нашем распоряжении – ответила Молли, устремив голубые глаза на вид за окном, и нервно выкуривая тонкую сигарету.
Все мы разные люди, но нас связывает и поглощает одно – наши воспоминания.