Глава 15
Глава 15.
Хейзел.
За ужином я сидела словно не в своем доме. Интерес ко мне никто особо не проявлял, разве что мама, которая спрашивала меня о моем самочувствии и о том, как я провела выходные. У меня была уйма вопросов, которые я все же приберегла для лучших времен.
«Пусть лучше они останутся недосказанными, чем озвученными и выведенными на позор»
Например, Эмили, где она нашла такого подонка Тома? Видно же, что он слащавый и эгоистичный, даже в какой-то степени, брезгливый парень, от которого хочется как можно скорее уносить ноги. Майли, когда она успела родиться? Почему мне об этом никто не сказал? Если бы я не вернулась, то не узнала бы никогда, что я, оказывается, тетя. Мама, почему она уехала к Эмили, не предупредив меня?
Чувствовала себя затерявшейся во времени, непросвещённой в планы жизни. Будто меня не было не два дня, а два года.
Малышка Майли, сидя за специальным столиком для кормления, постоянно разбрасывалась брокколевым пюре, попадая мне то в лицо, то на мою любимую футболку. Это меня жутко нервировало, хотя я отвечала на это хладнокровием и молча вытирала с лица остатки детской еды. Я на самом деле обожаю детей, но мысль о том, что Майли - моя племянница просто не давала мне покоя. Большую роль к моему холоду по отношению к ней сыграл Том, который всегда и везде скрывал ее от меня. В конечном итоге, я просто наплевала на него, но неприятный осадок от нашей первой встречи все же остался. Мне в его присутствии было просто паршиво.
К концу дня я все же разузнала причину переезда моей сестры в мой тихий и беззаботный дом. Я уже намудрила себе версии, такие как рой пчел на чердаке их дома, или же пожар, затопление, шумные соседи. Но, как вы знаете, у жизни на меня были совсем другие планы и предположения. Как оказалось, мама решила подарить мой, то есть наш дом новоиспеченной семье Эмили, а мне и ей переехать в наш старый, в котором мы жили когда-то с папой.
Папа...
Вся эта ситуация, как, впрочем, последняя неделя, меня жутко выбесила, и я решила больше не сдерживать эмоции.
-Хейзел, это же здорово! Мы будем жить в одном городе, следовательно, чаще видеться! - ликовала Эмили.
-Правда? А чего же ты раньше не приезжала, а? А на свадьбу почему не пригласила? Мы же такие близкие, Эми! Ближе некуда! Так часто виделись раньше, чуть ли не каждый день!- истерично плакала я, переходя на крик.
-Хейз... Я и подумать не могла, что ты так обидишься... Успокойся, пожалуйста... Я не хотела, правда - каялась сестра.
-А я подумала и давно сделала выводы насчет тебя. Хотя знаешь, тебе же все равно. У тебя есть и семья, и муж, и замечательная работа. Сдалась тебе какая-то мама и жалкая сестра... Знаешь, Эми... Так всегда... Ты любишь, отдаешь, убиваешь себя годами, чтобы прийти к пеплу. К пеплу твоих страданий. Но я это делала не ради итога, а только лишь потому, что люблю тебя. Просто знай это, Эмили, знай... - мой голос сорвался, я жутко закашлялась и посчитала нужным вернуться в свой райский уголок - родную комнату.
В столовой повисла тишина. Такая же, как когда-то мы были окутаны в тишине с Сэмом.
И снова Сэм. И снова мысли о нем.
Я рухнула на кровать совсем без сил, без слов и даже без мыслей. Так бывает, когда ты эмоционально выжат, как лимон. Именно в таком состоянии пришлось некоторое время пребывать мне.
Я включила люминесцентные фонарики и выключила основной свет так, что мой потолок стал похож на звездное небо. Ноги припрятала в пуховое одеяло, на руки посадила плюшевого зайку, которого мне подарил папа, надела наушники и лежала в полуубитом состоянии. Но единственный плюс заключался в том, что моя ненависть постепенно отступала, нервы охладевали, а душа наоборот, грелась воспоминаниями.
Девять вечера, неужели существует время лучше?
Я стала в очередной раз обдумывать поступки, приводить аргументы и обвинения, делать умозаключения и определенные выводы.
В последнее время я стала замечать за собой агрессию, ненависть и ужасную обиду к людям. Я слишком сильно обозлилась на мир, можно сказать, чересчур. Но как бы вы поступили на моем месте, если бы за четыре дня вашей жизни все перевернулось вверх дном, перекрутилось похуже, чем в эпицентре смерча, и оставило после себя лишь ваши душевные косточки и пакет с воспоминаниями? Думаю, не лучше, чем я.
Мир менялся раньше, меняется сейчас и будет меняться дальше. Это система, которую нельзя не сломать ничем. Это механизм, в котором не так важны детали, как сам принцип его работы. Это организм, который может существовать без сердца. И его уже никак не изменить.
Люди думают, что одним событием можно поменять все, остановить планету, обратить время вспять. Даже я так думала, пока не пришла к столь плачевному результату. Но вы просто поразмышляйте, что становится с монетой, положенной на рельсы, когда ее переезжает поезд? Верно, она расплющивается и отскакивает за километры. А теперь подставьте себя на место этой монеты, а вместо паровоза - мир. Что с вами произойдет?
Мир не может изменить один человек, но это под силу обществу. Мы единогласно направляем ход событий в определенное русло, сами того не замечая.
Мир подвластен человечеству, но не каждому из нас.
Сэм
Километр за километром, миля за милей, и мы остановились около обшарпанной полузаброшенной заправки. Тусклая вывеска, припорошенная легким снегом, вокруг которой вилась сотня мотыльков, только отбивало желание заходить в это и без того неприглядное заведение. Я презрительно окидывал взглядом бар «Pitchers», как вдруг Лоурен силой потянул меня за руку в это отвратное кафе.
-Ну ты чего, как телка, Сэмс? Не буду же я вечно тебя ломать, не маленький уже парень - надсмехался он.
-Лоу, опять ты со своими шуточками - отбился я.
-Да ладно тебе, отдыхаем, старина!
-Ага... - ляпнул я, садясь за изрезанный стул около барной стойки.
-Да чего ты такой вялый целый день? Хейзел что ли насолила?
-Нет, дружище, нет. В этом-то и проблема, что насолила не Хейзел мне, а я ей. Причем жестко, очень жестко.
-...Один бокал виски и... Сэм, что будешь? - отдаленно спросил друг.
-Ты меня даже не слушаешь... Понятно. Кофе - буркнул я.
-Да ну! Ты же кофе не переносишь с ранних лет!
-А сейчас хочу. Да и к тому же, судя по всему, машину буду вести ночью я.
-Сечешь, парень! Молодец!.. И, пожалуйста, одну чашку кофе... - заигрывая с барменшой, говорил Лоурен.
Заказ сделали очень быстро, так, что мы даже не успели отлучиться от барной стойки.
Неся каждый свой напиток, мы присели за столик около окна. В качестве фона играло старое заржавелое радио, из которого доносилась весьма неприятная музыка, а вскоре оттуда послышался голос радиоведущего, который, не умолкая соединял неспящие голоса людей в прямом эфире радио.
Сначала я услышал голос пожилой женщины из Балтимора, которая передавала привет своему сыну в армию.
«Ага, конечно, он сейчас где-то на боевом задании сидит и ждет, когда же ему передаст привет мамаша... Вот наивные...» - критиковал я.
Вслед за женщиной послышался голоса двух пьяных парней, из уст которых лились, разве что, сплошные маты, и их отсоединили с эфира.
«Вот, дельные парни, не то, что я!» - запричитал я.
После них, в радио раздался голос тихий одной юной девушки, речь которой была: «Привет, Огайо! Привет, Калифорния, Кентукки, Вашингтон! Позднее время, не так ли? Я хочу передать привет всему человечеству, всему миру, каждому гражданину моей необъятной страны и пожелать им всего самого светлого... Что за бред... Все равно меня никто не услышит...»
Но ведущий продолжал: «Нет, что вы, Эллен. Вы в эфире, продолжайте!»
А после этого в радио послышались тихие гудки, когда абонент закончил разговор.
Хейзел
Могла же я додуматься позвонить по горячей линии прямого эфира какого-то неизвестного старого радио?
Конечно могла, да еще и представилась Элленой. Никогда не любила это добавочное имя.
Я потратила пять баксов на то, чтобы просто кому-то позвонить. Мой круг знакомых настолько был узок, что в моих контактах существовало только пять номеров: мама, Эми, школьный директор, Сэм, техподдержка.
Мне, кстати, следовало удалить номер Сэма. Я нажала на его контакт, а мой телефон зачем-то набрал восьмизначную последовательность цифр и высветил на экране надпись «Совершается вызов».
В ту же секунду я отряпнула телефон в сторону подушек и закричала: «Черт!»
Послышались гудки, один за другим, а после, голос Сэма.
-Алло! Кто это? Вы меня слышите? Алло? - нервничал он, а вскоре нажал на кнопку «окончить разговор»
Я спокойно вдохнула, но все же улыбнулась, услышав знакомый голос.
Сэм
«Кто-то явно ошибся номером, позвонив мне» - подумал я, и сморщился от ужаснейшего вкуса кофе.
Допивать его у меня не осталось ни сил, ни желания, как и перезванивать анониму.
-Ну что, Сэмс, погнали дальше? - сказал слегка опьяневший друг, отвлекший меня от размышлений
-Что? - не расслышал я.
-Поехали, говорю, Сэм! Такими темпами мы доберемся до Калифорнии еще не скоро. Ты какой-то странный сегодня...
-И не говори, Лоу. Пошли, я вылью этот мерзкий кофе, аж тошнит от него.
Мы вышли на улицу, и меня пробрал жуткий холод по всему телу. Я, крепкий парень, одетый в зимнюю куртку, нехило замерз и ужаснулся, когда до меня дошло, что же чувствовала Хейз, когда мы укрывались от полиции. Она такая хрупкая, крошечная и беззащитная ни разу не пожаловалась мне, что ей холодно, она, эта фантастическая девушка, улыбалась, когда мы прыгали с крыши на крышу, когда мы порвали ее новое платье, потеряли туфли и, чуть было, не лишились документов. Хейзел умела улыбаться, не взирая ни на что, всем назло, миру назло, гребанным недоброжелателем назло. Показывать слабость - не ее конек. И она делала так, чтобы окружающие об этом знали.
-Черт... - я хотел выругаться про себя, но получилось вслух.
-Что, Сэм?
-Холодно, однако... - скептически произнес я и вылил противное содержимое бумажного стаканчика в ближайший сугроб.
Всю дальнейшую ночь за рулем сидел я, и, между прочим, нехило устал. Лоурен спал на заднем сидении и безмятежно храпел, тем самым приводя меня в состояние напряжения. В конечном итоге я не выдержал и кинул ему свой рюкзак прямо на голову, и, на удивление, он заткнулся.
В машине повисла такая тоска, что создавалось ощущение, что я - последний человек на планете. Я видел сквозь лобовое стекло людей, голосующих одиночек на обочине, шумные компании, которые гуляли по промерзшим полям. Я видел нескончаемое количество людей, но я впервые в своей жизни почувствовал, что абсолютно один. Мое настроение и без того было паршивее, чем у микроба, и вдруг в самый неподходящий момент в голову вновь пришла мысль о Хейз.
Всего лишь несколько часов, а я уже извивался от тоски и скуки, от гордого одиночества и ныл, что все меня бросили. И тут я представил, что она чувствовала эту пустоту каждый божий день на протяжении семнадцати лет, представляете? Семнадцать лет прожить с дырой в душе, при этом, не заикаясь - это просто героический поступок, недосягаемый, нереальный. И как у нее не могло быть друзей? Просто как? Такую, как она, должны были носить на руках и целовать ее от макушки до кончиков пальцев, считаться с ее каждым словом и прислушиваться к каждому вздоху. Это должен был делать я с той секунды, как она впервые появилась в поле моего зрения. С первого класса, с первого взгляда.
Когда я понял, что сойду с ума от глупого философствования, то решил притормозить и достал из бардачка несколько сигарет и зажигалку, подумав, что Лоурен не будет против.
Честно? Я никогда не курил. Разве что иногда баловался с электронными сигаретами, но и то это было по пьяни несколько лет тому назад. Просто не понимал людей, которые вдыхают этот смолянистый противный дым, после которого тошнит. А эта ситуация просто сковала меня, и я решил взбодрить себя тем, чтобы причинить небольшой ущерб самому себе.
Выйдя из машины, я устремил глаза на небо, которое сплошь было усыпано мерцающими звездами. Их там было тысячи, нет, миллиарды! Небо было просто озарено этими маленькими фонариками, оно светилось ярче, чем днем. Такого, признаюсь, я не видел никогда в своей жизни. Просто никогда.
Я поджег сигарету, и, поднеся к губам, втянул в легкие убивающий дым.
Хейзел
Даже и не знаю, обрадовалась ли я, или же расстроилась, когда Сэм не перезвонил мне. Двоякое ощущение, если быть очень уж искренней.
Но, так или иначе, я держала телефон в руках до четырех утра, судорожно поглядывая на большой экран, чуть ли не каждые пять минут. А на нем отражалось лишь время, и уведомление из instagram.
«Если бы хотел, то давно бы уже позвонил» - подумала я и встала с кровати, укутав себя в одеяло.
Тихими шажками спустившись на кухню, я налила себе холодное молоко и перемешала с сухим шоколадом. Получилось нечто вроде какао, причем очень даже вкусное. Захватив с собой несколько печенек, я беззвучно открыла дверь и вышла на террасу своего дома, усевшись на одной из ступенек.
Двадцать шестая авеню словно вымерла. Ни души, ни машины. Просто никого. Ни одного огонька в домах соседей. Только я и мои мысли.
За это я и люблю ночь.
Я мгновенно устремила глаза в небо и осталась просто обвороженной от вида, который предстал передо мной. Миллиарды мерцающих искр хаотично двигались, то сияя, то угасая, то вообще покидая космос, падая на землю. И тогда все мои раздумия отошли подальше, скажем так, на второй план.
Я решила забыть обо всем, абсолютно обо всем.
Но взглянув снова на небо, мне показалось, что звезды выстроились в некую последовательность букв.
Сэм...
Сэм
Хейзи...