Глава 13: Первый вечер в «золотой клетке»
Переезд прошел быстро. Дом Пейтона оказался под стать хозяину: минимализм, панорамные окна, холодный мрамор и идеальный порядок. Никаких лишних вещей, никаких соблазнов.
— Твоя комната смежная с моей, — Пейтон поставил её чемодан в просторной спальне, выполненной в серых тонах. — Располагайся. У тебя есть час, чтобы разобрать вещи, после чего я жду тебя на кухне на ужин.
Т/И вздохнула, оглядывая новое жилище. Здесь не было запаха больницы, но дисциплина ощущалась в самом воздухе. Едва за Пейтоном закрылась дверь, рука Т/И привычно потянулась к карману за телефоном, чтобы излить негодование подругам в чате.
«Девочки, это капец. Я под домашним арестом у самого сексуального садиста в мире. Правила — жесть», — быстро напечатала она, обильно вставляя матерные слова для экспрессии.
Она так увлеклась перепиской, что не заметила, как пролетело время. Дверь открылась ровно через час. Пейтон зашел, не снимая часов.
— Т/И, время. Телефон на стол, — коротко приказал он.
— Да подожди ты, я дописываю! — огрызнулась она, не поднимая глаз от экрана. — Что за привычка лезть под руку, бл**ь...
Слово вылетело само. В комнате стало очень тихо. Т/И медленно подняла голову и встретилась со взглядом Пейтона. Он не выглядел злым — он выглядел разочарованным, и это было хуже.
— Правило номер два и правило номер три, — спокойно произнес он. — Телефон должен был быть сдан три минуты назад. Плюс мат.
Он подошел к ней, забрал мобильный из онемевших рук и быстро пролистал последние сообщения. Его брови поползли вверх.
— «Садист»? «Жесть»? И еще пять нецензурных выражений в одном предложении? — Пейтон положил телефон в карман своих брюк. — Похоже, первый вечер в новом доме мы начнем с внепланового урока.
— Пейтон, это была просто переписка! — Т/И попыталась встать, но он положил тяжелую ладонь ей на плечо, заставляя сесть обратно.
— В этом доме я не терплю неуважения ни вслух, ни в переписке. За каждый мат в чате — пять шлепков. За мат в лицо — десять. Плюс опоздание. Итого: тридцать пять, Т/И.
— Что?! Тридцать пять? Ты с ума сошел! — вскрикнула она.
— Сорок. За пререкания, — Пейтон указал на свою кровать в соседней комнате. — Иди туда. Я не хочу наказывать тебя там, где ты спишь. Но запомни: в этом доме твоё «хочу» заканчивается там, где начинаются мои правила.
Т/И поняла, что спорить бесполезно. Она побрела в его комнату, чувствуя, как внутри закипает смесь страха и странного, болезненного смирения. Она сама подписала этот контракт. И Пейтон Мурмеер не собирался давать ей скидок на «первый день».