~{| Глава - 10 |}~
Шанс шёл рядом с Мафиозо, чувствуя каждое движение альфы.
Лес вокруг казался тёмным и плотным, как будто сама природа подчинилась присутствию хищного альфы.
Следы засосов на шее и ключицах ещё жгли кожу, напоминая о вчерашнем и сегодняшнем контроле.
— Ты выглядишь... слишком самоуверенно, омега, — низко прошипел Мафиозо, шагнув ближе. — Думаешь, вчерашнее сопротивление сделало тебя сильнее?
Шанс сжал кулаки, пытаясь показать хоть малую долю воли.
— Я не буду просто стоять и позволять тебе... — начал он, но взгляд альфы сразу заглушил любые слова.
Мафиозо резко схватил Шанса за обе руки, прижимая его к дереву так, что плечи омеги почти отошли назад.
— Ты называешь это дерзостью? — хищно прошипел он, губы коснулись шеи, оставляя горячий след. — Омега, твоё тело уже моё. Сопротивляйся — и почувствуешь, насколько бесполезно это сопротивление.
Шанс почувствовал дрожь по всему телу.
Он пытался выпрямиться, сопротивляясь, но силы альфы не оставляли ни сантиметра свободы.
— Мафиозо... — тихо выдохнул он, — отпусти...
— Не сейчас! — резко, почти рыча, ответил альфа. — Твоё сопротивление — лишь повод показать мою власть.
Губы Мафиозо скользнули по ключице, оставляя след засоса.
— Ты хочешь сопротивляться? — прошептал он, дыхание горячее у уха. — Каждое твоё движение, каждый дрожащий вдох только усиливают мою хищную страсть.
Шанс почувствовал, как жар разлился по всему телу.
Дыхание сбилось, сердце колотилось, тело реагировало на каждое движение альфы, но разум пытался держать хоть частичку контроля.
— Ты боишься? — хищно спросил Мафиозо. — Или тебе нравится быть под моей властью?
Шанс выдохнул:
— Я не боюсь!
Мафиозо резко приблизился, губы коснулись его губ в хищном, властном поцелуе.
— Ах, омега... — прошептал он, — твоя дерзость лишь разжигает мою силу.
Сила, с которой альфа удерживал Шанса, ощущалась во всём теле омеги.
Каждое движение губ, дыхание, засос — это была полная демонстрация власти, эмоциональная и физическая, но полностью безопасная.
Шанс дрожал всем телом, дыхание сбилось, щеки горели, но внутренне он боролся, пытаясь сохранить хотя бы толику собственной воли.
— Ах, омега... — шептал Мафиозо, губы скользнули по шее снова. — Твое сопротивление усиливает мою хищную страсть. И это лишь начало.
Шанс почувствовал бурю эмоций: страх, дрожь, притяжение.
Каждое движение Мафиозо, каждое прикосновение — это как испытание на прочность, на подчинение и желание одновременно.
— Смотри на меня, — приказал альфа, губы чуть коснулись его щеки. — Ты будешь помнить, кто здесь хозяин.
Шанс пытался закрыть глаза, но взгляд Мафиозо держал его, дыхание и прикосновения не отпускали.
— Ты ещё сопротивляешься? — хищно прошептал альфа, оставляя горячий след на шее. — Омега, это лишь раззадоривает меня.
Шанс едва мог дышать, тело дрожало, сердце колотилось.
Он понимал одну вещь: чем сильнее сопротивление, тем грубее и хищнее Мафиозо, и это чувство одновременно пугало и притягивало.
— Сегодня ты узнаешь, — низко, хищно проговорил Мафиозо, — что значит быть под полной властью альфы.
Шанс почувствовал, как жар и дрожь усиливаются, дыхание сбилось окончательно.
Он попытался выпрямиться, но руки и тело были под полным контролем.
— Мафиозо... отпусти... — тихо выдохнул он.
— Не сейчас, — прошептал альфа, губы снова коснулись губ Шанса в коротком, но властном поцелуе. — Каждое сопротивление лишь подтверждает мою хищную власть.
Шанс почувствовал, как тело предаётся, даже когда разум кричит «не поддавайся».
— Ах, омега... — хищно прошептал Мафиозо, губы скользнули по шее, оставляя новый горячий след. — Твоё сопротивление — это игра, которую я выигрываю всегда.
Шанс дрожал, дыхание сбивалось, щеки горели, но взгляд оставался настороженным, пытаясь хоть что-то контролировать.
Мафиозо слегка отпустил руки, создавая иллюзию свободы, но взгляд и дыхание оставались хищными, как обещание дальнейшей власти.
— Иди за мной, омега, — сказал альфа, шагнув вперёд. — Завтра мы продолжим игру. Твое сопротивление будет новым испытанием, а моя хищная власть — твоей неизбежной реальностью.
Шанс медленно последовал за ним, сердце колотилось, тело горело, дыхание сбивалось, но он осознавал: подчинение здесь не слабость, а признание силы и хищной власти Мафиозо.
И игра только начиналась.