Глава 24
Несмотря на ледяной прием, кровь оказалась сильнее гордости. Спустя неделю Адриан принес извинения, которые Дамиан принял с суровым условием: «Никаких взглядов в сторону Миры». Но перемирие в мире Громовых всегда было хрупким, как тонкий лед.
Вечер субботы обещал быть спокойным. Дамиан уехал на позднюю встречу в порт, оставив Миру под усиленной охраной. Она сидела в гостиной, пытаясь сосредоточиться на чертежах, когда входная дверь с грохотом распахнулась.
В дом ввалился Адриан. На нем не было лица: галстук развязан, рубашка в пятнах чего-то темного, а от запаха дорогого коньяка можно было опьянеть. Он едва держался на ногах.
— Адриан? — Мира вскочила, откладывая карандаш. — Что случилось? Ты ранен?
Он замер, пошатываясь, и сфокусировал на ней мутный взгляд. В его глазах больше не было прежней дерзости — только какая-то пьяная, надрывная тоска.
— Ты… — он хрипло рассмеялся, делая шаг к ней и чуть не спотыкаясь о ковер. — Ты сидишь здесь, как ангел в этом склепе. Знаешь, Мира, Дамиан — счастливчик. Он всегда забирал лучшие игрушки. Но ты… ты не игрушка. Ты его погибель.
— Тебе нужно лечь, — Мира попыталась подойти, чтобы помочь ему дойти до дивана, но Адриан внезапно схватил её за запястья.
Его хватка была слабее, чем у Дамиана, но в ней было отчаяние.
— Он уничтожит тебя своей любовью, понимаешь? — прошептал он, склоняясь к её лицу. — Он уже выжег всё вокруг. Ты дышишь только тогда, когда он разрешает.
В этот момент за спиной Миры раздался звук, от которого кровь застыла в жилах — тихий, сухой щелчок предохранителя.
Дамиан стоял в дверях. Его пальто было насквозь мокрым от дождя, а лицо напоминало маску посмертного гнева. Он увидел пьяного брата, сжимающего руки Миры, и его собственничество мгновенно превратилось в неконтролируемое безумие.
— Убери. От неё. Руки, — каждое слово Дамиан выплевывал, как пулю.
Адриан медленно отпустил Миру и поднял руки, пьяно ухмыляясь.
— Спокойно, брат. Я просто… сочувствовал твоей собственности.
Дамиан в один прыжок оказался рядом. Он не стал стрелять, но его удар в челюсть Адриана был таким мощным, что тот отлетел на журнальный столик, разбив его в щепки.
— Дамиан, остановись! Он пьян! — вскрикнула Мира, бросаясь между братьями.
Дамиан перехватил её за талию, буквально вжимая в себя, его грудь ходила ходуном. Он смотрел на брата, который пытался подняться с пола, и в этом взгляде была первобытная ревность.
— Если ты еще раз коснешься её, Адриан, я вырву твои руки, — прорычал Дамиан. Он повернул Миру к себе, его глаза лихорадочно осматривали её. — Он сделал тебе больно? Он трогал тебя где-то еще? Отвечай!