От любви до ненависти

В песочнице, конечно, весело, но не на столько, чтобы сидеть там второй час. Элмер покачал меня на качелях, я уже и забыла, как в детстве любила это занятие.
- Ну что, сейчас куда? - спрашиваю я, когда мы уже шли по пешеходному широкому мосту. Тут располагаются разные киоски с букетами цветов, ларьки с мороженым и различные кафе. Много людей сегодня тут. Велосипедисты так и ездят, но места для матерей с детьми еще хватает.
- Ты мне решил посвятить весь день? Ведь уже два часа. Ты никуда не торопишься?
- Теперь я свободен, и да, я решил посвятить тебе весь день. А ты куда-то торопишься?
- Нет, просто становится скучно.
- Сейчас исправим! - он ринулся куда-то, а я так и осталась стоять смотря вниз, в воду.
- Капуша. Ну и где он? - прошло минуты две. Я просто устала ждать.
- Не скучай! Я здесь, - подбегает Элмер, держа в руках два стаканчика с мороженым.
- Мороженое?
- Нет, не мороженое, - отвечает Эл и невозмутимым взглядом смотрит на меня. - Что ты на меня так смотришь? Конечно мороженое!
- Я сразу так и поняла.
- Тебе какое? Левое? Правое? - у меня выбор из двух вкусов: шоколад или клубника?
- Правое.
- Держи, - он протягивает мне клубничный рожок.
- Спасибо.
- Только я его уже облизал, - я чуть не поперхнулась этим самым облизанным мороженым.
- Фу! Элмер! Ты дурак?
- Почему ты так часто об этом спрашиваешь?
- Потому что я надеюсь, что хоть раз ты ответишь серьезно!
- Ну на шоколадное!
- Я не любитель шоколада.
- Господи! Как проблемно с вами...
- Все короче, - быстро облизываю его мороженое. - Теперь мы квиты.
- Вообще-то это была шутка. Ничего я не облизывал. Но теперь уже поздно.
- Ну тогда упс! - со смехом отвечаю.
- Упс? А хотя, да, ты права, это упс! Ну ка! - Эл быстрым движением шеи, головы и языка также как и я обслюнявил мое лакомство.
- Фу, - ну а что еще сказать?
- Ха-ха. Пошли дальше.
- Пошли, - вздохнув, поплелась за ним.
Вообще, сегодня погулять получилось как-то спонтанно. Мы были и в ресторане, и в парке, гуляли по мосту. Разговаривали обо всем. Оказывается, Элмер жил долгое время в Париже. Успел уже попутешествовать. Он был во многих городах, когда был примерно моего возраста. Слушает почти те же группы, что и я. Мы сошлись в общих положительных отзывах о рок-группе "Three Days Grace". Если я расспрашивала моего знакомого о интересах, вкусах и т.д, то Элмер пытался узнать более личную информацию, что, естественно, напрягало меня. Интересно, это Майк его попросил, чтобы тот разузнал о моей личной жизни?
- Мелл? Не висни, - подбадривает меня Эл. Мне никогда не дают пододумать.
- Что?
- О чем задумалась, хоть?
- Что будет с тем придурком, который в клубе ко мне приставал?
- Честно говоря, не знаю. Не думаю, что со здоровьем будет все хорошо. Бутылочкой, конечно, его хорошо приложила, - на мои глаза начали накатывать слезы. Меня посадят. Это ведь преступление - лишить человека жизни. Так, соберись, тряпка!
- Зря.
- Что зря?
- Зря бутылкой ударила.
- Смотря в какую сторону думать, - сказал ухоженный откусывая свое мороженко.
- В смысле?
- Ну, если бы ты его не вырубила, то неизвестно, что было бы со мной. С тобой. А с другой стороны...
- А с другой стороны меня посадят!
- Ну зачем же так?
- А как? Ну сам посуди. Уголовное преследование за тяжкое убийство может быть возбуждено в любое время. Хоть ты и говорил, что твои дружки все там разрулят, но это не всегда может сработать.
- Слушай, успокойся. Все будет хорошо!
- Я спокойна.
- Я вижу. Меньше губы кусай, - иногда, когда я через чур нервничаю или волнуюсь я начинаю раздирать до крови губы. Плохая привычка, знаю.
- Ладно, - мне и в правду страшно. Вид, конечно, подавать не собираюсь. Я сильная. Хотя нет, я чмо. Но я сильная. Сильное чмо.
- Ну и хорошо.
-Слушай, я не хочу, чтобы в газетах потом писали: "Шестнадцати летняя девочка совершила фелонию!". Например, под заголовком: "Возраст убийству не помеха!". Желтая пресса хорошо на этом заработает.
- Все будет хорошо, они надежные ребята. Вы же вчера через главный вход не зашли, то вас никак не зафиксировали. Значит, часть подозрений отпадает, вас попросту не было там.
- Часть?
- Если полиция нападет на наш след, то нужно алиби.
- Не пугай меня.
- Прости. Но это почти невозможно. Так что... Мы в безопасности, - он говорит, а я слабо улыбаюсь. Хочется верить, что все обойдется.
Еще немного и у меня отвалятся ноги. Мы просто ходим. И ходим... И ходим... Разумеется, мы разговариваем, но это никак не заглушает боль и усталость. Спросите, почему бы нам не сесть? Элмеру не усидеть на месте, ему нужно двигаться. А я готова уже сдохнуть. А этот неусидчивый крендель специально прибавляет шаг, тем самым, идя быстрее.
Он мне сейчас рассказывает о Париже. Там очень красиво. Романтично. И это мне говорит двадцати-с чем-то летний мужик.
- Элмер, извини, я отвечу на звонок.
- Конечно. Может, тогда присядем? - слава богу! Думала я от него этого не услышу.
- Ну, давай, - мы сразу подходим к ближайшей скамейке. Я смотрю на телефон. Папа звонит. Я совсем позабыла о времени! Уже вечер. Черт! - Алло?
- Привет, ну как ты? - спрашивает папа.
- Да, все хорошо.
- Ты все еще гуляешь со своей подругой? - папа специально акцентировал последнее слово?
- Ее зовут Элмер. Да, мы с ней гуляем.
- У меня на сегодняшний вечер запланированы дела, так что, я через полтора часа приеду за твоими вещами.
- Хорошо, пап. Я тогда уже иду домой, - кладу трубку. - Элмер, мне нужно домой. Где мы находимся?
- Будет сделано. Сейчас я Бобу наберу и он нас заберет.
Через десять минут к нам примчался тот самый таксист, который помешан на кладбище.
- Ну, куда теперь?
- Домой, - говорю я и таксист сразу вдавил педаль в пол.
- Ну, как погуляли? - спрашивает Боб.
- Да, нормально, - отвечаю я.
- А мне, вот, понравилось. Я уже лет десять так не проводил время.
- Так вот, почему ты не мог нормально спокойно идти, а вечно прыгал вокруг меня.
- Ну да, это тоже причина.
Мы с Бобом нашли общий язык и втроем разговаривали обо всем. О музыке, о искусстве. И у Боба уже есть подружка и они собрались через неделю, когда будет погода более менее, выбраться на природу. Мы с Элом приглашены.
- Я не знаю, Боб, - говорю я. - Если меня отпустят.
- Спрашивать ведь не обязательно.
- Посмотрим. А сколько лет твоей подружке?
- Моей?
- Да.
- Восемнадцать.
- Ясно, - м-да.
А мне и семнадцати нет. Но об этом я промолчу. До дома, кстати, доехали мы минут за двадцать.
- Пока! - прощаюсь я с Бобом и Элмером.
- До встречи! - с улыбкой прокричал Боб, а Элмер помахал мне ручкой в окошко.
С ними весело, может согласиться поехать на природу? А что? Развеюсь.
Дома очень тихо. Как только я зашла, сразу в уши ударила та тишина, царившая в доме. Знаете звук пустоты? Вот именно этот звук. Такое ощущение, как будто оглох. А ведь недавно, буквально пару недель назад все было хорошо.
Я медленно прохожу по дому. Попутно проводя ладошкой по стене, и всем преградам, которые встречаются в доме. Это шкаф, шторы, перила лестницы. Наконец, я дошла до комнаты мамы. Она как будто и не уходила никуда.
- Мам? Я скучаю.
Выхожу из комнаты и закрываю дверь. Я устала. Это весь вывод. Не знаю, что буду делать дальше. Надо что-то решать со школой. Надо что-то решать с... жизнью.
Через пару минут моих размышлений и путешествий по дому, я слышу как у меня в кармане поет мобильник. Отец.
- Да?
- Родная, я буду через двадцать минут. Ты готова?
- Да, - говорю я выдохнув.
- Отлично.
- Да.
- Не скучай, я уже подъезжаю.
- Да.
Разговор получился не очень содержательным.
Как только я отключила весь дом. То есть, свет, воду... Я пошла одеваться, папа уже подъехал.
- Родная, я возьму сумки и пакеты, иди в машину, - сказал папа, а я так и сделала.
Сев в машину, я расположилась на заднем сидении. Сняла обувь и облокотившись спиной о дверь всю дорогу смотрела в окно. Неторопливо по стеклам тарабанил дождь. Ужасная погода. Хотя, сегодня днем, она казалась мне замечательной. Конечно, когда бегаешь босиком под дождем по парку, все кажется прекрасным. Но когда тебя увозят без твоего особого желания в место, куда бы ты не хотела больше возвращаться, то все сразу "скатывается в ноль". Настроение - в ноль. Все, что было нажито за этот прекрасный день - в ноль. Не такой жизни я хотела.