Вскрою суть любви к тебе

— Куда мы сейчас пойдем? — ответил мальчик лет шести идя за ручку с мужчиной.

— Куда твой выбор упадет, туда и пойдем, — с улыбкой произнес он.

— Я что-то устал, — опустил глазки мальчик на свою обувь и глубоко вздохнул. — Ты мне многое показал и накормил меня вкусностями. Домой хочется, — ответил уставший мальчик.

— Хорошо, тогда надвигаемся в сторону машины и поедем с тобой отдыхать, — ребенок сжал улыбчиво руку мужчины.

Солнце уже клонилось к закату, окрашивая небо в мягкие оттенки оранжевого и розового. Город, еще недавно бурлящий жизнью, постепенно затихал, готовясь ко сну. Мужчина и мальчик не спеша шли по тротуару.

— Неужели ты приняла моё сотое предложение подвести тебя домой, — вел за рулем мой коллега Дмитрий.

— Я просто сегодня устала, — потерла свои сонные глаза. — Зачем отказываться. Если ты предложил.

— Спасибо на этом, — пафосно ответил он. Который сотый раз мне уже предлагал подвести до дома. Хоть я и не водитель. Но у меня есть права на вождение. Минус один- нет автомобиля. От трудной задачи сегодняшнего дня. Я даже дороги не вижу.

В машине повисла тишина, нарушаемая лишь тихим гулом кондиционера. За окном мелькали огни вечернего города, расплываясь в неоновые пятна. Я откинулась на спинку сиденья, чувствуя, как напряжение постепенно покидает меня. Работа действительно вымотала. Кажется, еще чуть-чуть, и я просто расплачусь от усталости.

Коллега, кажется, чувствовал моё состояние. Он не пытался завязать разговор, лишь изредка бросал на меня быстрые взгляды. В этих взглядах читалось что-то большее, чем простое сочувствие, но я была слишком уставшей, чтобы разбираться в этом сейчас.

Ничего нельзя загадывать. Как все перевернется по другому сценарию. И этот вечер я провела в компании незнакомого мне парня. Ирония судьбы, не иначе. Утром я строила планы на тихий домашний вечер, с книгой и чашкой травяного чая.

— Сейчас нам осталось перейти дорогу, — держась за руки они ожидали огонек зеленого света.

Визг тормозов заставил меня прикрыть уши и закрыть глаза от резкого торможения. Я медленно открыла глаза, боясь увидеть то, что уже рисовало мое воображение. В этот момент я поняла, насколько хрупка жизнь. Как легко она может оборваться в один миг. Увидела мужчину с мальчиком. Мужчина облокотился руками на капот и в шоковом состоянии, словно не веря в произошедшее, отстранился от автомобиля. Я выбежала из авто, сердце бешено колотилось в груди. И тут же меня оглушил хор ругательств, который столпился вокруг машины. Прохожие, словно коршуны, набрасывались на водителя, выкрикивая проклятия и обвинения.  

Мужчина обнял мальчика. С которым, слава Богу, ничего плохого не произошло. Он испуганно смотрел на отца, его маленькое личико было бледным от пережитого страха. Закрываю с силой дверь и подбегаю к ним, чувствуя, как дрожат ноги. Слышу раздраженный сигнал машин, когда загорелся зеленый свет для водителей, но сейчас это казалось таким неважным и далеким.

— Вы в порядке? С вами все хорошо? - спросила я, стараясь говорить как можно спокойнее, хотя внутри меня бушевала буря эмоций. Мой взгляд скользнул по мальчику, ища признаки травм. Затем я перевела взгляд на мужчину. Он был в состоянии шока, и его глаза были полны ужаса. Что я могла сделать? Как помочь им обоим? Он глубоко вздохнул и потер глаза теряя ориентир. Он ничего не ответил и они отошли с дороги. Я посмотрела на виновника. И расправила руки от жесточайшего негодования.

— Ты, совсем себя на дороге вести не умеешь? — выкрикнула я, видя как объезжали нас машины.

— Я не заметил, — пожал плечами Дима.

— Малейшая ошибка и жизнь, — махнула с сторону мужчины и мальчика. — Могла бы подвергнуться плохому сценарию.

— С ними всё же в порядке, — выкрикнул на меня. Такого я его ещё не видела. Он вообще за дорогой следит? А за словами?

— Да как ты смеешь так говорить?! — взвизгнула я, не веря своим ушам. — Тебе плевать? Да ты хоть понимаешь, что чуть не убил их?! Они могли бы сейчас лежать здесь, на асфальте из-за твоей невнимательности!

Я чувствовала, как во мне закипает ярость. Каждая клеточка моего тела кричала от возмущения. Как можно быть таким беспечным? Как можно не осознавать, что ты несешь ответственность не только за свою жизнь, но и за жизни других людей?

— Посмотри на них! — рявкнула я, указывая на мужчину и мальчика, которые стояли в стороне, все еще в шоке. — Посмотри, что ты натворил! Ты видел их лица? Ты видел, как они испугались? Ты хоть на секунду задумался о том, что они сейчас чувствуют?

Я перевела взгляд на виновника. Его лицо было искажено злостью, но я заметила в его глазах искорку раскаяния. Может быть, он все-таки осознает, что натворил. Может быть, он наконец-то поймет, что его действия имеют последствия.

— Надеюсь, ты запомнишь этот урок на всю жизнь, — сказала я, стараясь говорить как можно спокойнее. — И в следующий раз будешь более внимательным на дороге. Потому что в следующий раз может не повезти. И тогда ты будешь винить себя до конца своих дней.

Я почувствовала необходимость действовать немедленно. Оглянувшись, заметила, что толпа зевак продолжала напирать, их гневные лица выражали лишь осуждение. Это не помогало. Нужно было увезти их отсюда, в безопасное место, где они могли прийти в себя.

— Если нужно мы сейчас вызовем полицию.

— Никто не пострадал. Лишнее время. Не до этого сейчас, — ответил мужчина, которому явно сейчас не хорошо.

— Давайте я сейчас вызову для вас скорую, — настаивала я на своем.

— Лишнее, — отмахнулся он.

— Тогда вам надо вызвать такси. Как только придете в себя. Будем разбираться в этом деле.

— Машина припаркована на другой стороне. Мы не пешие.

— Какая машина? — возмутительно ответила я. Видимо, он устал от моих вопросов. Что даже прикрыл глаза руками. Или этот жест вовсе говорит о потрясении. Я подошла к нему ближе. И нагло взяла его руку, чтобы прочувствовать его пульс. Опережает или вовсе замедляется? Сердце его бешено стучит.

Мужчина, пошатываясь, как можно быстрее хотел отдалиться от меня. Вид у него был потрепанный. Дорогой костюм, в котором он был одет, говорил об обратном. О человеке, который явно следит за собой. Но сейчас он был похож на загнанного зверя. Которого загнали в угол. И он не знает, куда ему бежать.

— У вас пульс зашкаливает. Вам сейчас нужен покой. Слышите? — Мужчина молчал. Лишь смотрел в одну точку. Будто там он видит ответы на все свои вопросы. — Нам не торопясь нужно дойти до вашей машины. Давайте уже перейдем эту зловещую зебру.

Мальчик с мужчиной медленно последовали за мной. На зеленый свет светофора. Я оставила Диму, даже не подозревая его осуждения в мою сторону. Я просто хочу исправить его ошибку перед этими людьми. мы медленно направлялись к дорогому внедорожнику. Мужчина намеревался сесть за руль, как я его остановила.

— Куда?

— За руль, — вообще не обращает какое-либо внимания на мои слова. И в общем на моё присутствие.

— Аварию хотите? Выходите, — указала ему, чтобы он вышел из машины. — Либо позвоните своим родным, чтобы вас забрали, — эти слова его больше расстроили. Не понимала почему он сейчас себя так повел.

— Черт, — стукнул по рулю своей мощной рукой и обратил внимание на мальчика, который уже сидел позади. — Владик, ты как?

— Всё нормально, — тихо ответил мальчик. Этот мужчина показался мне загадочным, разбитым и слабым в этот момент.

— У вас есть аллергия на препараты? — озвучила свой вопрос от непонятки он повел бровью. Он уставился на меня, словно я задала самый глупый вопрос в мире. Его взгляд, до этого отстраненный и мутный, вдруг стал пристальным, изучающим. Я видела, как в глубине его глаз мелькнула искра – то ли раздражения, то ли удивления.

– С чего такой вопрос? – наконец произнес он, его голос был хриплым и немного резким.

– Просто спрашиваю, – ответила я, стараясь сохранить спокойствие. – Вы явно не в лучшем состоянии, и прежде чем что-то предпринимать, я должна убедиться, что не наврежу.

Он снова посмотрел на Владика, который, казалось, совсем съежился на заднем сиденье. В его глазах промелькнула тень беспокойства.

– Нет, – сказал он, отводя взгляд. – Никакой аллергии.

В его словах чувствовалась такая тоска, такая безысходность, что я не могла не поверить ему. Я видела, как он борется с чем-то внутри себя, с какой-то болью, которая грызет его изнутри. И в этот момент он перестал быть загадочным и стал просто человеком – сломленным, потерянным и нуждающимся в помощи.