Глава 20.
Проснулась девушка дома, голова болела, хотя выпила она не так уж и много. Ей потребовалось несколько минут, чтобы вспомнить всё, что вчера происходило. Щёки сразу же стали пунцовыми от воспоминаний о поцелуе с Кисловым.
Встав с кровати, девушка взяла в руки телефон. Пол пятого. Ни одного сообщения. Положив телефон, дева пошла приводить себя в порядок.
За час она собралась, осталось только высушить волосы и она могла идти на базу.
***
— Правильно отец говорит, с торчками дела не надо иметь, – произнёс Хенк.
— Вот это заява, Хенк. У тебя получается из друзей только Мел и училка твоя, да, – произнесла Ксюша, войдя в гараж.
— Че тебе ещё твой отец говорит? С ментами дела надо иметь, да? Они, сука надёжные, они друг за друга стеной, да?! – на взводе произнёс Кислов. — Если надо кокса кому подкинут, если надо в камере отмудохают!
— Они хотя бы доверить что-то друг другу могут! А я бы тебе после этого точно ничего не доверил! – произнёс Боря. — Нахер из клуба!
— Че? – переспросил Кислов.
— Че блять вообще произошло? – спрашивает девушка, поджигая сигарету.
— Этот торч вчера накидался так, что даже ничего не помнит. И рассказал толстому про дуэли, хочет помочь ему отомстить! – произнёс злой Хенкин.
После слов о том, что он ничего не помнит, на душе образовался камень. Значит их поцелуй для них ничего не значит. Переведя взгляд на Кислова, в его глазах горел огонь. Он готов был разорвать Хенкина прямо сейчас.
— Кис, ты же помнишь, что у нас человек под водой? И это на мне, – произнёс Киса.
— Да я же сука сказал, что я про это никому ни слова! – начал агрессировать Кислов, вскочив с дивана.
— А мне кажется с жирными всегда такая тема проходит! Вот прикиньте, их всю жизнь жопят, а потом как только у них шарики за ролики происходят, они сразу в носорогов превращаются, при чём сразу им на всё похер, – произнёс Гена, встав из-за барабанов.
— Ну давайте я поговорю с толстым если вам так не хочется дуэль проводить, – произнесла девушка откинув голову на спинку дивана.
— Да ты хоть знаешь сука, сколько он нам бабла загрузил? Ах да блять, забыла, ты же у нас богатенькая, тебе от этих денег не горячо не холодно! А нам эти двести кусков на четверых поделить, нихуёвые деньги! – кричал Кислов, тяжело дыша. — Да и хуй ты че с ним поговоришь. Ты нихуя не можешь блять ни с кем договариваться, – продолжал Ваня. — Ты за себя то постоять не можешь, твою жопу вечно спасать надо, а тут с кем-то поговорить, – закончил наконец-то Кислов, а после начал тяжело дышать.
В гараже повисла тишина. Все смотрели то на Кису, то на Ксюшу. В глазах Ксюши в момент всё перестало сиять. Слёзы начали наворачиваться на глазах. Сердце будто пропустило удары. Она не хотела слышать от него эти слова. Хоть и понимала, что он говорил это под агрессию, обида брала своё. Она встала, поправила юбку, взяла сумку и направилась к выходу.
— Я не всю жизнь была богатой, Кислов. И ты об этом знал. Заебла меня твоя игра в горячо холодно, Кис,– произнесла Ксюша, а после вышла из гаража, пока по её щекам текли слёзы.
***
— Бляять, Ваня, ты такой тупой... – произнёс Гена.
— Да какая к хуям разница! Мне всё равно с ней ничего не светит. Я ей даже не нравлюсь! – прокричал Ваня, усевшись на диван. Он закрыл лицо руками.
— Не нравишься? – произнёс Мел, доставая телефон из кармана джинс. Найдя нужное фото он показал его парню. На фотографии парень сначала лежал на плече у девушки, а на втором видео, где он её целует и она даже не сопротивляется.
— Это когда? – с удивлением спросил парень.
— Вчера. Её начал лапать Локон, и ты напиздярил ему. А потом, когда она тебя остановила, ты поцеловал её, – произнёс Мел.
— Почему вы, сука, раньше мне ничего не сказали?! – произнёс Киса, надевая куртку.
— Да кто знал, что ты такой идиот, – произнёс Хенк, смотря на Кислова, который в попехах надевает куртку.
— Давай беги, добивайся свою принцессу, – произнёс Гена, когда Ваня выбежал из гаража.