Глава 13
POV Кисе
Весь день я нервничал и не мог полностью сосредоточиться на работе, так как мне не давало покое сообщение Аомине-чи. Что ему вдруг понадобилось? Что он хочет? Я совсем не хотел встречаться с ним. Противно и больно. - Ах, чёрт, - выругался про себя Тайга, в очередной раз, пытаясь сделать удачный снимок. – Кисе, не мог бы ты смотреть в объектив? – Хмуро оглядев меня, произносит он. - Кагами-чи, прости, - виновато смотрю ему в глаза. – Я устал, может, передохнём? - Передохнём? – Выпучил глаза он. – Ты серьёзно? – Усмехается и разводит руками. – Да мы только начали!
- Кагами-чи, пожалуйста, - подбегаю к нему и обнимаю его. – Пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста, - повторяю до тех пор, пока он не сдается. Вздыхает, чуть отстраняет меня от себя и произносит: - Ладно, ладно. Хорошо. Перерыв полчаса, - благодарно улыбаюсь. – Не больше, - предупредил меня он. - Спасибо, Кагами-чи, - кивает мне и уходит в зону отдыха. Сидя в кафе, напротив, за чашкой крепкого кофе, я всё думал о том, что меня ждёт. Ведь я вновь увижу того, кого любил всем сердцем, того, кто умело мной пользовался. Может, не идти сегодня домой? Глупо. Не сегодня, так завтра и в любой другой день мы встретимся, если ему это нужно. Нет, не пойду. Я не готов к этой встречи. Пусть это будет завтра, но не сегодня. Приняв решение, я уже собирался встать из-за стола, как тяжелая рука опустилась мне на плечо, не давая мне подняться. - Йо, Кисе, - я забыл, как дышать, а все мысли вмиг улетучились, когда напротив меня сел Дайки. Я долго смотрел него, затаив дыхание, а он лениво откинулся на стуле и подозвал официантку, которой заказал гамбургер и колу. Он совсем не изменился, у него всё те же вкусы. - Давно не виделись, да? – Поднимает на меня взгляд. Если несколько минут раннее, я не мог ничего сказать и забыл, как дышать, то сейчас я опомнился и сразу же затараторил: - Аомине-чи, - нервно усмехаюсь. – Какой неожиданный сюрприз! – Воскликнул я, хохотнув. - Я знал, что ты не придешь домой. Слишком ты труслив, - насмешка на его губах спровоцировала неприятные, мелкие мурашки. Официантка принесла заказ Дайки и, поклонившись, ушла. Для меня не было удивительным, когда он взялся сразу за гамбургер и только потом начал говорить, запивая колой: - А ты изменился. Похорошел, повзрослел, - ухмыляется, придвигается и манит меня пальцем, поддаюсь вперед, как он прошептал мне на ухо. – Говорят, даже метка есть. Что? Нет! Как он мог узнать об этом? Об этом даже никто не знает! - Значит, я не ошибся, - откидывается обратно. - Что это значит? – Растерянно произношу. - То и значит. - Не понимаю, - заметно начинаю нервничать, пальцами теребя края рубашки. – Зачем ты здесь? Что тебе нужно? - Ты. Как жаль, что ты не понял этого раньше, Аомине-чи. Тогда бы я всё тебе простил, всё забыл, и мы были бы счастливы вместе. Но, сейчас всё иначе. Дважды наступать на одни и те же грабли, я не стану. Даже если ты изобьёшь меня за углом какого-нибудь здания, я всё равно не изменю своего решения. Я хотел начать жизнь с чистого листа, вот и буду так жить. Не возвращаясь к прошлому, которое навевает тоску. - Аомине-чи, - вздыхаю. – Я не нужен тебе. Тебе нужны мои деньги, которых ты не получишь. - Кисе! – Зло прикрикивает и не обращает внимания на удивленные лица окружающих, что с интересом и испугом смотрели в нашу сторону. – Как ты можешь отказать мне? - Я не собираюсь опять упасть в грязь лицом, Аомине-чи. Я уже не тот, - поднимаюсь из-за стола, оплачиваю свой и его заказ, собираюсь уйти, как меня хватают за запястье. Поворачиваюсь и встречаюсь с сапфировыми глазами, сжимает сильнее, когда я попытался выдернуть свою руку. - Мне больно, пусти, - прошипел от боли я. - Вернешься ко мне? - Я уже ответил тебе на этот вопрос, - он сжал сильнее, и я вскрикнул. - Эй! Ты! – Раздался грозный голос, на который я обернулся и тут же счастливо улыбнулся. – Отпусти его. Тайга зашагал в нашу сторону и тут же оттолкнул Аомине в сторону, который не ожидал такого, упал, завалив наш столик. - Кагами-чи, - удивляюсь его поведению. - Ты в порядке? - Да, - киваю. Дайки поднимается, издает смешок и зло смотрит в нашу сторону, насмешливо произнеся: - Это твой новый дружок, Кисе? Мне противно и гадко от того, что он говорит и что делает. От одного его вида мне уже становится дурно. Хоть у меня ещё остались к нему чувства, я не собираюсь поддаваться этому. - Завали! – Прикрикнул Тайга. Неизвестно, чем бы это всё закончилось, если бы нас не выгнали, и я вовремя не среагировал бы, уводя Тайгу в студию, начиная нудить о том, что я отдохнул и готов приступить к работе, обещая ему отличные снимки. Совсем скоро, я не буду один. Очень скоро, я заберу своего сына, и мы будем счастливы. Именно эта мысль заставляла меня улыбаться и идти вперёд, не боясь ничего. По окончанию рабочего дня, пошел дождь. Зонта у меня с собой не было, а Тайга находился ещё в студии, обрабатывая мои фотографии. Поразмыслив, я всё же решил рискнуть и добраться домой без зонта. Вдохнув побольше воздуха и шумно выдохнув, я ринулся вперёд, получая прохладный, природный душ. Пробежав пару остановок, я врезался в кого-то, и чуть было не упал, как меня схватили за руку и потянули на себя, от чего я прижался холодной, мокрой одеждой, телом к незнакомцу. - Каких только людей свет носит, ты только посмотри, - пробормотал незнакомец, от которого я чуть отстранился, чтобы взглянуть на него. Янтарные глаза, серебристые волосы. Жёлтая футболка и тёмные джинсы были на незнакомце, которой хмуро смотрел на меня, держа над нами зонт. - Простите, я не хотел, - наконец-то произнёс я. - Не хотел? – Изгибает бровь. – Как тебя зовут? - Кисе Рёта, - на автомате выпалил я, глядя ему в глаза. – А тебя? - Сай, - хмыкнул он. – Теперь, когда мы познакомились, я провожу тебя до дома. Идёт? Если бы не было дождя, я бы, конечно же, отказался. Да и сейчас я бы отказался от его предложения, но я согласился на это. Мы ведь теперь знакомы, значит, это не будет выглядеть странно. - Хорошо. С меня чай, - улыбаюсь самой обворожительной улыбкой, на которую я только способен, беру его под руку и веду в сторону дома.
POV Тецуя
Пока малыш спал, у меня появилась возможность проводить любимого на работу. Стоя у дверей, я поправлял и так идеально повязанный, чёрный галстук. - Тецуя, - берет в ладони моё лицо. - Сейджуро, я желаю тебе хорошего рабочего дня, - крепко обнимаю возлюбленного, не желая отпускать. - Я так точно никуда не пойду, - шутливо произносит он. - Скоро Каё проснётся, - вздыхаю. – Надо бы кашу ему приготовить. - Иди, Тецуя, - шлепает меня, от чего я вздрагиваю и отпускаю супруга, который поцеловал меня в лоб, перед тем, как уйти. Вздыхаю, когда входная дверь за ним закрывается. Я очень устал, хочу спать. Мне иногда бывает невыносимо от того, что я один на один с малышом. Это тяжело не только физически, но и морально. Только всё это забывается, когда на детском личике появляется радужная улыбка, которая греет сердце. До конца принять его я, конечно, не мог, но дарить ему заботу, ласку, внимание я мог. Сейджуро был доволен мной, большего и не нужно.
******
В семь с половиной месяца, у него вылез зуб. Я узнал об этом, когда кормил его детским творожком и стукнул чайной ложкой по вылезшему зубу. Сообщив эту новость супругу, он принёс много игрушек, которым Каё был безмерно рад. В год он сделал первые шаги, когда пришёл с работы Сейджуро. Я сидел в гостиной за книгой, пока Каё игрался с игрушками, как только хлопнула входная дверь, послышался родной голос, малыш тут же оперся ручками о диван, оттолкнулся от пола, вставая на ножки, и сделал первые шаги навстречу ошарашенному, но очень счастливому отцу, который посвятил весь вечер маленькому капризуле. Его первое слово было в два с половиной года. Когда мы все находились на кухне. Каё сидел у Сей-куна на руках, разглядывая столовые приборы и меня. Возлюбленный делился новостями, я внимательно слушал и не спеша пил, чай, как маленькие ручки потянулись к чашке Сейджуро, со словами: «Моё» Потрясенный взгляд гетерохромных глаз был направлен на малыша, что упорно тянулся к чашке. Его первое слово четко и ясно дало мне понять, что ребёнок будет целеустремленным, и всегда будет добиваться и иметь всё то, что он захочет.
2 года спустя.
Алые, словно кровь волосы, карие, медовые глаза в обрамлении чёрных, длинных ресниц, слегка пухлые, розоватые губы, на которых сейчас играла улыбка. Одет мальчишка был в клетчатую, красно-чёрную рубашку с закатанными рукавами, джинсовые, удлиненные шорты и чёрные кеды.
Я был в светлых джинсах и голубой рубашке с белой вышивкой на ней, белые мокасины. - Каё, смотри под ноги, - попросил я его в который раз, когда он споткнулся. - Я смотрю, - насупился он. - Ты так хочешь к дедушке, Каё? – Изгибаю бровь, бросая взгляд на испуганное лицо ребёнка. - Нет, - дергает меня за руку, привлекая ещё больше внимания к себе. – Не хочу. У нас с Каё общее. Мы недолюбливаем Масаоми. Не знаю, по какой причине он не любит дедушку, ведь каждый раз он приносит внуку безумно дорогие подарки, уделял ему всегда внимание, рассказывал интересные истории. Единственно, что он не пытался скрыть от него, так это ненависть ко мне. Возможно ли, что Каё не любит его только поэтому? Зайдя в магазин, я купил фруктовое мороженое маленькому Акаши, после чего мы устроились в парке, на лавочке. Множество ребят бегали по всему парку, весело крича и смеясь, играя в разнообразные игры, родители наблюдали за ними, иногда делая замечания. Смотрю на Каё, который смотрел на это всё с улыбкой и детским восторгом, поедая мороженое. - Иди, поиграй, - улыбаюсь ему и касаюсь ладонью алых волос. - Ты же останешься один, - улыбка исчезла. – Тебе будет грустно. Удивленно смотрю на него, затаив дыхание. Не знаю, что и сказать. Я растерян. Кладет свою маленькую ладошку поверх моей руки, произнеся: - Папа, не грусти. Я тебя не брошу. - Каё, - слабо улыбаюсь, наклоняюсь и целую его в лоб. – Мне не будет грустно, - беру его маленькие ручки в свои руки. – Ведь я буду смотреть на тебя. Улыбается мне, и я улыбаюсь ему в ответ. Поворачивает голову и замирает, проследив за его взглядом, натыкаюсь на маленькую, как Каё девочку. На ней было розовое платье, розовые туфельки. Два заплетённых высоких хвостика, косая чёлка, счастливая улыбка и девичий, нежный, звонкий смех. Каё восхищенно наблюдал за ней, пока она не скрылась из виду, затем он повернулся ко мне и с блеском в глазах выдал: - Папа! Она такая красивая, - улыбался он. – Я хочу сестру, папа. В сердце закололо, а на глаза наворачивались слёзы. - Я бы защищал её, - мечтательно произнёс он. Каё ребёнок и он ничего не понимает, нет. Он и не должен понимать. Не могу же я сказать ему, что он мне не родной? Не могу же я сказать маленькому мальчику, что не могу родить? - Каё, - начал я. - Каё?! – Воскликнул голос, который я слышал когда-то, но не могу узнать его. Поднимаю глаза на человека в яркой, стильной одежде и замираю, натыкаясь на такие же глаза, как и у сына. Глаза расширяются, внутри всё холодеет и обрывается, когда блондин садится на корточки, улыбается и протягивает руку маленькому Акаши: - Привет, я Рёта, - представился блондин. - Акаши Каё, - представился сын, как и учил его Сейджуро с Масаоми. Малыш тянет свою маленькую ручку для рукопожатия, как я резко перехватил его ладошку и сжал её в своей ладони. - Как резко, - подметил Кисе, поднимаясь на ноги. – Имеешь ли ты право запретить мне видеться с собственным сыном? - Вы обознались, - резко бросаю я, поднимая на руки малыша, иду в противоположную сторону от блондина. Поверить не могу, он здесь. Он вернулся для того, чтобы забрать Каё? Нет. Не может быть. У нас договор. Мы заплатили, у него нет права на это. - Ты не можешь запретить мне встречаться с ним. – Крикнул он нам вслед. - Папа, что он такое говорит? – Залепетал малыш. - Этот человек наверняка обознался, Каё, - прижимая его крепче к себе, произношу, сворачивая к нашему дому. - Хорошо, - прижимается, прикрывает глаза. – Ты ведь подаришь мне сестру, папа? Стискиваю зубы, сдерживаю рвущиеся слезы, которых не должен видеть Каё. Я так мечтал о ребёнке, так мечтал. И он есть у меня, пусть и не родной мне, но родной Сейджуро. Большая часть меня любит этого маленького мальчика, что так доверчиво жмется ко мне, что так ласково зовёт меня папой. Разве я могу отпустить его? Разве могу потерять? Нет. Это недопустимо. Просьба о сестре запомнится мне надолго, ведь это единственная просьба, которую я не смогу выполнить. Прости меня, Каё.