32
Мадонна сидела в кресле, закутавшись в плед, и медленно ела сладости, которые привёз Олег.
На языке растаял первый кусочек, и ей вдруг захотелось улыбнуться.
— Боже, это так вкусно… — простонала она, закрывая глаза от удовольствия.
Олег усмехнулся, прислонившись к стене.
— Ты ведёшь себя так, будто никогда не ела сладкое.
— Да потому что это лучшее, что случилось со мной за день! — она указала на коробку, потом вздохнула и покачала головой.
— Я сегодня столько всего взломала, ты бы видел.
— Видел.
— А ещё Влад умудрился меня разозлить.
Олег хмыкнул.
— Неудивительно.
— Нет, но ты бы слышал, какую он хрень нёс! "Мадонна, ты беременная, тебе надо отдыхать", "Мадонна, не сиди за компом так долго", "Мадонна, тебе нельзя пить кофе". Да кто он вообще такой?!
Олег просто наблюдал за ней, как она эмоционально размахивает руками, пережёвывая очередной кусочек десерта.
— Потом мне позвонил врач, напомнить про приём. Как будто я могу забыть! Хотя… ладно, могу.
Она откусила ещё немного, помолчала секунду, потом резко вздохнула и с улыбкой посмотрела на Олега.
— О, и самое смешное! Девчонки из нашей команды устроили драку из-за какого-то парня. Прямо в коридоре.
Олег поднял брови.
— Ты вмешалась?
Мадонна отмахнулась.
— Нет, просто смотрела. Было весело.
Олег покачал головой, но на губах мелькнула лёгкая усмешка.
Она говорила без остановки, перепрыгивая с одной темы на другую, то возмущаясь, то смеясь, то снова раздражаясь.
И Олег просто слушал.
Потому что даже в её эмоциональных всплесках она была для него самой дорогой.
Олег сидел напротив, расслабленно откинувшись на спинку кресла, и молча наблюдал за ней.
Она говорила быстро, эмоционально, размахивая руками, хмурясь, смеясь.
В её зелёных глазах мелькали искры, губы чуть блестели от сиропа сладости, а щеки горели от возбуждения разговора.
Он любил её такой.
Безумно, вспыльчиво-яркой, живой.
Каждое её движение, каждая эмоция – всё было пропитано жизнью.
Он поймал себя на том, что просто смотрит на неё, не отрываясь.
— Олег, ты вообще меня слушаешь? – она резко замолчала, подозрительно сощурив глаза.
Он чуть усмехнулся, не отводя взгляда.
— Слушаю.
Мадонна покачала головой, но улыбнулась.
— Ну и что я сейчас сказала?
— Что Влад бесит, драки в коридоре смешные, а врач задрал напоминаниями.
Она фыркнула, снова откусив кусочек десерта.
— Ладно, сдал тест.
Он продолжал смотреть, изучая каждую черту её лица.
Ранки на коже от прошлых сражений, припухшие от беременности губы, капелька сиропа на уголке рта…
Она заметила его взгляд, вопросительно приподняв бровь.
— Чего?
Олег не ответил, просто протянул руку и стер пальцем каплю сиропа с её губ.
Она моргнула, затаив дыхание.
И вдруг краснеет, быстро отводя взгляд.
Олег усмехнулся.
Такая сильная, взрывная, дерзкая. И всё равно иногда смущается.
— Жри дальше. – спокойно сказал он, но в его голосе звучало что-то тёплое.
Мадонна фыркнула, но продолжила есть, будто ничего не произошло.
Но лёгкая улыбка всё же осталась на её губах.
Олег поднял бровь, наблюдая за тем, как Мадонна быстро отводит взгляд.
— С каких пор ты начала смущаться?
Она пожала плечами, кусая губу.
— Не знаю… наверное, из-за беременности.
Она сама удивилась тому, что сказала.
Раньше она не краснела, не смущалась, не отворачивалась.
Но теперь чувствовала себя странно.
Мадонна осторожно подняла глаза на Олега, ожидая какой-нибудь колкости в ответ.
Но он лишь смотрел на неё.
Не насмешливо, не с издёвкой.
А так, как будто видел её насквозь.
Как будто видел в ней не только свою взрывную, дерзкую жену, но и ту, которая сейчас была уязвима.
Он медленно качнул головой, усмехнувшись уголками губ.
— Слабая стала.
Она хотела огрызнуться, но… в его голосе не было презрения.
Только нежность, спрятанная под привычной грубостью.
И это почему-то снова заставило её сердце сжаться.
— Я не слабая, иди ты. – она фыркнула, делая вид, что возвращается к своим сладостям.
Но Олег всё равно продолжал на неё смотреть.
И теперь уже она чувствовала, как щеки начинают гореть ещё сильнее.
Мадонна задумчиво крутила в пальцах ложку, глядя куда-то в сторону.
Потом резко повернулась к Олегу, смотря прямо в его серые глаза.
— Ты бы хотел сына или дочь?
Олег даже не задумался.
— Дочь.
Она моргнула, явно удивившись такому быстрому ответу.
— Почему?
Он пожал плечами, потянувшись за сигаретой, но, вспомнив, что она беременна, так и не закурил.
— Сын – это копия отца. – он усмехнулся, качая головой. – А я не хочу, чтобы он был таким, как я.
Мадонна пристально на него посмотрела, потом тихо сказала:
— Но ведь дочь тоже может быть похожа на тебя.
Олег вздохнул, откинувшись на спинку кресла.
— Я надеюсь, она будет похожа на тебя.
Мадонна чувствовала, как что-то теплое разворачивается внутри.
Гормоны или не гормоны, но её вдруг захлестнуло такое сильное чувство любви к этому грубому, вспыльчивому, но всё же заботливому мужчине.
Она медленно улыбнулась, опустив взгляд.
— Тогда надеюсь, что она унаследует твои глаза.
Олег ничего не ответил, но в его взгляде мелькнуло что-то мягкое.
Мадонна стояла перед зеркалом в своём кабинете, пристально рассматривая себя.
Раньше её фигура была миниатюрной, подтянутой, но теперь…
60 килограммов.
Чёрт.
Всего четвёртый месяц, а она уже заметно округлилась.
Животик выделялся под свободной футболкой, бёдра стали шире, грудь заметно увеличилась.
Она взяла платье, которое заранее купила для того самого дня, когда они узнают пол ребёнка.
Аккуратное, облегающее, светлого оттенка…
Но теперь она боялась, что не влезет в него.
— Твою мать… – пробормотала она, прикладывая ткань к себе.
Дверь в кабинет открылась, и зашёл Олег.
Он остановился в дверях, оглядывая её с ног до головы.
— Что ты делаешь?
Мадонна сердито вздохнула, отбрасывая платье в сторону.
— Набираю сраный вес, вот что.
Олег медленно подошёл ближе, хмурясь.
— И что?
— Как это "и что"? – она раздражённо посмотрела на него. – Я не влезу в своё платье!
Он на секунду промолчал, потом коротко усмехнулся.
— Так купишь другое.
Мадонна расширила глаза.
— Ты вообще не понимаешь! Я же хотела именно это!
Олег покачал головой, скрестив руки на груди.
— Ты думаешь о какой-то тряпке, вместо того, чтобы радоваться, что наш ребёнок растёт?
Она нахмурилась, но потом вдруг смягчилась.
Да, гормоны скачут, да, она волнуется…
Но он был прав.
Она опустила голову, выдохнув.
Олег протянул руку, провёл пальцами по её щеке, заставляя посмотреть на себя.
— Ты красивая. Всегда. Даже если будешь весить 100.
Она смотрела на него, растерянная, но довольная.
— Ты просто не хочешь, чтобы я нытила.
— Тоже верно.
Мадонна фыркнула, но всё же улыбнулась.
Мадонна лежала на кровати, перебирая в голове новые желания.
С каждым днём её капризы становились всё сложнее.
То она захотела определённые фрукты среди ночи, и Олег отправил людей за ними.
То ей вдруг взбрело в голову, что она хочет, чтобы перед её кабинетом стояла живая охрана только из женщин – и Олег это устроил.
То ей срочно нужно было именно то мороженое, которое продавали только в одном месте на другом конце Москвы – и, конечно, оно появилось в её руках.
Даже в постели она теперь полностью руководила процессом.
Если раньше Олег всегда доминировал, всегда контролировал ситуацию, то теперь…
— Не так. – она нахмурилась, лежа под ним. – Делай медленнее.
Олег сильно сжал её бёдра, скрипя зубами.
— Я не привык слушаться.
Она с вызовом посмотрела на него, усмехнувшись.
— Привыкай.
Чёрт.
Олег не привык к такому повороту событий.
Но по какой-то причине он позволял ей всё.
Позволял управлять, требовать, командовать.
Потому что она носила его ребёнка.
Потому что он всё равно готов был выполнить любое её желание.