Глава 56
Олег сидел в тёмной комнате, только утренний свет пробивался сквозь плотные шторы. Он ждал. Внутри всё кипело, но снаружи он был спокоен, как затишье перед бурей.
Телефон завибрировал на столе. Сообщение. От неизвестного номера.
Олег медленно взял телефон, открыл сообщение. Короткое видео. Он нажал на плэй.
Экран осветился, и он увидел её.
Анна сидела на стуле. Её лицо было бледным, губы чуть дрожали, но она держалась. Как же чёртов Михаил сломал её до этого состояния?
В кадр вошёл он. Уверенный, самодовольный. Словно палач, знающий, что приговор уже вынесен.
— Говори, — раздался его голос.
Олег почувствовал, как сжимаются кулаки.
Анна посмотрела прямо в камеру, в его глаза.
— Меня зовут Анна, — тихо сказала она, — и я...
Она запнулась. Олег видел, как Михаил положил руку на её талию, сжал её бок. Он хотел его убить. Просто вырвать сердце из груди.
— Я принадлежу Михаилу, — её голос был еле слышен, но он прорезал его сознание, как лезвие ножа.
Он почувствовал, как что-то внутри него надломилось.
Но самое страшное было впереди.
Михаила повернул голову к уху Анны, со стороны это выглядело так, будто он её нежно поцеловал. Но Олег видел, что этот ублюдок что то ей сказал.
Анна зажмурилась. На секунду ему показалось, что она сейчас разрыдается, что она не сможет.
— Олег... — её голос сорвался. Она взяла себя в руки, а затем сказала:
— Для меня никто.
Видео закончилось.
Олег смотрел на потухший экран.
Голова откинулась назад, он закрыл глаза. Внутри было пусто.
Но только на секунду.
Потом пришла ярость. Она заполняла его, как огонь, сжигая последние остатки сомнений.
Михаил хотел его сломать? Заставить страдать?
Глупец.
Олег поднялся на ноги.
Ночь. Ночь не так далека как кажется.
Скоро. Скоро он явится за Анной.
И тогда Михаил поймёт, какую ошибку совершил.
***
Анна сидела на краю кровати, её взгляд был пустым. Глаза устали от слёз, тело ломило от голода и усталости. Её душа была изранена, но сломалась ли она? Нет. Где-то в глубине себя она всё ещё держалась.
Дверь открылась, и в комнату вошла женщина средних лет, сдержанная, с холодными, равнодушными глазами. Это была горничная Михаила.
— Вставайте, — ровным голосом сказала она. — Пора привести вас в порядок.
Анна не шелохнулась.
— Это приказ.
Горничная подошла ближе, взяла её за руку и заставила подняться. Анна послушно встала, но внутри всё протестовало.
Её привели в просторную ванную, где уже была приготовлена горячая вода. Пахло лавандой и чем-то сладким.
— Принимайте ванну. Вам нужна свежесть, — женщина посмотрела на неё внимательно, а затем вышла, оставив Анну наедине с тишиной.
Анна медленно разделась и погрузилась в воду. Она заметила на своем красном запястье браслет, "Для самой сильной и доброй сестры". Глаза её наполнились слезы. Она винила себя за то что из за неё Артём попал под власть Михаила.
Она не знала, сколько времени прошло, пока снова не открылась дверь.
— Вставайте, пора.
Её завернули в мягкое полотенце, вытерли, расчёсывая волосы, словно она была фарфоровой куклой.
Затем её одели.
Платье было элегантным, чёрным, подчёркивающим изгибы её тела. Не вульгарное, но соблазнительное. Михаил знал, чего хочет.
На ноги надели изящные туфли. На запястье защёлкнули тонкий браслет.
Когда её привели в гостиную, Михаил уже сидел за завтраком, с чашкой кофе в руке.
Когда он увидел её, губы расползлись в самодовольной улыбке.
— Вот теперь ты выглядишь достойно, овечка, — он осмотрел её с головы до ног, в его глазах промелькнуло явное желание.
Анна сжала кулаки.
— Садись, позавтракаем.
Она не двинулась с места.
Михаил усмехнулся, поднялся с места, подошёл к ней, взял за запястье и подтянул ближе.
— Ты ведь не хочешь, чтобы я привёл сюда твоего брата прямо сейчас, верно?
Она стиснула зубы.
— Умница, — он провёл пальцем по её щеке, заставляя поднять на него глаза. — Садись.
Анна подчинилась.
Михаил сел напротив, наблюдая за ней.
Она взяла вилку, медленно отломила кусочек круассана.
Как же он жаждал её.
Каждое её движение, каждый вдох, каждый взгляд.
Он хотел, чтобы она стала его. Полностью.
Михаил не сводил с неё глаз, наблюдая, как она осторожно подносит кусочек круассана ко рту. Он видел, как её пальцы слегка дрожат. Она не хотела есть. Её губы чуть дрогнули, когда она наконец откусила маленький кусочек, явно через силу.
— Ты должна питаться, Анна, — произнёс он, отпивая кофе. — Не хочу, чтобы ты сломалась так быстро.
Анна ничего не ответила.
Он снова усмехнулся, откинувшись на спинку стула, и окинул её долгим, пристальным взглядом. Её хрупкость, её несгибаемый характер, её огонь внутри — всё это сводило его с ума.
— Хочешь знать, как там твой брат? — он наклонил голову, изучая её реакцию.
Её пальцы сжались на вилке, но она не подняла взгляда.
— Он молодец, знаешь? Такой послушный. Делает всё, что я скажу. Удивительно, как быстро он понял правила игры.
Анна медленно подняла глаза, в которых пылала ненависть.
— Ты чудовище, — прошептала она.
Михаил усмехнулся.
— Возможно. Но я — тот, кто держит тебя и его в своих руках.
Он медленно поднялся, обошёл стол и приблизился к ней, склонившись над ней, так что она почувствовала его дыхание на своей коже.
— А теперь съешь ещё один кусочек. Иначе я заставлю твоего брата завтракать вместо тебя. И ему явно будет тяжело... с тем, что я ему предложу.
Анна почувствовала, как к горлу подкатывает тошнота.
Её пальцы дрожали, когда она снова подняла вилку, поднося ко рту кусочек круассана.
Михаил улыбнулся.
— Вот так, моя хорошая. Учишься.