Глава пятидесятая
Лёша соврал.
Снова.
А я стояла и смотрела на это, так и не раскрыв рта.
Проснувшись, Яковлев придумал историю о том, как решил сходить в бар после съёмки, дабы выпить только один бокал пива, но увлёкся. А влюбленная Лиза в это поверила, радостно слушая легенду, которая никак не портила доброе имя танцора.
Честное слово, в этот момент мне хотелось содрать с себя кожу и сгореть заживо, дабы не слышать это. Но самое ужасное было только впереди.
Десять утра.
Гостиная, в нашем с Егором номере
- Малявка, ты чего такая сонная? – поинтересовался Виталик, стоило мне появится в помещении.
Вид у меня и правда был очень помятый. Даже косметика не смогла это скрыть, что ещё больше раздражало. Уснуть у меня не получилось, из-за чего я была готова убить кого-нибудь. Лёша спокойно сидел в кресле, держа на коленях Лаврентьеву, и что-то тихо рассказывал бедной девушке, из-за чего мне так и хотелось повторить вчерашнюю пощёчину.
Баскетболисты предложили провести день за просмотром сериала, название которого я даже не расслышала. Поэтому, вскоре, на журнальном столике появилось множество вредных закусок и напитков, а парни громко комментировали каждый эпизод, не забывая дурачиться.
Ещё месяц назад я и мечтать не могла о таком времяпровождении, ужасно похожее на сцены из подростковых фильмов. Лучшие друзья, еда и приколы – что может быть круче? Но почему тогда мне хочется убежать отсюда и спрятаться в каком-нибудь тихом уголке, дабы меня никто не нашёл?
- Егор, дай, пожалуйста, сок, - вежливо попросила я друга. Лаврентьев быстро протянул мне высокий стакан с ярким напитком, не отрывая взгляда от экрана телевизора. – Спасибо.
Прошёл час, наполненный смехом, обсуждением серий и убивающими взглядами, между мной и Лёшей. Яковлев хотел что-то сказать, но не решался сделать это при всех. А кто бы знал, как сильно мне хотелось его ударить…
Мои размышления прервал громкий стук в дверь, сопровождаемый женскими криками. Порываюсь вскочить первой, но меня обгоняет Лиза, сидящая ближе к выходу. С ужасом наблюдаю за тем, как открывается дверь и за ней, словно в замедленной съёмке, появляется ярко-зелёная шевелюра.
Боже, все мои опасения подтвердились.
На пороге стояла запыхавшаяся Рита. Вид у неё был ещё хуже моего, но она, хотя бы, смогла аккуратно наложить макияж.
- Вы что-то хотели? – вежливо спросила улыбающаяся Лаврентьева, не понимая, кто перед ней стоит.
Честное слово, знай она правду, то давно выдернула Маргарите все волосы.
- Да, где Лёша? Лёша! – крикнула Рита, не дожидаясь ответа, обошла шокированную блондинку, и направилась к сидящему Яковлеву. – Лёшенька! Ты почему трубку не брал? Я так волновалась! Вообще не помню, как оказалась дома.
- Простите, но Вы кто, чтобы так его называть? – немного раздражённо уточнила подруга и скрестила руки на груди. Нотки ревности так и сквозили в её голосе.
- Это ты кто такая? - нагло перебила её визажистка и повернулась к Лизе.
Лаврентьев, сидящий рядом со мной, напрягся и уже порывался встать рядом с сестрой, но я не позволила, остановив друга за руку.
- Я его девушка! – гордо воскликнула блондинка, пока я мысленно призывала всех богов к помощи.
Хотя, уже и так понятно, что ничего нам не поможет. На лице Риты проступила тень догадки, быстро сменившаяся злостью, Яковлев вжался в кресло, так и не встав с него, а баскетболисты, как один, напряглись.
- А я та, с которой он целуется в барах! – в том же тоне, ответила Маргарита, а Лиза замерла, словно от удара.
Несколько секунд в комнате висит угнетающая тишина, сопровождаемая только глубоким дыханием спорящих девушек. Честное слово, я слышала, как быстро запорхали ресницы подруги, которая изо всех сил пыталась не заплакать.
- Этого… этого не может быть, - прошептала Лиза, начиная пошатываться. – Нет, не может…
- Не веришь? А ты спроси её! – неожиданно крикнула Марго и показала на меня рукой. – Даже вчера она была там, и сама всё видела!
- Что?! – неверяще переспросила блондинка и повернулась ко мне. – Ника, ты знала?!.
- Знала, а ты, - продолжала визажистка, повернувшись к Лёше, - урод! – крикнула она и зарядила очередную пощёчину. Затем, гордой походкой, выбежала из номера, на ходу, смахивая слёзы.
- Я убью тебя! – прошептал Егор и вскочил с дивана, дабы защитить честь сестры.
Дальше всё опять было, словно в замедленной съёмке: Лаврентьев замахивается, бьёт хореографа в то же место, что и я вчера, а дальше его оттаскивает Виталик. Лиза сползает по стене на пол, полностью отдавшись истерике, из-за чего мои слёзы тоже не заставляют себя долго ждать.
Только хочу обнять подругу, чтобы утешить, как встречаю с её стороны убивающий взгляд и крик, полный обиды и злости:
- Не подходи! Предательница! Почему ты мне не рассказала?! – спросила девушка, в попытках успокоить всхлипы.
Я так и не подошла к ней – выполнила её просьбу. Просто стояла рядом, следя, как Егор обнимает сестру и пытается увести её в их номер, старательно не пересекаясь со мной глазами. Казалось, что Лиза выпала из этой реальности: она вырывалась из рук брата, пыталась наброситься на Яковлева, затем на меня, всё время повторяя: «Как ты могла мне не сказать?! Почему?!».
Почему? – я не знаю. Наверное, потому что не хотела сделать тебе больно, не хотела стать причиной разрыва ваших отношений. Причин было много, но не одну из них она не хотела слышать, и я прекрасно её понимала.
А потом стало тихо.
До ужаса тихо.
Егор и Виталик увели Лизу в другой номер, куда я не рискнула идти. Не знаю, правильно это или нет. Не смогла понять: нужно подруге моё общество, или оно всё испортит, поэтому, на всякий случай, осталась у себя. Яковлев сразу ушёл из гостиницы, не сказав никому ни слова. Оставалось надеяться, что пережидать горе он будет не с Марго.
В тот же вечер, через несколько часов после этой ситуации, Егор, наконец-то, поднялся в наш номер. Баскетболист молча прошёл в свою спальню, где достал чемодан и начал складывать в него вещи.
- Что ты делаешь? – хрипло спросила я, испугавшись собственного голоса.
Конечно , час слёз не мог пройти бесследно, но не настолько же.
- Собираю вещи, - спустя минуту молчания, ответил Лаврентьев и смахнул в ручную кладь тетрадки со стола. – Мы уезжаем.
- Егор, не злись на меня, - шёпотом попросила я и устало прислонилась к дверному косяку.
- Как я могу не злиться?! – взорвался парень и кинул в стену одну из книг. – Мне плевать на Яковлева! Я просто оторву ему голову за Лизу и всё! Но почему ты молчала?!
- Я не хотела расстраивать Лизу, не хотела, чтобы из-за меня они расстались, - тихо оправдывалась я, боясь пересечься взглядом со спортсменом.
- Ты не слышишь меня! – крикнул баскетболист и скинул всё, что стояло на тумбочке. – Я говорю про себя! Почему ты не рассказала мне?! Не Лизе! Забудь уже о ней и вспомни обо мне, или это так сложно сделать пока вокруг ошивается этот Кувшинов?! – продолжал Егор, а я мысленно чертыхнулась. Упоминание фотографа никак не могло уложиться в моей голове.
- При чём тут Женя? Я боялась, что ты расскажешь всё сестре. А там уже опять виноватой стала бы я, - пыталась я объясниться, но Лаврентьев повернулся ко мне спиной и начал собирать раскиданные вещи. – Послушай меня! – неожиданно крикнула я, сама удивившись. Баскетболист на секунду замер, а потом посмотрел на меня. - Честно ответь: ты бы ничего не рассказал Лизе, узнай об этом пораньше? Смог бы сохранить это в тайне, если это означало обмануть сестру?
- Это уже неважно, - отмахнулся друг и взял ручку чемодана.
Парень направился к двери, даже не оглядев номер на забытые вещи.
- Нет, это важно! – повторяю я и дёргаю брюнета за руку. – Ты же понимаешь, почему я не говорила, так почему обижаешься?
Егор резко отдёрнул запястье, вырывая его из моей хватки. Через секунду слышится шум и звон падающих серебряных деталей. Смотрю на пол и вижу рассыпавшиеся бутончики роз, которые когда-то были объединены в красивых браслет. Перевожу взгляд на рукав друга, понимая, что украшение зацепилось за ткань свитера и порвалось от резкого движения.
Даже не обернувшись, Лаврентьев дошёл до входной двери и повернул ручку. Лишь на самом пороге, баскетболист словно очнулся ото сна и сказал через плечо:
- Мы вернёмся домой, будем ждать Вас. Там и поговорим. Ты же помнишь, что нас здесь не должно было быть? - с болезненной усмешкой произнёс друг и перетащил чемодан через порог. – Пока!
И с тихим щелчком, дверь закрылась, пряча за собой одного из самых близких моих друзей, пока я дрожащими руками собирала рассыпавшиеся части браслета.