4. Таблетки
- Завтрак! - кричала своим противным голосом Вивьен.
Я нехотя встала и пошагала на кухню. От туда доносился запах подгорелых яиц и мятного чая.
- Доброе утро, Кейси, - пожелала мне мачеха.
- Оно было бы добрым, если не было бы тебя.
- Чего так грубо, Кейси, - зашел папа.
- Я говорю правду.
Я опустила глаза в тарелку и принялась есть.
- А у меня есть для вас сногсшибательная новость!
- Ты уезжаешь? - перебила ее я.
- Где-то я уже слышала эту шутку. Нет, более приятная новость. Я... Беременна!
- Что? - переспросила я, подавившись омлетом.
- Правда?! О, милая! - папа побежал обнимать Вивьен. - У нас будет малыш! Какое счастье!
Отец поцеловал ее в губы, затем в живот.
Его глаза светились от счастья, он не мог сдержаться от радости и смеха. Никогда еще не видела отца таким счастливым. Он крепко-крепко обнимал Вивьен, расцеловывал и много раз признавался в любви.
А у меня в голове настоящий хаос. Это все. Дороги назад нет. Теперь они будут вместе всегда. Раньше я думала, что это мимолетное увлечение отца. Но когда они расписались, я уже похоронила мысль, что он бросит эту стерву. Но теперь... Теперь у них будет свой ребенок! Эту тварь, которую родит Вивьен, они будут купать, кормить, любить. На меня естественно, им будет совершенно все равно.
Хочу вернуться туда, где нет проблем. Туда, где есть мама. Туда, где мы были вместе. Счасиливы... Эх, детство. Скучаю... Помню, как просыпалась поздно утром. Будили меня мамины поцелуи, запах оладушек и свежеприготовленного папиного кофе. Папа мой работает риэлтором. Мама всегда ему готовила сытный завтрак, варила по утрам кофе. Мы были счастливы. Именно по этому, я и скучаю.
Мама всегда готовила вкусный завтрак, обед или ужин. Она собирала мне в школу ланч-пакет, покупала сок, или делала сама фруктовые чаи. Я балдела от маминой домашней еды. А что говорить о Вивьен? Она плохая домохозяйка. Ничего, кроме этого сгорелого омлета, она не умеет готовить. Может я ошибаюсь, но мне никогда не нравилось даже то, как она жарит картошку. Но папе всегда приятно есть ее еду.
С детьми себя вести она совершенно не умеет. Ей сложно помыть после себя тарелку, что говорить о том, чтобы поменять ребенку памперс, или приготовить смесь? Вывод: Вивьен будет ужасной матерью. И этот ребенок пожалеет о том, что родился на свет.
- Кейси, ты не рада? - прервала мои мысли Вивьен.
- Что ты! Я очень рада, что по нашему дому скоро будет ползать вонючий карапуз, везде какать и блевать.
- Зачем так говоришь? Ведь ты раньше тоже была такой! - повысил голос отец.
Но мои возражения не могли испортить настроение этим "влюбленным".
《Мама... Мама, мамочка! Прости, что папа будет ростить ребенка этой Вивьен! Прости... Прости, что не удалось прийти к тебе. Но мы скоро увидимся. Я тебе обещаю! Слышишь, обещаю! И пускай эти голубки воспитывают своего чада.》
Я не могу. Не могу больше плакать. Не могу верить в то, что мачеха родит папе сына, или дочку. Пожалуйста, Бог, забери меня к себе. Хочу отпустить все, и с невероятной легкостью уплыть на небеса. И не вернуться. Увидеть сон. Который не закончиться. И буду спать я вечно.
Я пробралась к аптечке, которая висела у главного входа. Там хранилось множество лекарств, о предназначении которых, я и догадываться не могла.
Взяв несколько пачек и баночек, я пошла в комнату грусти, печали и смерти. В мою спальню.
Как только мы переехали в этот дом, после моего лечения, мне очень понравилась комната. Я думала, что уже ничего плохого в новой жизни меня не настигнет. Но я ошибалась. Как умерла мама, в этой комнате была только грусть. Одеяло пропитанно солеными слезами, а на застиранной простыне много засохших пятен крови. И я мечатаю умереть в этой комнате. Когда дверь будет заперта и никто не прибежит меня спасать.
Я положила в рот горсть таблеток, запила холодной водой. Я ощутила небольшую боль от горла, к животу. Открыла еще одну боночку неизвестных препаратов. Затем еще и еще. Каждый раз запивала водой и ощущала эту боль.
Последовал позыв рвоты. Я лежала на кровати, одежда была испачканна рвотными массами.
Глаза медленно закрылись. Я ничего, кроме неприятного запаха не чуствовала. Лишь боль в области желудка. А когда она прошла, я больше ничего не чуствовала.
***
- Что с ней, доктор? - Грэг не мог найти себе места.
Он бежал за торопящимися врачами в голубых костюмах.
- Скорее всего, суицид. Отравление большим количеством неизвестных препаратов.
- Она будет жить? - еще нервнее и громче спросил Грэг.
- Мы сделаем все, что в наших силах.
Девочку увезли. Отец Кейси заплакал. Он был в ужасе. В ужасе от того, что сделала его любимая дочь. Она наглоталась таблеток, чтобы покончить с собой. Это невозможно. Невозможно и ужасно. 《Что подвергло ее это сделать?》- озадачился Грэг. 《Она это сделала после того, как узнала, что Вивьен беременна. Но ведь как так? Это же здорово, если у нас будет еще один ребенок в семье. Ей бы не было так одиного и грустно. Совсем не понимаю. Я думал, что она рада, что я кого-то полюбил и стал счастлив. Но видимо, это не так. 》
Грэг сидел на белой лавочке, игнорируя многочисленные звонки от Вивьен. Он не мог понять, почему его дочь сделала это. Почему она не поговорила с отцом, не рассказала о своих проблемах? Его мучали догадки и дурные мысли. Так он и провел этот день, заснув на той же скамейке в больнице.
А Кейси... Кейси только можно пожелать силы и здоровья, чтобы выдержать это все. Хотя, ей можно пожелать смерти, она будет только рада. Но заберет ли Бог ее к себе?
Мама главной героини всегда трердила, когда была жива, что самый ценный подарок Иисуса - это жизнь. Он выбрал именно тебя, чтобы ты жил на этой планете. И уничтожить этот подарок - грех. Кейси воспринимала слова матери всерьез и вообще, всегда следовала ее правилам, но сейчас... Сейчас она делает так, как ей лучше. Да, она не ценит подарок Иисуса, но нужен ли вообще был этот подарок?