Глава 41
Pov.Рен:
Мы с Микасой сидели в её комнате и пили горячий чай. Она выпросила чуть-чуть у Ханджи для меня. Сегодня довольно зябко, так что согревающий чай с шиповником просто то, что надо. Мы просто смотрели в окно и разговаривали о том, что хотим увидеть за стенами, когда в комнату вбежал Армин.
- Девчонки!... Там это... - он никак не мог отдышаться.
- Успокойся, Армин. Переведи дыхание и скажи, что случилось. - Микаса быстро и здраво среагировала.
Я поставила чашку на подоконник.
- Там... На тренеровочной площадке... Жан и...
- Жан с Эреном опять дерутся? Нашли время. - Микаса накинула куртку, а я начала натягивать сапоги.
- Нет! Эрен наоборот разнимает! Жан дерётся с...Рином... - Последние слова он произнёс с небольшой неловкостью или замешательством. Я не сумела разобрать, потому что после услышанного сразу рванула на улицу.
Мой брат? И Жан?! Если пытаются разнять, значит не тренеровка... Почему они дерутся? Я же просила Жана поговорить... Неужели из-за меня?! Жан так разозлился на Рина?! Или Рин разозлился из-за того, что Жан вмешался?! Слишком много вопросов!
Мы с Микасой за считанные минуты пересекли внутренний двор замка, перемахнули через небольшой забор и прибежали к площадке для тренеровок рукопашного боя. Я немного отстала и остановилась на долю секунды, чтобы перевести дыхание. Микаса же, не останавливаясь, словно клином ворвалась между парнями и развела их руками в разные стороны. Но они даже не думали прекращать.
- Ты ничего не понимаешь! И вообще это не твоё дело! - Во всю глотку орал Рин, вытирая кровь с подбородка. Из ран я заметила на нём только разбитый нос.
- Это ты ничего не понимаешь! Ты должен её защищать! А ты что делаешь?! - У Жана не увидела ран, но у рубашки был порвал воротник и левый рукав.
- Это обычная ссора! Чего прицепился?!
- Обычная ссора?! Она твоя сестра! Девушка в конце концов! Она едва не погибла, но стоило ей вернуться и ты отворачивается от неё! Ты идиот! После всего, что произошло, ты должен с неё пылинки сдувать!
Брат кажется начал немного успокаиваться и слегка попятился назад. А вот Жан наоборот буквально взрывался от злости.
Что делать, когда ссорятся два великана, а ты ростом под полтора метра? Правильно, опустить их до твоей высоты.
Два удара по коленкам и я ворвалась в их поле зрения и завладела вниманием. Отлично.
- А теперь слушать меня, пока я спокойна. Какого хрена вы тут побоище устроили? Думаете, мне приятно наблюдать, как два самых дорогих мне человека хотят поубивать друг друга? Правильно, неприятно. Поэтому прямо сейчас СПОКОЙНО при мне поговорили и помирились.
Если бы я была зла, то скорее всего влетело бы обоим. Но я слишком измотана нашей с братом ссорой. Пусть продолжает обижаться на меня. Но я не хочу, чтобы он ругался и с Жаном.
Рин отвернулся в сторону от меня, так что я не видела его выражение лица. Жан просто смотрел в землю. Оба как воды в рот набрали.
- Не хотите говорить при мне, тогда пообещайте, что драться не будете. Рин, ты от Жана схлопочешь, уже вон нос разбит. Жан, ты получишь от меня, если Рин будет сильно избит. Поняли меня?
Оба кивнули.
Рин первым поднялся с колен и пошёл прочь. Надеюсь, в медпункт. Микаса пошла за ним.
Я присела на землю рядом с Жаном.
- Ну и что это было? Я просила поговорить с ним, а не нос ему разбивать.
- Извини... Я изначально и не собирался его бить. Думал, словами ему растолкую. Но он заупрямился похлеще Эрена, вот я и вспылил...
А голос-то какой печальный... Я словно ребёнка отчитываю за проступок. И по нему видно, что очень сожалеет и действительно чувствует вину. Мне его даже жаль как-то.
- Ладно... Не думай об этом слишком много. Со всеми бывает. - Утешающим жестом я похлопала его по плечу. - Давай я зашью твою рубашку.
- Да это ерунда....
- Слушай, ты же пытался помирить нас. Мне очень приятно, поэтому я хочу что-то для тебя сделать, как-то отблагодарить. Так что, давай сюда рубашку.
- Давай лучше в комнате.
- Ой, точно... Ты не замёрз вообще? На улице прохладно, осень как бы.
- Ничего, справлюсь. - Ну наконец-то улыбнулся.
Так, ведя самый глупый разговор на свете о погоде, мы пришли в его с пацанами комнату, где три пары глаз наблюдали за тем, как я зашиваю рубашку Кирштайна. Так глазели, будто единорога увидели, честное слово... А что такого-то? И вообще их взгляды были довольно странными...
От автора:
Обоим близнецам было очень неловко начать разговор после всего произошедшего. Теперь уже Рин чувствовал вину, а Рен немного обижалась. Ведь она действительно делала очень многое для него. Да, тюрьма - перебор. Но это уже Леви придумал, а не она... Младший Скаут очень долго ждал, когда его сестра придёт в комнату. Но в конце концов он так и уснул один. Рен не хотела идти в комнату, поэтому осталась ночевать у Кирштайна. Это даже не было странно ни для него, ни для Рен, ни для всех остальных. Парни просто в очередной раз закрыли на это глаза.
На следующее утро Жан проснулся раньше всех и почти полчаса пролежал в одной позе, любуясь спящей у него под боком девушкой. От неё ощущался неизвестный слабый аромат со сладким привкусом. Ему хотелось остановить время, чтобы он мог просто вот так лежать с ней рядом, смотреть на неё и ощущать этот пьянящий запах.
Но время неумолимо шло своим чередом.
Парни начали просыпаться и собираться на утреннее построение, поэтому в конечном итоге и девушку пришлось разбудить.
После построения Рин поймал за руку свою сестру, пока та не успела уйти.
- Рен, где ты была всю ночь??? Ты ведь так и не пришла в нашу комнату.
- Во-первых, отпусти мою руку. Во-вторых, сейчас время тренеровки, и не стоит давать капралу лишний повод для назначения дополнительной работы. - Рен всё-таки освободила свою руку. - А в-третьих, я переночевала у Жана в комнате парней. Это не в первый раз, так что никто не был против.
Бросив последнюю фразу и не дожидаясь ответа, Скаут старшая немедленно присоединилась к тренеровочной пробежке. А Рин так и остался на пару минут, зависнув в своих мыслях. Он думал о том, что всё-таки сказал лишнее в порыве злости. Неожиданно ему даже стало страшно, что его заменит кто-то другой... Это невероятно глупая мысль, но от неё стало не по себе. Молодой человек окончательно решил во что бы то ни стало помириться с родной сестрой и больше никогда не обижать её.