Часть 2, глава 10. Наш рассвет
В бурной жизни Квартала проходят дни. Вечером — очередные притворство и поиски, днём — разбор новостей (в основном о сбежавших куртязанках), иногда допросы... Но пока нет ни единой зацепки. От трио парней тоже не было вестей, их жизнь шла мирно и с погружением в новое дело. Хотя Иноске очень много жаловался... Но с миссией это было никак не связано, так что его обвинения сразу же забывались.
Ни Тенген, ни Кайса не спали нормально. Он слишком сильно беспокоился от неудач, она — от попытки его поддержать.
Начинался четвёртый день.
— Кайса. Ты не спишь уже двое суток, — хмуро заметил Тенген, глядя на медленно встающее из-за гор солнце.
Она даже не дрогнула:
— Как и вы.
Столп Звука только закатил глаза. Его и самого уже клонило в сон, но он должен был оставаться здесь. Продолжать искать. Пытаться что-то сделать. Вот только он понимал, что без подруги не сможет и шага ступить. Ведь кроме неё некому его подбодрить, некому сказать, что всё будет хорошо... Что всё случившееся вовсе не его вина.
Тенген пошёл на компромисс: положил свою голову напарнице на плечо и медленно предложил:
— Давай просто пойдём спать... вместе?..
Кайса вздрогнула, но не отодвинулась. Она понимала, что только в ней он может найти себе утешение в эти непростые дни. Тут не до смущения.
— Можно, конечно... Сильно устали?
— Готов умереть на месте, если мы сейчас же не пойдём.
— Поняла-поняла...
**
Столпы продолжали снимать помещение у Иоши. Это было довольно удобно, ведь мужчина не задирал цену, а выделенная им комната была неплоха.
За пару минут переоделись, сходили в душ, легли... Кайса довольно быстро задремала, а вот Тенген никак не мог уйти в сон. Ворочался, много раз менял положение... Никак не получалось. Ведь для сна ему не хватало людей. Ни одна подушка не заменит ему живого человека. Слишком он привык спать вместе с ними.
При мысли о своих жёнах мужчина невольно нахмурился. Хинацуру... Макио... Сума... Где они? Как они? Скучают ли по нему так, как он по ним сейчас?.. Живы ли вообще...
В беспокойстве Тенген снова повернулся на бок, и тут его глаза наткнулись на её внимательный взгляд.
В эти бирюзовые глаза он мог смотреть вечно, ища в них чувства, мысли, желания... Они были глубоки и кристаллически чисты, как два маленьких озера.
И от этих глаз он ещё ни разу не смог ничего скрыть.
— Прости, я тебя разбудил? — вздохнул он, надеясь перевести тему разговора.
— Да, — Кайса поднялась с постели, добивая возможные остатки сна (и надежды напарника). — Вы так сильно ворочаетесь, на это невозможно не обращать внимания.
Узуй неловко опустил глаза.
— Вы тревожитесь из-за них и поэтому не можете спать?
В точку.
— Я могу что-то сделать?
В голове Тенгена каша. Он не имел права предлагать ей подобное. Как она вообще отреагирует на это?.. Но ведь если не сказать, тогда ни он, ни она (он знал это точно) так и не уснут.
— Кайс... — наконец проговорил Тенген, глядя в потолок. — Можешь поспать со мной? Пожалуйста...
— Что?..
***
— Не в этом смысле, не подумай... — Я, наверное, сейчас буду звучать как ребёнок, но я не могу уснуть, не чувствуя их присутствия рядом, ощущения тепла... И я — защитник этого тепла. А теперь я один. И... никак не могу заснуть. На подсознательном уровне мне важно чувствовать кого-то рядом с собой...
А Кайса просто смотрела на него, не в силах сказать и слова. Откровение Тенгена просто выбило её из колеи.
— Я пойму, если ты не хочешь, — Узуй вздохнул. — Всё-таки я не в том положении, чтобы просить тебя о таком. Просто за...
Закончить предложение Тенгену не дал лёгкий скрип его кровати: Цумишира легла с краю. Крайне робко, но при этом так решительно... Можно было подумать, что она не колебалась ни минуты, когда принимала это решение.
— Добрых снов, господин Узуй, — девушка кивнула ему, после чего повернулась на бок, спиной к нему.
Пару минут они просто лежали молча. Оба не верили в происходящее. Что сейчас они лежат друг с другом, почти соприкасаясь руками. Это чувство близости пугало, но одновременно влекло к себе, призывая рискнуть и попробовать.
В какой-то момент Тенген просто обнял подругу, с трепетом прижимая к себе. Прижимая к самому сердцу, как нечто давно знакомое и родное. Какое он никогда не отпустит. По крайней мере, пока не уснёт.
— Спасибо...
***
Непонятно, сколько она спала. Но когда проснулась, Тенгена рядом уже не было. Единственное, что от него осталось в комнате, — это маленькая записка на прикроватном столике. Там не было тех длинных речей, что он так любил писать, просто: «Спасибо. Чувствую себя лучше. Вечером куплю такояки. Тебе ведь нравятся?».
Кайса невольно прижала бумажку к груди и так и упала на кровать. Прижалась к подушке, что так пахла им...
Всё, что произошло за последние дни, казалось ей каким-то нереальным. И в плохом, и в хорошем смысле. Вроде бы это задание отнимает у них столько времени и сил, но при этом оно подарило ей незабываемые моменты и ощущения. Ну а как ещё описать их держание за руки, тёплую ладонь у неё на талии, совместный танец... А то, что произошло на рассвете? Эти объятия... Такие родные...
Да, она бы хотела чувствовать всё это чаще.
Но Цумишира тут же поморщилась от этой мысли. Мечтать не вредно. Ведь какое ему, Тенгену, дело до какой-то там её симпатии?
***
Что же до Тенгена, то он, сидя на коньке крыши, смотрел на город и думал, где же он просчитался.
Дело в том, что некоторое время назад выяснилось, что Зеницу пропал. Хоть Узуй и не сильно любил этого вечно нудящего парня, но всё-таки чувствовал некую ответственность за его жизнь. То, что он пропал так внезапно, просто поразило мужчину.
А чуть позже он встречался с оставшимися двумя истребителями — Танджиро и Иноске — где сразу же сказал, чтобы они убирались прочь из Квартала, дабы не подвергать свою жизнь опасности. Вряд ли, конечно, они его послушают, но теперь Тенген невольно ощущал, что груз задачи полностью лёг на его плечи.
А хотя... Почему только на него? У него ведь осталась Кайса. При мысли о девушке Столп Звука невольно улыбнулся. Этот рассвет подарил ему не просто сон, он подарил ему его сокровенную мечту. Самому не верилось, что он спал здоровые десять часов, обнимая её, не ощущая при этом какой-то робости или неловкости, как будто бы это была самая обыденная для них вещь.
Интересно, а для друзей это нормально?