Часть 7
Аякс стал собой.
"Если я прав, то нам с Люмин надо срочно убираться отсюда" — подумал парень и попытался встать, но ноги и все тело ломились от боли настолько, что теперь без посторонней помощи он точно не сможет ничего сделать.
— Черт... — выругался парень, а потом почувствовал, что начинает слабеть. Прямо, как тогда в Золотой палате. Он попытался что-то сделать, но глаза непроизвольно закрылись и сознание провалилось во тьму. Моментами, перед глазами мелькали воспоминания о детстве, семье, о ней...
Не было желания сопротивляться этому, но яркий, такой теплый и согревающий свет, голос, такой родной.Этот голос он узнает из тысячи.
***
Люмин резко открыла глаза от кошмара. Неприятное чувство окутывало вс тело и душу, сковывая и сжимало, душило. Девушка в панике осмотрелась и поняла, что в комнате нет Тарталии.
"Что-то случилось!" — поняла девушка и, спешно накинув одежду, выскочила из комнаты. Тело двигало неведомая сила, чувство, что было неподвластно разуму.
— Чайльд! — воскликнула она, когда увидела лежащего на земле парня. Что-то екнуло в груди.Люмин сорвалась с места и бросилась к парню, нервно, дрожащими от страха руками, пыталась нащупать пульс.
— Нет... — осипшим голосом прошептала она. — ЧАЙЛЬД!
Пульса не было...
По щекам Люмин потекли слезы.
— Нет... Пожалуйста... Не уходи, Чайльд... Девушка аккуратно прижала его к себе дрожащими руками. Это не может быть правдой. Она не может его потерять! Внутри стало очень больно, прямо, как тогда, когда их с братом разделили. Но если в тот момент Люмин ощущала, что ещё может его спасти, то теперь она даже не знает, что ей делать. Все, что оставалось это плакать и молить Архонтов спасти его.
Девушка аккуратно прижала его к себе дрожащими руками.Это не может быть правдой. Она не может его потерять!
Внутри стало очень больно, прямо, как тогда, когда их с братом разделили. Но если в тот момент Люмин ощущала, что ещё может его спасти, то теперь она даже не знает, что ей делать. Все, что оставалось это плакать и молить Архонтов спасти его.И бесконечно винить себя в его смерти. За то, что не пришла раньше. За то, что позволила этому случится.
— Чайльд... — прошептала она, прижав его к себе. — Я тебя люблю...
Путешественница не ожидала от себя этих слов, но поняла, что это правда. Это именно то, что она к нему чувствует. Пусть они и знакомы не долго, но она успела его полюбить. Осознавая это, принять его смерть ещё больнее. Сердце, словно вырвали из груди и закопали в землю, но перед этим пронзив его тело тысячью уголок. Но даже это не способно описать ту боль, что испытывает Люмин.
***
Тарталья увидел вдали женский образ — светлые пряди волос и голубые глаза, с нежностью рассматривающие его. Чайльд сразу узнал её.
— Мама... — выдохнул он.
Даже сейчас, в который раз, восхищался ей. Женщина была прекрасна, а вся та любовь, что она испытывала к своей семье, всегда лилась через край и ощущалась чуть ли не физически. Все дети находились под её крылом, и их всегда окутывала забота. Даже находясь вдали от семьи, через письма юноша получал материнские наставления и любовь, просьбы вернуться назад живым и здоровым. И всё же, у неё был бойкий характер, но не смотря на это она была страстной натурой, Аякс всегда считал, что именно этим она зацепила своего мужа. Он, ещё будучи маленьким мальчиком, видел, какая пылкая любовь была у его родителей и был счастлив за них. Женщина ласково его обняла. — Привет, мой герой. Тарталия прижался к её груди. По щекам потекли слезы. Он чувствовал себя таким слабым и беспомощным в эту секунду. Его мама ласково его поглаживала по голове.
— Мамочка... — только и мог выговорить Аякс. Она заботливо улыбнулась. Чайльд посмотрел в её глубокие глаза, а потом услышал, как кто-то его вновь зовет и тихо плаче
— Люмин... — понял он.
— Что? — обеспокоено, с толикой раздражения переспросила женщина. — Кто такая Люмин?
Тарталия вновь посмотрел на маму, а потом аккуратно отстранился от неё с виноватой улыбкой.
— Мне надо уходить. — сказал он и хотел было сделать шаг назад, но не смог. Руки матери прижали его к себе.
— Ты никуда не пойдешь. — сказала она. Голос у неё был немного жестоким. Тарталия с паникой посмотрел на неё и попытался выбраться, но не смог.
— Люмин, помоги! — крикнул он.