Детройт
«Сейчас в Детройте глубокая ночь, а сижу с фонариком на лавочке и пишу это. Город беден, здесь разрушено просто неимоверное количество зданий, но жители, кажется, не так уж и сильно отчаиваются. Он плохо спонсируется, поэтому освещение здесь происходит по ночам и то по главное магистрали и в центре города. Мы гуляли весь день, рассматривая здесь всё, ведь уже с утра мы отправляемся дальше, пробыв здесь всего несколько дней...»
— Давай пойдём в отель, а? — спрашивает Гарри, сидящий рядом. Он сам вызвался пойти со мной прогуляться по ночному городу, чтобы я смог написать свой отчёт, но парень только и делал, что изредка отвлекал меня от собственных мыслей, сбивая.
— Я предупреждал тебя, — возмущаюсь, и возвращаюсь к своей писанине, не обращая внимания на бубнёж над ухом. Кажется, парень сдаётся и молчит, смотря на то, как моя рука парит над бумагой, выводя всё новые и новые слова и предложения. — Мне осталось не так много, ладно?
— Ладно, — улыбается он вновь и продолжает следить за моими действиями.
«Гарри хороший парень, только немного надоедливый»
— Надоедливый? — восклицает, его голос эхом проносится по пустующей улице, где проехала одна лишь машина за всё это время, что мы с парнем сидим здесь. Я готов писать и писать, но этот невыносимый ребёнок просто не даёт мне это сделать. — Хотя, ты прав, я надоедливый, прости.
«Мы проводим с ним довольно-таки много времени вместе здесь, в Америке, и он хороший, так же, как и Луи, с которым я тусовался в Амстердаме. Здесь тихо и мне нравится это. Гарри сказал, что вдохновения в этом городе хоть отбавляй, и он написал одну красивую песню, которую я, наверное, потребую с него после, когда он запишет её. А он запишет, я верю»
— Мой талант признали! — восклицает он, получая недовольный взгляд. — Прости, но копия будет у тебя в Бредфорде, обещаю.
— Заткнись, молю тебя! — усмехаюсь и продолжаю писать.
«Дилан написала пару раз. Она делает мои дни действительно более яркими, когда я читаю такие знакомые слова, которые были для неё самым важным. И том, что я делаю всё правильно. Она верит в меня. Несмотря ни на что.
Детройт, ты – моё вдохновение, но я должен двигаться в Нью-Джерси. Моё вдохновение навсегда останется в этом тёмном городе.
Навсегда»
Заканчиваю и сразу фотографирую на телефон, пересылая всё Ди. Достаю фотоаппарат и подхожу ближе к дороге, фотографирую. Стандартная операция и убираю cвои вещи в сумку, которую взял с собой. Гарри молчит с полминуты.
«Зи, взгляни на небо, не радуйся темноте раньше времени. Там есть звёзды, которые освещают наш путь»
Я улыбаюсь, поднимая взгляд вверх, смотря на яркие точки, раскиданные по всему небу. Не могу спрятать счастья на своём лице, когда воспоминания ударяют в голову, и я не слышу слов Гарри, который тормошит меня.
— Ты чему радуешься? — удивляется он.
— Мы все живём под одним небом. Что-то определённо нас связывает, помимо прошлого, — отзываюсь, и мы продолжаем идти.
— Мне нравится это высказывание, повтори, я отправлю Лу! — улыбается он, и я забираю у него телефон, быстро печатая свою фразу. Он улыбается, отправляя её парню, и мы направляемся в отель с чувством собственного достоинства.
[Flashbaсk. От третьего лица]
Она идёт чуть впереди, ведя парня за собой. Они в Бредфорде, уже далеко за полночь, когда девушка вытаскивает парня из постели, заставляя идти за собой. Они прошли пару районов, пока не остановились в самом центре парка, где не было никаких деревьев.
— Что ты делаешь, Ди? — улыбается Зейн и встаёт лицом к ней, убирая прядь волос за ухо. Она улыбается, скромно опуская голову, и кусает губу. — Дилан?
— Подними голову вверх, Зейн, — просит она и сама следует своим словам. — Видишь звёзды?
— Конечно.
— Они наши путеводители, Зейн, — заключает она. — Они решают нашу судьбу, они делают такими, какие они есть, Зейн.
— И что ты хочешь этим сказать?
— Мне надо меньше читать Джона Грина, — улыбается, обнимая его за шею. — Именно звёзды привели нас друг к другу.
Он ничего не говорит, лишь наклоняется ближе к её губам, еле заметно касаясь верхней, её ресницы трепещут и она сильнее прижимается к нему. Её руки, буквально, притягивают его лицо ещё ближе, когда кислород заканчивается, и они отрываются друг от друга.
— Я люблю тебя. Несмотря ни на какие звёзды, — проговаривает, подхватывая её на руки. Кружит в воздухе и вновь целует. — Я люблю тебя!
Разносится эхом по всему парку.
— Я люблю тебя, Зейн. Я всегда буду любить тебя, — проговаривает, вновь целуя его.
Звёзды могут совершить ошибку. Но лишь в наших руках наше счастье. Не стоит забывать об этом.