Пролог
Зейн упаковывает свои вещи в небольшую сумку, которую собирается взять с собой. У него есть целое лето, чтобы совершить свой задуманный план, хоть и в одиночку, а не с Дилан, как это планировалось ранее. Он складывает в сумку пару толстовок, джинсы, кепку и шапку, кучу футболок и маек. Застывает, наклонившись, и выпрямляется, когда мать робко стучит в дверь.
— Дилан не едет с тобой? — спрашивает она тихо, присаживаясь на край его кровати. Зейн протягивает руку к ней, накрывая своей большой ладонью хрупкую матери.
— Мы расстались, мам. Я еду один, это уже точно, — проговаривает он и смотрит в распахнутое настежь окно, закрывая лицо руками.
Триша гладит сына по спине, вставая за ним, наклоняется, целуя в макушку, и уходит. Она прекрасно знает своего старшего сына, что ничто не отговорит его от этой безумной затеи. Она поглотила его разум три года назад, когда он только повстречал эту странную девушку Дилан в парке по соседству.
Их знакомство было чистой случайностью, в большей степени. Он просто сидел на лавочке, а она рисовала портрет парня. Пристально разглядывала черты его лица, перенося их на белоснежный лист бумаги. Кусала нижнюю губу и хмурила брови, когда линия пошла слегка в бок, искажая точёные черты лица молодого человека. Тогда-то он и заприметил девушку с осветлёнными концами волос, которая шустро орудовала в блокноте.
— Привет, — улыбнулась она, подсаживаясь к молодому человеку, который слушал музыку. Он вытащил наушники, глядя на девушку, которая села рядом, протягивая ему листок бумаги. Взял его осторожно в руки и начал разглядывать, отмечая для себя, что сходство настолько поразительно, словно это была фотография. — Нравится?
Он кивнул, улыбаясь лишь уголками губ, и смотрел на девушку, видя еле заметное смущение.
— Как тебя зовут? — спросил он, смотря на сидящую перед ним прекрасную особу женского пола.
— Дилан, а тебя?
— Зейн, — улыбнулся, протягивая руку в ответ, касаясь обветренными губами кожи на её руке. Дилан покраснела (хотя ей это не свойственно) и отстранилась, смотря на портрет парня, который всё ещё находился у него в руках. — Тебе вернуть?
— Нет, оставь себе, — она ушла также быстро, как и подсела к Малику.
Смотрит на стену, где и висел тот злополучный рисунок, на котором был написан номер её телефона. В памяти словно выжгли эти несколько слов, что были написаны на обороте, и он улыбается, хоть и через силу. Это всё же их воспоминания, которые они пронесли спустя эти три года.
Поднимается на ноги, подходя к стене, разглядывая несколько их совместных фотографий, понимая, что без неё это приключение не получится таким же ярким, но он постарается сделать его именно таким, каким хотела она. Снимает их общую фотографию и складывает напополам, зная, что вторая копия лежит у него в ящике, а третья – у неё. Убирает снимок в сумку и берёт новый блокнот в толстом переплёте, который купил вчера, когда шёл домой. Разные ручки и небольшую пачку денег упаковывая в боковое отделение.
Зейн садится за письменный стол, открывая одну из ручек, надавливая на белоснежный располосованный лист в блокноте. Смотрит на прохладную улицу сквозь окно и склоняется над листом бумаги, выводя в центре крупные буквы своим слегка косым почерком.
«Двадцать стран.
Зейн Малик, двадцать один год.
Пятое июня 2015 года.
Сегодня я начинаю свой отчёт о проделанном пути. Этой ночью я сажусь на поезд, который отвезёт меня в Лондон. Титульный лист у меня получается самым ужасным, но это не отменяет того, что я сделаю его. Пятого июня начнётся наше путешествие, которое я проведу один. Но оно будет нашим, потому что Ди всегда будет в моих мыслях»
Поднимается, убирая блокнот и ручку в боковой карман сумки. Стоит, оглядывая комнату на наличие того, что парень мог случайно забыть, и натыкается взглядом на свой полароид, упаковывая его в отдельную сумку. Застёгивает молнию, вновь обводя взглядом комнату, и тяжело вздыхает. Подхватывает тонкие лямки и поднимает с кровати, направляясь в коридор, а затем в холл, где встречается взглядом с отцом и младшей сестрой, которая бросается ему на шею.
— Ты когда вернёшься, Зейн? — спрашивает она, когда её тонкие плечи подрагивает, а Зейн целует девчушку в щёку.
— Как только объеду все те места, которые хочу увидеть, — отзывается молодой человек, отпуская сестру, встречая объятья матери. Она быстро вытирает выступившие на глазах слёзы, когда старший сын чуть усмехается, говоря о том, что он уедет лишь на лето, а это чертовски мало. — Отец?
Мужчина подходит, хлопая Зейна по плечу, и заключает в короткие объятья.
— Береги себя, — молвит он негромко, на что Малик кивает и направляется на улицу, где прохладный воздух окутывает его с головы до ног, и молодой человек движется к такси, которое уже подъехало. Садится, закидывая сумку на заднее сидение, и направляется на вокзал, откуда он и отправится в дорогу.
Маршрут первый: Брэдфорд – Лондон.