1 часть
Грубые мужские крики распространяются по аэропорту. Несколько охранников, заламывая руки, выводят Хан Джисона, откидывая подальше от здания. Юноша хрипит, падая коленями на асфальт, а затем заваливается на бок. Перед глазами плывут вертолёты, во рту сухо, тело неприятно знобит. Тошнота раз за разом поднимается по горлу, вызывая изжогу. Такое состояние парень называл: «предсмертным». Потому что иначе описать похмелье он не мог. Хан прокашливается, с трудом принимая сидячее положение. Он огляделся вокруг, протирая глаза. — Быть того не может, — прошептал юноша, быстро водя руками по телу в поисках телефона. — Чёрт, чёрт, чёрт! Где же он? Хан судорожно вывернул все карманы, осознавая, что устройства у него нет. Он закрыл глаза, просидев так несколько минут, а затем снова глянул на вывеску аэропорта. — Почему я в Сеуле…? Последнее, что помнил Джисон, — это то, что решил выпить со своими, как ему всегда казалось, верными друзьями, а потом те признались, что подсыпали ему кое-что в алкоголь ради забавы. Они обещали младшему, что там ничего серьёзного, и на следующий день он будет как новенький. А теперь юноша сидит в центре Кореи, за тысячи километров от своего дома, без телефона и документов. Хан не понимает, как он вообще умудрился оказаться здесь и кто в здравом уме впустил его в самолёт. Поездка была полна тайн, подробности которых Джисон вряд ли узнает. Чем быстрее выветривался перегар, тем быстрее младший приходил в себя, погружаясь в панику. Он не знал, как ему вернуться, и даже связаться со знакомыми варианта не было. Парень поднялся с асфальта, придерживая ноющую голову. Его одежда оставляла желать лучшего, и он уверен, что внешний вид тоже. Джисон направился к первой попавшейся бабушке, перегораживая ей дорогу. — Госпожа! Стойте! Не могли бы вы дать мне несколько купюр, чтобы я позвонил знакомым? Незнакомка показательно закатила глаза, цокая. — Вроде бы здоровый молодой человек, а уже деньги клянчишь. Столько бомжей развелось в таких местах, — она обогнула юношу, направляясь дальше. — Эй! Подождите! Я не бомж вовсе! Просто у меня нет денег на проезд домой и связи тоже. — Все бомжи так говорят, — пробубнила бабушка. — Да мне правда нужен телефон! — не выдержав, Джисон схватил её за плечи, слегка дёргая. — Эй, эй! Руки убери от женщины! — к нему подошёл высокий парень, осуждающе оглядывая. — Дам я тебе телефон, но только попробуй сбежать. — Боже, господин, вы мой спаситель! — Хан тяжело сглатывает, когда ему в руки передают гаджет. Парень заходит в звонки, смотря на цифры. Только сейчас до него дошло, что он не знает номер ни одного друга и даже родителей. Единственный контакт, который он выучил, был свой. Юноша набрал нужный номер, и на конце послышалось: «Телефон вне зоны доступа». Он раздражённо выдохнул, проклиная себя за безответственность. Из-за своего взбалмошного характера Хан часто попадал в передряги, но всегда выходил сухим из воды со словами: «Безвыходных ситуаций не бывает». Сейчас он на своей шкуре понял, каково это, когда выхода и вправду нет. Он вернул телефон владельцу и побрёл в неизвестном направлении. У него не было Google Maps, чтобы ориентироваться, не было денег, и даже если бы юноша начал побираться, то без паспорта его никуда не пропустят. В принципе, без паспорта он был никем. Полностью пустая личность, которой никто не поможет. Отчаяние начинает брать верх, и парень уже был готов заплакать, хотя это не любил. Тут неожиданно рядом останавливается чёрная машина. Из неё выходят трое мужчин в строгих костюмах. — Куда путь держишь, красавец? Случилось что? — Не думаю, что вы способны мне помочь, — хмыкнул Джисон, продолжая идти вперед. — Ну а ты расскажи, у нас большие связи, — хохотнули трое незнакомцев, переглядываясь. — Я… не знаю, как тут оказался. Просто выпивал с друзьями, а проснулся уже, когда меня волокли как мешок дерьма из аэропорта. У меня нет телефона, документов, денег, и номера близких я не помню. Как думаете, этому можно чем-то помочь? — А родители? Может быть, они уже тебя ищут? — один из мужчин вышел вперёд, вскидывая заинтересованно брови. — Проблема в том, что мы с ними не контактируем, а мои друзья, похоже, оказались настоящими подонками… короче, меня никто не ищет, — грустно проговорил Джисон, отводя глаза. — Так ты же замечательная жертва, — засмеялся незнакомец, вызывая у младшего озадаченный взгляд. — Я кто…? — Ему больше не отвечали. — Грузи его, ребятки. На сегодня мы закончили, — хлопнул в ладоши главный. Хан, смекнул, что дело пахнет жареным, и хотел ринуться вперёд, но почувствовал резкую боль в руке. Он посмотрел на плечо, замечая, как из него торчит шприц, жидкость которого медленно вливается в плоть. Дальше всё как в тумане. Разум мгновенно начал его покидать, сливаясь с дремучей темнотой.