•У него белое сердце•

Теперь у парней на руках имелся выпускной альбом с фотографиями как их самих, так и одноклассников, последнего классного руководителя. Эта вещь не такая бесполезная, как кажется. В ней хранятся воспоминания о юности и одних из лучших лет жизни. Да, было достаточно и плохого, но по итогу получился неплохой финал.

Любые фотографии это практически живые воспоминания. Смотришь на того человека — вспоминаешь хорошую тусовку, глянешь на другого — в голове всплывает образ места ваших привычных посиделок. А смотришь на себя и думаешь: 《Это было не зря》.

Всё в жизни имеет какое-то значение. Событие, человек, слова, поступки и так далее — всё это имеет значение. Иногда его не так уж и просто понять и даже можно решить, что та или иная вещь это обычное ничего. И здесь нам на помощь приходит особенный человек, которого мы через определённое время смело называем любовью. Он помогает нам преодолевать трудности, принимать некоторые решения, учит чему-то новому, заливает новые краски в жизнь. Перечислять можно до бесконечности, ведь любви нет границ. Она способна на что угодно. Ухватить её и больше никогда не выпускать из рук или же сломаться из-за неё — зависит от людей.

Верно говорят, что взрослым ты становишься только тогда, когда можешь самостоятельно и осознанно принимать какие либо решения и при этом быть независимым от кого-то. Нести ответственность это так же показатель взросления. Но человек — социальное существо и потому ему весьма сложно адаптироваться в жизни одному, без какой либо постоянной поддержки. В жизни каждого человека нет ни одного человека который будет с ним всю жизнь: родители естественно умирают, на родственников не всегда можно положиться, к тому же, у них так же своя жизнь и свои интересы, семьи и тому подобное, а любимого человека вовсе может и не быть и он с тобой, опять же, не с начала твоего пути. В общем, не всегда рядом с тобою тот, кто в любой нужный момент протянет руку помощи.

И всё таки, самые важные люди в жизни это родители и любимый человек. Первые дают тебе базу для жизни, а второй поддерживает твой дальнейший путь без них и при этом получает взаимность.

Антон, с тех пор как вступил в отношения с Сашей, заверял его, что даст всё, что ему необходимо: безопасность, любовь, поддержку, внимание, деньги. Он делает это по собственной воле, потому что он любит и точно видит его в своём будущем. Саша же не привык к такому своего рода богатому набору, поэтому принимает это всё с большим трудом. Он не понимает в этой системе одного — что же такого он даёт взамен Антону, что оправдывает цену всего предыдущего? Со стороны Антона же ответ очевидно прост. Он не встречал человека который понял бы его лучше, чем Саша и принял его в той же мере. Все видели в нём только плохое(холод, отстраненность, отсутствие способности поддерживать, эгоизм) и даже не пытались выйти их этой тени на свет. Зачем слушать человека, что по началу только и тараторит о том, какие люди в этом мире гнилые, как сложно с кем-то что-то согласовать? Саша же просто был с ним полностью согласен, поэтому сначала молча слушал, а потом поддерживал его мнение и добвлял своё, которое так же устраивало Антона. Антон стал глубже копать в общение с Сашей когда тот стал раскрываться через темы социума, видеть в нём похожее на себя самого. Может быть, просто выходит, что у парней совпали травмы. Доверие строится на общении и понимании, запомните это, люди.

Вернёмся в настоящее время. Вчера парни в последний раз перед уездом неплохо провели день с друзьями, а сегодня днём, собственно, и уезжают.

Было девять утра, когда Антона разбудила раздражающая мелодия будильника. Давно её надо поменять, а то уже триггер от одной мысли о ней. В глаза как обычно была словно пелена, всё было мутно. Даже цветные голубые цифры на тёмном электронном табле читались с трудом. Антон по началу зачем-то стукнул по этим электронным часам, потом понял, что что-то не то и только спустя несколько секунд сообразил стукнуть пальцем по экрану телефона. Наконец-то отрубилась музыка будильника, тишина. Только какие-то жаворонки на дорогах гремели огромными рабочими машинами, видать ложили асфальт. Нет, сегодня он не имеет право быть раздражённым. Чтобы не сильно обматерить этот мир с утра пораньше, Антон встал с кровати и сразу нацелил на себя накладные наушники, подключив к плейлисту, тут же заполнив голову музыкой.

Он заправил постель, отнёс в мусор пустую бутылку с вечера, сразу на кухне и позавтракал, если кружку кофе, таблетку и единственную баночку йогурта можно считать завтраком. На это от матери он получил недовольный и даже осуждающий взгляд, а когда вот вот собирался уйти, она окликнула его:

— Ты считаешь, это нормально?
— Что именно? — Остановился в проходе Антон и вполоборота повернул голову.
— Есть столь мало.
— Я не хочу есть-
— Или же снова бережешь фигуру? Сколько ты сейчас весишь?
— Почти шестьдесят. За год я постарался набрать вес по просьбе Саши, он тоже меня ругал за это всё.
— Чую, скоро придётся просить тебя о чем-то тайно через него, иначе ты не послушаешься. Ладно, не об этом речь. Антон, при росте ста восьмидесяти сантиметров это мало. Ты обязан нормально питаться.
— Я знаю, иначе меня попросту не возьмут в армию.
— Эй! Сейчас вообще не об этом.
— Всё, мам, не докапывайся ради бога, — Заключил Антон и демонстративно вернул наушники на уши и ушёл обратно, в свою комнату.

Теперь он закончил собирать большую спортивную сумку, которая будет с ним половину лета. В основном там была одежда, немного уходовых средств, нижнее белье и подобные базовые вещи. Пока он занимался сумкой, всё это время на его шее, словно притворившись шарфом, висел его кот, заинтересованно наблюдая за процессом. Из-за него приходилось делать всё очень аккуратно, без лишних движений. Он не часто проявляет тактильность, следуя примеру хозяина в прошлом, поэтому прогонять его было не охота. Кот будто бы знал, что его хозяин уезжает, а потому прощался. А что если взять его с собой? Эта мысль сначала показалась Антону очень даже хорошей, но потом всё сменилось мыслями, а не потревожит ли это Сашу? Своего, к сожалению, уже мёртвого, домашнего питомца он любил до безумия и поэтому котёнок может лишь возвращать его в прошлое. С другой стороны, если хочешь избавиться от травмы и забыть её, лучший способ — хорошо проработать её.

А: Доброе утро
    Ты наверное спишь ещё, поэтому я задаю вопрос заранее
    У меня идея возникла. Что если взять моего кота с нами? Будет че то под ногами крутится, прикольно же
    А за одно, воспринимай это хоть психологией, попробуешь отвлечься от воспоминаний о собаке. Точнее, от грустных воспоминаний

Не прошло и минуты, как неожиданно следовал ответ.

С: Доброе, не сплю
    Хорошо, бери его с собой, если Аня не будет против
А: Эй, это мой кот, а не её
С: Понял
    Твои идеи как всегда впечатляют, я согласен попробовать такой способ
А: Вот и отлично
    У тебя три часа на сборы, потом едем за тобой
С: Жду
    Не забудь кое что
А: ?
С: Я тебя люблю
А: Дурачок, как я могу такое забыть
    И я тебя люблю

Антон выбрал одежду на выход, привёл себя в порядок, нацепил на руки и шею бижутерию и отправился на последнее его занятие по вокалу. Когда ещё он сможет попасть в ту студию, где он занимается, он понятия не имеет, но уж точно не менее чем через полтора года. Год в армии, ещё половина уйдёт на лето и ещё отдых после неё.

Время летит быстро, вот и началось лето. Мысли об армии в момент стали не хило душить Антона, особенно перед сном он никуда не может от них скрыться. Даже с головой под одеялом он не спрячется от собственных произвольных мыслях. Так же, ни с того ни с сего снова вернулись кошмары. Состояние немного ухудшилось, но пока ято ему удавалось это скрывать. Он понимал, что и Аня, и Саша — близкие люди и могут ему помочь, но он настолько не хотел их расстраивать, что продолжал молчать, зная, что они запрещают так поступать. Бить за это, конечно, никто его не будет. Наоборот, положит его голову к себе на плечо и начнёт успокаивать, говорить самые нежные и нужные ему в данный момент слова. Поддержка очень дорога.

Что ж, стоит напомнить и о Саше. После нехорошего происшествия весной, буквально накануне его дня рождения, ему сказали пить антидепрессанты. С того месяца он пробовал двое. Первые не оказывали на него никакого влияния, а вот вторые вполне помогали и было видно, что медленно но верно, тот идёт на поправку, в лучшую сторону. Даже побочки от них были не страшные: постоянно немного клонило в сон, бывало головокружение, но не сильное, потеря аппетита, но это почти полностью контролировал Антон, постоянно спрашивая, поел ли тот хоть что-то. Но, несмотря на это всё, Саша находил в себе силы на смех, прогулки, любовь. Любовь так же служила ему антидепрессантом.(От автора: хах я аж сразу вспомнила строчку песни: 《Среди тревог и вечной грусти стань мне антидепрессантом..》)

Закончив занятие, Антон сообщил об этом Саше и теперь направился вновь домой. Он заберёт некоторые мелкие вещички по мелочи из сумки, что на нем сейчас, переложит их в большую, переоденеться и, наконец, направится к Саше. Отвезёт их отец Антона, а дальше они сами.

Их ждёт свобода, любовь, тишина и природа...

Всю дорогу Антон с отцом, пока ехали забирать Сашу, вели речь как раз таки о нём. На удивление, именно Алексей не давал поставить в диалоге точку и задавал всё новые и новые вопросе о парне. Отвечать на них Антону не составляло особого труда, но порой хотелось сменить тему или вообще посидеть в тишине. Хотя, когда Антон вспоминал какие-то моменты для ответа на вопрос, самому было приятно вспомнить хорошее прошедшее.

Иногда Антон задумывался, с чего бы у отца такой интерес к его парню и в целом тяга к разговорам, но ответа не находил. В прочем, он не выдаёт ему каких-то тайн или более скрытой информации, так что беспокоиться не о чем. Лучше уж так, чем чувствовать себя так, будто едешь в одной тачке с психом с вечно мрачным настроением с желанием убить кого-то. Терпеть это быстро надоедает и именно поэтому Антон уже давным давно позволяет себе разговаривать с ним точно так же, как и тот относится к нему — будь то мат, крик или что иное.

Во двор они заехали ровно в тот же момент, когда за Сашей захлопнулась дверь подъезда.

— Добрый день, — Поздоровался Саша с отцом парня, сев в машину, а потом легко чмокнул в губы и самого Антона. — И тебе привет.
— Как жизнь? — Поинтересовался мужчина.
— Всё в порядке.
— Точно? — Переспросил Антон.
— Точно, точно.
— Сразу окно открой, не нужно тебе в духоте сидеть. Только смотри чтоб не продуло.
— Кстати, как долго ехать?
— Чуть меньше часа, не много.
— Хорошо.
— Придумали чем будете развлекать себя в поездке? — Спросил Алексей и машина двинулась с места с поворотом руля.
— Можно будет во что нибудь на словах поиграть, или же в карты, я взял, — Пожал плечами Саша.
— Отлично, если что я с вами. Как же хорошо, когда есть свободное время, вы даже не представляете, парни.
— С твоей-то работой да, я понимаю, — Сказал Антон.
— Ну что ж, как говорится, в путь. Саш, пожалуйста, проведи всё то время что будешь находиться с Антоном на даче с комфортом. Ни в чём себе не отказывай, на это место и так всем плевать в основном. 
— Я постараюсь, но не обещаю. Я очень благодарен вам и, в конце концов, возможности свалить из дома.
— Не трогай эту тему и не порть себе настроение.
— Как скажите, — Слабо улыбнулся Саша.
— Будете в "ассоциации"? — Подал голос Антон и отвлёк парня и отца.
— Начинай, — Одобряюще кивнул тот.

Время поездки пролетело вполне себе быстро и не скучно. Большую часть времени все убивали разговорами, играми на словах, а иногда специально делали паузы для слушания музыки и тем самым каждый давал голове отдохнуть.

За окном по началу был виден город, в каком-то роде официальные и деловые здания потихоньку сменялись более простыми и ранее построенными, растительности становилось больше, машин меньше. На душе сразу нарастало чувство покоя и безопасности. Могло быть и иначе лично для Саши, мол, его везут чёрт знает куда и всё такое. Но рядом с ним его любимый и невероятно надёжный человек, которому он доверяет, делится своими чувствами и жизнью в общем — он не посмеет его обмануть, иначе обманет и самого себя. Саша, когда они с Антоном поудобнее ложились в машине на задних сиденьях, бывало чуть не засыпал на парне, но сам себя отвлекаю от этого, он не хотел проспать некоторую красоту вне города. Когда он вообще в последний раз куда-то выезжал, не говоря уже о других странах и городах? Разве что в лагерь, прошлым летом. В прочем, всё у него впереди, в будущем так же с прекрасным человечком.

Через некоторое время уже стали видны небольшие максимум двух этажные частные дома, аккуратные заборы вокруг и какая-то часть территории за ними, которой хозяева распоряжались как хотели. Интерес на этой ноте обострился. Тут у Саши возникло одно маленькое "но" в мыслях, которые, в свою очередь, не сплетались в единую картинку. То место, куда они едут, Антон назвал дачей, но сейчас, когда перед его глазами наглядный пример домов, ни один из них так назвать нельзя ни в коем случае. Это однозначно лучше, красивее и дороже на вид, чем обычные дачи в его понимании. В момент даже стало слегка неловко, но Саша постарался отогнать это чувство. Вдруг он понял, что малейшее его напряжение как-то заметил Антон и взял его за руку.

Вскоре машина ближе подъехала к одному из домов, а точнее белому забору, окружающему его, припарковавшись.

— Приехали, пацаны, — Комментировал отец Антона. — Сумки на плечи и можете выметаться из тачки.

Парни сразу же покинули салон и открыли багажник чтобы забрать вещи. Оба имели с собой по одной большой спортивной сумке, плотно набитой. Плюсом Антон по привычке держал рядом с собой родную гитару.

— Ну? Чего стоим? Кота вы в машине оставляете? — Дёрнул бровями вверх Алексей. — Хоть бы проблеваться выпустили на минутку.
— Пап, не торопи, а, — Пробормотал Антон и захотел закатить глаза.
— Дай мне гитару на второе плечо, а  сам возьми переноску, — Предложил Саша и заранее протянул руку, жестом подзывая к себе. Антон передал ему музыкальный инструмент и сам взял переноску и теперь направился к калитке.
— Дверь открыть соизволишь? — Посмотрел Антон на отца с долей сарказма.
— Так уж и быть, — Усмехнулся тот. — Сколько мы тут не были?
— Всего год. Ну, лично я два.
— Точно. Ты променял это на лагерь, ахереть.
— Я не пожалел — это главное.
— Тоже верно.
— Да и, брось, без меня здесь было хорошо.
— Не спорю. Без твоей недовольной рожи всегда хорошо.
— Вот вот.
— Тебе не обидно? — Тихо спросил Саша, догнав Антона.
— Нет, это ведь правда, чего мне на неё обижаться.
— Не знаю, но звучит это не очень приятно.
— Забей.

Парни прошли на частную территориию и оставили вещи на веранде. Антон за одно выпустил кота из клетки. Тот от чего-то отряхнулся и не спеша зашагал вдоль дома.

— Не убежит? — Насторожился Саша.
— Не убежит, не бойся. Он знает где он, что можно и что нельзя, — Пояснил Антон.
— Как скажешь.

— Ну, вроде бы всё что от меня требовалось я сделал, — Сказал Алексей. — А это значит, что я могу оставить вас и ехать.
— Да, спасибо тебе. Надейся, что мы не разгромим хату, — Ухмыльнулся Антон.
— Вы уж постарайтесь.
— Спасибо, что согласились на идею Антона в целом. Для нас это ценное время, — Добавил Саша и положил руку на плечо парня.
— Переходи на ты, хватит уже.
— Не могу, — Коротко посмеялся тот.
— Хах, ладно, как знаешь.

Парни попрощались с отцом Антона и теперь пошли в дом. Там они разложили большинство вещей, а далее Антон рассказал что к чему, где и что.

Сам домик был не большого, но и приличного размера. Красивый, изящный и аккуратный, белого цвета с деталями их светлого дерева. На удивление лишней растительности вокруг было совсем не много и глаз она особо не смущала. На веранде симметрично по бокам распологались не маленькие цветы в больших и наверняка весомых вазах. Под одним окном стояла деревянная лавочка. Пройдя чуть глубже во двор нельзя было не обратить внимания первым делом на уютный уголок: двухместная качель с козырьком, рядышком кофейный столик, на самом деле слегка вкопанный в землю чтобы если что не удуло ветром, и небольшой фонарь ростом высокого человека, который зажигался от руки. Ещё дальше можно было увидеть две роскошные яблони. На одной из них висела большая мишень с разметками кругов. Саша хотел спросить для чего это, но сумел вспомнить слова Антона, что он умеет стрелять из лука. Помимо всего перечисленного было ещё много декоративных предметов которые добавляли уюта и говорили о том, что всё это дело рук людей со вкусом. Позади вплотную к дому так же была своего рода кладовая, в которой в основном хранится всякий редко используемый хлам.

— Вопрос не очень красивый, но много ли денег сюда вложено? — Поинтересовался Саша.
— Не сказал бы, — Подумал и ответил Антон. — Не было смысла заморачиваться над этим домиком, ведь мы знали, что будем бывать здесь, вероятно, не каждое лето. В холода здесь делать нечего.
— А ты правда умеешь стрелять из лука? — Всё таки переспросил тот.
— Да. Первое время было сложно, отец много психовал когда учил меня. Я бы даже сказал, что это расслабляет.
— Представляешь противного человека за место мишени и пускаешь стрелу? — Усмехнулся Саша, на что Антон тоже коротко посмеялся.
— Можно и так. Или же представляешь себя в роли Купидона.
— Хах, а ты так делал?
— Нет, я бы не стрельнул в свою любовь даже при такой роли.
— Но это было бы твоей обязанностью.
— Тогда бы я точно совершил самоубийство, — Ухмыльнулся Антон, открыл входную дверь и парни оказались внутри дома.

Внутри всё и вовсе было как в сказке смешанной с реальностью. Дизайн был выполнен в тонах относительно тёмной древесины, стены были объемно оформлены будто сделаны из брёвен, словно изба. Но при всём этом также были вставки и современного дизайна со светлыми тонами как и снаружи, например на кухне, на которой можно было оказаться всего-то повернув направо через пару метров от входной двери. Коридор был совсем небольшой и вёл лишь в ещё две маленькие комнатки. Если семья Антона оставалась здесь с ночёвкой, то родители спали в одной, а он с сестрой в соседней, так как на кухне было негде.

Пока Антон застрял на пороге, Саша тихонько прошёл до первой комнаты после кухни. Посередине у стены его вниманием сразу завладел мольберт, которой был накрыт тканью. Антон умеет рисовать... кажется, всё сходится.

— Тош, — Обратился он к парню. — Могу я взглянуть на мольберт?
— Мольберт? — Повторил Антон скорее вопросительно, чем утвердительно. Он попытался копнуть в памяти глубже, вспомнить хоть о каком-то мольберте, но ничего не вышло. Когда он вообще последний раз рисовал так масштабно? — Ради бога, — По итогу ответил он. — Я даже в душе не ебу что за мольберт.
— Ладно, тогда лучше не буду трогать.
— Если интересно, смотри здесь всё что хочешь, Саш. Мне нечего тебе запрещать.
— Ладно, как знаешь. Ты уж меня извини, иногда я до чёртиков любопытный.

Саша дошёл до мольберта и пальцами аккуратно подцепил ткань, за которой скрывался рисунок, а может и вовсе пустое полотно и стянул её.

Белоснежной пустоты он не увидел. Перед ним оказался прекрасный портрет, в который, видимо, вложили не мало усилий. Саша увидел свой же портрет — своё лицо, свои тёмные глаза с отблеском, два кольца в нижней губе, маленький аккуратный носик. Он даже сделал пару небольших шагов назад, а там на его плечо легла рука Антона, который в свою очередь стоял невозможно смущённый, но при том тоже немного улыбался.

— Я польщён... Ты это сделал, так? Больше некому, — Искреннее улыбнулся он и прикрыл рот рукой. Его глубокие карие глаза наконец снова засияли так, как никогда.
— Думаешь, получилось хорошо? — Неуверенно произнёс тот.
— Конечно. Иначе быть просто не может. Тош, у тебя руки золотые, ей богу.
— Я начал эту работу зимой, ближе к весне, когда был на пике своей влюблённости, а потом, не помню почему, попросил отвезти её сюда.
— Вероятно, он видел это? — Предположил Саша.
— Нет. Я запретил ему заглядывать под ткань.
— Вот оно что.
— Вообще, эта работа выполнена не до конца, надо будет доделать. Я бы ещё поработал над деталями.
— Если честно, мне очень интересно, что тебя сподвинуло на такую работу?
— Мыслей было невыносимо много и они все были заняты только лишь тобой, поэтому я решил попробовать передать их всех на холст.
— Порой мне не верится, что всё это происходит со мной. Кажется, всё что я переживаю это прекрасный крепкий сон, — Саша полностью развернулся и желанно обнял Антона. — Я тебя очень люблю.
— И я тебя люблю, котёнок, — Антон взаимно обнял парня и поцеловал его в макушку.

                                 ***

— Саш, ты дома? — Более громко спросил Антон, закрыв за собой дверь.
— Ураа, я уже было начал думать, что тебя черти съели, — Тут же с расслабленной улыбкой на лице вышел к нему на встречу Саша, но в целом вид у парня был достаточно сонный. — Конечно я дома, где ж я ещё могу быть.
— Я разбудил тебя? — Сразу заметил то Антон.
— Не, я не спал. Но видимо пора, а то глаза уже сами закрываются. Устал от этой жары очень, голова кругом.
— Ох, понимаю. Но сейчас на улице даже немного свежо в одной футболке, так что если хочешь можем пойти посидеть немного во дворе, а потом спать. Если, конечно, не боишься заснуть там.
— Тогда хотя бы будет повод оказаться у тебя на руках, — Тихо усмехнулся Саша и, подойдя к парню, обвил его крепкую шею руками, нежно поцеловав в губы. Сразу же почувствовал прикосновения холодных ладоней, что легли на его талию. Даже через ткань футболки он ощутил холодок, который сумел вызвать мурашки по коже. — Хотя, от сна на свежем воздухе я бы не отказался, разве что комары достанут.
— Любишь ты роман раскручивать, — Тоже улыбнулся Антон, в свою очередь почувствовав на своей шее горячее дыхание.
— Хочется просто. Ничего не могу поделать со своим желанием, тем более зная, что ты так же любишь меня и потому против не будешь.
— Люблю твои рассуждения. Ну, идём на улицу?
— Идём.

Ночью на даче всегда было безумно хорошо, этот покой всегда завораживал разум. По сравнению с городом здесь тишина и более чистый воздух, монотонный звук мелкой живности в густой зелёной траве, издалека звук поезда, но не такой, что мешал бы сну, в конце концов спокойствие.

Антон дотянулся зажечь один фонарь, который теперь приятно освещал короткое расстояние как раз таки окутывающее большую качель и маленький журнальный столик сбоку. Фонарь специально был сделан так, что зажигался от руки огоньком, это предавало особую атмосферу.

— Действительно прохладно. Удивительно, — Согласился Саша и поднял голову в тёмное чистое небо, полное звёзд. Совсем немного облачков плыли по небосводу, пропуская через себя свет, отражающийся от Земного спутника — луны. Подошёл Антон и накинул на его плечи небольшое тонкое одеяло, до этого лежащее сложанным на качели.
— Придержи, — Сказал он, имея ввиду два кончика одеяла на его груди. Саша исполнил просьбу, а Антон тут же легко подхватил его на руки и сел на качель, посадив рядом и закинув ноги на свои. — Кстати, когда ты поднял голову на небо, твои глаза были точно такими же, как оно само. Я имею ввиду тёмными, но бесконечно прекрасными и завораживающими.
— Я бы поспорил, кто из нас больше любит крутить романы, — Довольно усмехнулся Саша.
— Может быть. Мне просто хочется любить тебя.
— А я тебя люблю.
— Нужно поговорить на одну тему, заранее скажу, что она не будет приятной. Прости, что порчу романтику, но время на это выделить всё равно когда нибудь придётся, тем более времени осталось совсем не много, ведь лето, как никак.
— Что ты имеешь ввиду? И причём вдруг именно лето?
— Ответь на такой вопрос: когда проходят призывы в армию?
— Весной и осенью вроде. Точно по месяцам не помню.
— Правильно. Тебе-то беспокоиться не надо, лист, подтверждающий диагноз, сделать и гуляй, ты отмазан и не подлежишь этому всему-
— Я понял, о чём ты, — Поменялся в лице тот. — К осени тебя призовут в армию.
— Верно. Теперь, снова возвращаемся к твоему здоровью. Скажи, будет сильно тяжело прожить без меня год?
— Целый год без тебя? — Следом повторил Саша, словно в попытке пощупать эти слова на деле. — Я.. не знаю насколько, но разумеется, да.
— Я прекрасно понимаю, что не в лучшем состоянии сейчас здоровье твоего организма, поэтому начинаю с этого. К концу лета, сидя на препаратах, думаю, ты обязательно оклемаешься, но как раз таки к тому времени я уеду. Этим я совершу сильный удар? Начну всё заново?
— Я не могу ничего предсказать по поводу моей дурной головы. Препараты помогут мне это однозначно, я уже вижу небольшой результат, но вернусь ли я вновь в дерьмовое состояние при твоём отсутствии — понятия не имею.
— С другой стороны я подумал так, что к тому времени начнётся учёба, она будет отвлекать тебя от большинства мыслей. Но это может вылиться и в обратную сторону — она может угнетать тебя ещё больше.
— И ещё вариант, из-за плохого настроения я могу и вовсе забить на неё, чего не хочу и не могу себе позволить.
— Тоже плохо.
— Ага. А ты сам-то хочешь ехать? Просто, я уверен, чтобы отмазаться денег у твоей семьи уж точно хватит, только бы твоё желание.
— Да, я хочу отслужить, — Сказал Антон достаточно редкие слова.
— Вот оно что. Прости, что я не могу разделить всё это с тобой...
— Не думай об этом. Всё в порядке, в чем-то это даже хорошо, я не буду так переживать за тебя.
— Зато я за тебя буду пиздец как.
— Я понимаю, — Кивнул Антон. — Пойми меня, я не хочу кому-то врать лишь чтобы не служить, не хочу чувствовать где-то в глубине души этот осадок "долга" перед кем-то, я не такой уж и патриот конечно, но всё таки.
— Это всё так описывает тебя, — Слабо улыбнулся Саша. — Этот отъезд будет долгим, дольше чем любая наша разлука.
— Только на новый год я наверное так вот пропадал.
— О, да, точно. Я помню то время.
— И как? Сильно было тяжело? Хотя нет, сначала правильнее спросить: был ли ты на тот момент влюблён в меня?
— Да, был. Я не знал куда себя деть. Хотелось писать тебе каждые тридцать минут, но я не делал этого, думал, что буду отвлекать. Но иногда я не мог удержаться.
— Вот как.
— Постой ка, если ты пойдёшь в армию, тебя заставят убрать длину волос?.. — Казалось бы не такой уж и страшный вопрос, но для парней он значил многое.
— Вряд-ли, — Ответил Антон после не долгой паузы. — Скорее всего это бывший стереотип. В современном военном уставе это вроде уже не обязательное требование. Конечно, с короткой стрижкой будет в принципе удобнее и безопаснее-
— И ты готов пойти на это? — Не охотно, но перебил Саша Антона. — Представь сколько воспоминаний ты убьёшь.
— И то верно. Нет, конечно налысо я не собираюсь при любом раскладе и под ёжика какого-то тоже. Уберу где-то половину или чуть больше от нынешней длины, и всё, нахер пусть идут.
— Я не могу представить тебя без твоих прекрасных волос, — Антон вдруг заметил, что губы младшего будто бы немного тряслись, что было не хорошо. Если у человека на подходе слёзы, то это и характерно.
— Я рядом, не плачь пожалуйста, — Наклонил он его голову на своё плечо и начал поглаживать.
— Я.. нет, я не плачу, но об этом больно говорить. Извини, опять же, я не умею сдерживать эмоции.
— Да, я понимаю, но давай уже за один раз это всё переварим и всё.
— Хорошо.
— Теперь ещё вопрос: где ты будешь жить это время? Извини, что говорю такое, но я имею ввиду твоего отчима. Полностью дать отпор ты ему не можешь, как никак ты младше и слабее. Сам понимаешь, в принципе взрослому человеку сложно противостоять, в этом плане. Как сейчас отношения с ним? Сможешь жить с родителями?
— Сейчас меня никто не трогает — ни мать, ни отчим. Всё тихо. Меня просто конкретно игнорируют, так что всё вроде бы в порядке. Мне наоборот хорошо от такого отношения к себе, легче и спокойнее.
— Может ли быть такое, что когда я уеду отношение к тебе вновь станет не хорошим? Конечно, прямые слова о том, что отчим меня боиться это полнейший бред, но всё таки, кто знает что в голове у этих взрослых.
— Да, может. Так было с отцом. При матери он ко мне не предирался, а когда мама уезжала в деревню к бабушке на пару дней, когда та ещё была жива, или же просто была в ночную смену, отец легко мог ударить по несколько раз подряд. Бабушка всё равно меня недолюбливала, говорила, что я бездарность, так как дети по другой чьей-то линии были талантливее чем я, поэтому я не бежал к ней от отца, а смерть её меня ни капли не встревожила, как бы грубо и бездушно это не звучало. Не помню, рассказывал ли это, поэтому уточняю ради интереса.
— Плохо дело.
— Ты говорил, что мы обязательно купим свою квартиру, так может сделать это сейчас? Или ты хочешь как-то под заработать?
— Я тоже думал об этом варианте. Я рассказывал, что уже много лет каждый месяц родители выделяют мне несколько тысяч, а также то, что я от этих денег в основном даже половины не трачу, коплю. Думаю там уже хорошая сумма, но не знаю, хватит ли на квартиру.
— Дело ещё вот в чём — я не дам тебе всё тянуть на себе. Я понимаю, что я далеко не из богатой семьи и это уже не изменить, но всё висит чувство стыда. Получается так, что я действительно буду сидеть у тебя на шее.
— Я знал, что ты это скажешь. У нас нет времени тянуть с этим делом. Пока мы выучимся по профессии всё равно понадобится несколько лет. Не знаю как ты, но я эти годы уж точно не хочу жить раздельно.
— Ты прав, времени нет.
— Даже если прибавить стипендию с универа, думаю, она должна будет быть, сократить время получения денег удастся не на много. Последний вариант — просить у родаков, но этого мне почему-то не очень хочется.
— Пиздец, ничего не понятно. Ладно, смотри, такой вариант: если мы берём квартиру, то зарегистрирована она будет только на тебя, верно?
— Почему? Можем и на двоих же.
— Разве это не дают делать только людям, состоящим в браке? По логике просто получается я могу разделить квартиру с каким-то нн, бред ведь.
— Блять, походу придётся перерывать весь инет в поисках информации, — Тяжело выдохнул Антон.
— Как с этим всем в молодости справились твои родители? Если собраться как нибудь и расспросить их?
— Неплохая идея. Они мало об этом рассказывали мне, так что я бы тоже послушал.
— Ну, хоть какой-то маленький шаг вперёд мы запланировали, это классно.
— Точно.
— Слушай, Саш, а на счёт брака..-
— Только не зови меня замуж в восемнадцать! — Даже не дав парню договорить, засмеялся Саша.
— Да не об этом я! — Так же засмеялся Антон. — Как ты смотришь на то, если мы уедем из страны? Только представь, всё с чистого листа.
— Ох, ну да, в России мы преступники по сути, какой уж там брак...
— Ты, блять, так замуж хочешь? Я понять не могу.
— Не то что бы!
— Хотя, ты прав. Я к этому и вёл.
— Наверняка ты имеешь ввиду Германию, так?
— Ага.
— Погнали, че уж там.
— Ха, так просто?
— Заебало всё — всё знакомое, тем более не в лучших тонах и воспоминаниях. Хочу чего-то нового — такого, что с самого начала будет хорошим.
— Поверить не могу, — Вдруг Усмехнулся Антон.
— Во что именно?
— В то, что ты готов полностью довериться мне. Сам посуди: незнакомая страна, язык, правила и общество в целом. И в этом всём ты готов строить будущее. Поразительно.
— Мы, — Исправил того Саша. — Мы готовы к этому, я не один, поэтому мне не страшно.
— И всё равно я не понимаю.
— Не нужно. Просто веди и всё.
— Я люблю тебя, — Вдруг напомнил Антон
— А я тебя люблю. Ладно, пошли домой, ты устал наверняка. Мы обсудили всё, что хотели?
— Во-первых, вроде бы да, как нибудь потом просто кратко сделаем выводы, а во-вторых сейчас это не так важно, тебе спать надо.
— Как скажешь. Чай будешь? Я пиццу приготовил. Не отрава вроде, есть можно, хах.
— Правда? Ема ты умничка, пойдём. В конце концов, я тоже не шеф повар.
— Пф, я бы поспорил, — Поднялся Саша с качели вслед за Антоном, скинув со спины одеяло и, обратно сложив его, положил на место.

Парни зашли в дом, как полагается помыли руки и направились на кухню. Пока кипятился чайник, парни продолжили разговор.

— И всё таки, этот период я по живу с мамой и отчимом. Потом ещё немного покайфуем в России, а потом в Германию. Идеально, не правда ли? — Придумал Саша.
— Неплохой план.
— Знаешь, — Усмехнулся он. — никогда в жизни я не мог подумать, что буду жить с мужчиной и в целом свяжу свою жизнь с моим же полом. Но самое главное — я счастлив в таком раскладе.
— Открою тебе небольшую тайну. Я с детства никогда не засматривался на девчонок, — Поделился Антон. — Я всегда знал, что девушки не для меня, что я не той ориентации. Да и, всегда задумывался, а смогу ли я ужиться с женщиной? Ни с мамой, ни с сестрой, это немного другое.
— Так ты давно этого мнения...
— Ага. Не первый год по крайней мере.
— А я себя не понимал, поэтому считал себя "би". Я мог засмотреться на красивые волосы девушки, на её ресницы и изящные кисти рук, а мог наоборот — смотреть на широкие плечи и крупную спину парня и думать, что за таким я точно был бы в безопасности. И всё таки, я понял, что склоняюсь ко второму варианту.
— Я, пожалуй, редко задумывался о внешности и фигуре того или иного парня. Максимум делал акцент на пресс, и то просто думая, что хочу такой же красивый рельеф. Мне не нравятся сильно накачанные люди, это зачастую перебор и некрасиво.
— Хах, пресс у тебя конечно клёвый.
— Взгляни на себя, Саш. Твоё тело и вовсе способно сочетать на себе тонкую талию и при том пресс. Это же поразительно, не правда ли? — Напомнил Антон, склонив голову на бок.
— Кому-то это может показаться странным, — Пожал плечами Саша.
— А кто-то смотрит и думает, что это выглядит как мечта, — Тот сначала не понял о ком речь, задумчиво отвёл взгляд, но тут же вернул его на парня и, улыбнувшись, произнёс:
— Ты. Ты так думаешь.
— Кто ж ещё.
— Ну всё, прекращай, — С каждой фразой старшего Саша и в правду смущался сильнее. Вот оно, поведение человека, который в своей жизни не получал комплиментов.
— Про шею твою вообще молчу, — Усмехнулся Антон, подперев подбородок рукой на столе. — Фантастика.
— Ну Антон!
— Привыкай. Рядом со мной ты часто будешь слышать подобное.
— А вдруг я стану зависим от этого?
— Только не говори мне, что боишься этого, — Слегка удивился Антон, тон голоса выдал его.
— Не знаю. Я никогда не знал, что такое длительная дружба и уж тем более отношения, поэтому реагирую на некоторые вещи чуть иначе, чем нормальные люди, извини.
— Остановись, — Прервал Антон парня перед тем, как он хотел начать следующую фразу. — Что значит нормальные? Саш, с тобой всё в порядке, пойми это наконец. Если ты не чувствовал то, что чувствовали другие, это не делает тебя странным и в общем каким-то не таким.
— Мне нужно время, чтобы до конца понять это.
— Ограничений нет. Но чем быстрее ты это поймёшь, тем быстрее тебе станет легче, — Антон поднялся с дивана, сделал несколько шагов вокруг стола и оказался рядом с Сашей, после чего не торопясь обнял его, легко плцеловав в щёку. — любовь моя, — Прошептал он.
— Я тоже тебя люблю, — Так же шёпотомом сказал Саша. — Сколько тебе сахара? Чайник закипел.
— Одну.
— Как скажешь.

                                ***