•У него белое сердце•

Сентябрь. Дождливый, пасмурный — всё как всегда. С первых же дней погода поменялась как по щелчку пальцев: небо практически каждый день было серое и пасмурное, часто шли дожди, а листья деревьев красились в тёплые оттенки жёлтого, красного и оранжевого. Температура постепенно понижалась. Каждая ночь становится всё длиннее, тем самым увеличивая количество мыслей, что дико мешают уснуть.

В школе же начало года приносит не мало неудобств. Потребность новых вещей, срезы и проверочные работы на оставшиеся знания с прошлого года, и самое главное — приходится рано вставать, ведь это первая смена. А ведь в семь утра летом кто-то только приходил домой после весёлой тусовки. Редко, но и такое бывало.

Антон, Саша, и другие знакомые нам подростки перешли в последний, одиннадцатый класс. Какое счастье, что они вообще сумели попасть в него, не завалившись в переходе в десятый, но этот год будет особенной нервотрёпкой, каким и был девятый. Это те года, когда школьники ужасно переживают на тему сдачи экзаменов. Даже те, кто все года учился на одни пятёрки, со спокойной душой не сидят. Всякое может произойти.

Антон, ради приличия обговорив эту тему с родителями и по своему собственному желанию, после окончания школы принял решение пойти в востребованную сейчас сферу маркетинга. Если быть ещё точнее, интернет-маркетинга. Это будет сложно, но он справится. Стоит напомнить, отец Антона — хозяин строительной компании и большой человек в городе и даже, можно уже смело сказать, в стране. И именно поэтому, когда тот выучится на данную профессию, то постепенно втянется в коллектив отца и станет помогать, при том продвигая и его бизнес, и зарабатывая самому. Всё складывается хорошо и взаимосвязанно.

Саша же предпочёл посоветоваться на эту тему с другом, хоть это возможно и не самое умное решение. Слушать родителей по этой теме он не желал от слова совсем, так как те тянули на то, чем он сам заниматься в жизни бы не стал: к примеру, на юриста, бухгалтера или врача. Не его это, вообще не его. Антон советовал идти в то, что сейчас наиболее связано с интернетом, что будет востребованно в их век. К тому же, Саша, как и он сам хорошо разбирался в информатике и программировании. Конечным решением было бросить вызов такой профессии, как тартетолог (заниматься настройкой и введением рекламы).

Мнения парней, конечно, ещё могут успеть поменяться. Это ответственный выбор каждого человека, и поэтому парни по сей день думают об этом.

...Итак — первое сентября.

— Ты всё ещё жив, — Расслабленно, и заметно только для Саши, улыбнулся Антон, подняв голову на идущего на него друга. Но тот выглядил весьма сонным с полузакрытыми глазами и сейчас вовсе прошёл мимо. На это Антон коротко посмеялся и через пару шагов догнал его, остановив за плечи. — Ха, что это с тобой?
— Ох, извини, — Сразу же тепло улыбнулся Саша и повернулся, по старой привычке обняв близкого друга. — Просто не выспался.
— И чем ты занимался всю ночь?
— В Доту гонял.
— Ничего себе, не перестаёшь удивлять своими мелкими глупостями. И что же, как успехи в одиночку, когда никто не прикрывает задницу от всяких идиотов?
— Да, признаю, было очень не просто. Собственно, толком ничего и не получалось, но хотя бы теперь лучше ориентируюсь в управлении.
— Хорошо. Поймёшь как правильно и практичнее составлять комбинации — вообще любое желание исполню.
— Спорим? — Рискованно, но бросил Саша и протянул руку.
— Хорошо, — Пожал тот.
— Ты брал что нибудь из еды? Я капец как есть хочу, не ел с утра.
— Нет. Решил чередную голодовку- — Начал было Антон, как тут же получил вполне ожидаемый подзатыльник. — Ожидаемо, — Усмехнулся он и озвучил ту мысль.
— Ты с ума сошёл? Ты чем думаешь? Какая к чёрту голодовка? У тебя недостаток веса, ало! — Словно отчитывал того Саша, не понимая подобных глупостей. Ему важно, важно здоровье этого парня, а тот его только загоняет в могилу.
— Я не хочу набирать вес... Когда-то давно я ругал себя за это, каким способом ты сам можешь догадаться. Ну, и там раз голодовка, два, три, и понятие "нормально питаться" у меня вовсе вышло из строя.
— Головой думаешь вообще? Тебе нужен вес, без него ни мышечную массу нормально не наберёшь, ничего.
— Сомневаюсь.
— Хотя бы попробуй послушать меня. Твоя позиция меня не устраивает, это не нормально. Тут и до рпп не далеко.
— Я узнаю тебя, спасибо, — Вдруг немного улыбнулся Антон.
— В смысле?
— Ты переживаешь за меня. Причём сильно, что не укладывается в голове и не поддаётся вопросу "за что?"
— Ну, — Сделал паузу тот. — конечно, я переживаю за тебя. Потому что ты мой друг, начиная с этого.
— Идём уже, друг.

Всё время разговора парни, скрывшись в толпе, простояли сзади неё, в сторонке. Ни на речи директора, ни на исполнении государственного гимна они можно сказать и не были, за что потом конечно же получили замечание. На него так же было всё равно. Вдвоём им лучше и веселее. Парней нельзя было назвать ярыми патриотами.

Сегодня, хоть и праздник, было мало людей в классе — человек так пятнадцать. Многие были без школьных принадлежностей, никто не собирался что-то зубрить в первый же день. Никто ещё не отошёл от каникул, вернуться в рабочее состояние было не просто.

Парни как ни в чём не бывало шли на очередной урок, как вдруг услышали бег сзади. Казалось бы, ничего такого, бегать может каждый и от кого угодно, но это было неспроста. В миг Сашу кто-то хватает под руку и в следующую секунду уже просто идёт рядом, держа под ручку. Немного напугавшись, он повернул голову и увидел рядом с собой девушку — свою одноклассницу, но диалог первая начала она

— Ох, Саша, прости, что напугала, — Улыбнулась Юля. — Классно выглядишь сегодня!
— Чего? Ну, спасибо, что-ли, — Ради приличия в ответ улыбнулся он. Он давно не слышал подобное в свою сторону, а точнее... никогда. Одноклассники никогда не считали его частью коллектива, ведь для них он — словно ходячяя шутка, на которую можно тупо забить, а можно и поиздеваться. Подростки жестоки.
— Слушай, сядем сейчас вместе на географии? Я бы хотела поговорить с тобой так, ведь мы общаемся в интернете, а в живую не привыкли.
— И то правда. Ладно, я не против.

На последок вновь улыбнувшись, Юля догнала своих подруг, а к Саше тут же подошёл Антон, который перед тем где-то отстал.

— И что это было? На неё это не похоже, — Пробурчал он.
— Да, согласен. Но в интернете она действительно неплохая девушка, так что можно и попытаться построить общение в живую. И, если честно, она прикольная... Ну, не настолько, чтобы прям нравится мне, но в ней что-то есть.
— Хах, если вдруг влюбишься, будет забавно. Не бойся говорить мне о своих чувствах, я никому не проболтаюсь, могу дать обещание, а их я всегда сдерживаю, сам знаешь.
— Спасибо тебе. Как же хорошо, что ты всегда рядом.
— Без проблем.

Мысли Антона: Да уж, знал бы ты, что я думаю так же как и ты о ней — в тебе как будто что-то есть...Чёрт, я не понимаю, что за странное чувство меня преследует последнее время, но оно явно настораживает. О боже, он же просто друг, почему я не хочу чтобы он отходил от меня. Это невероятно странно. И вообще, я сейчас словно приревновал его к ней?... Быть не может. Я не мог влюбиться, не мог ведь...

На географии Саша, как и договаривались, сел вместе с Юлей, а за одно так получилось, что и с компанией, в которой есть она — в основном, тоже девушки. Антон же предпочёл сесть подальше и в одиночестве весь урок слушать музыку в наушниках, но, кажется, его планы оборвались, когда его окликнул женский голосок.

— Антон, я подсяду? — Подошла к нему Марго.
— Другого места нет? — Вырвалось с его уст, но в душе грубить он не собирался.
— Это означает — нет?
— Садись, так уж и быть.
— Спасибо. Я ведь надеюсь, ты не собираешься ничего делать? А то "привлёк бы внимание", а я собиралась филонить.
— Я ничего не буду делать.
— Идёт. Что слушаешь? — Обратила она внимание на наушники.
— Rammstein.
— Ого, нравится песни на немецком?
— Нравится их музыка, а текст для меня как на русском, без разницы.
— Прикольно, что тебе удалось выучить перевод. — «Ладно, она от меня не останет,«—Подумал Антон, и объяснил:
— Я знаю немецкий язык, воо что имел ввиду.
— Серьёзно? Ты знаешь немецкий? — Приятно удивилась Марго. — Ничего себе, круто. Хах, это наверное через чур банально прозвучит, но скажи что нибудь на этом языке.
— Es ist wirklich kitschig, — Усмехнулся тот. (Перевод: это действительно банально, или глупо, в переводчике по разному).
— Красиво. Вы с Сашей поссорились что-ли?
— Меня начинает напрягать твоё любопытство. Нет, не ссорились. Тебе-то какая разница?
— Никакой. Но мне чисто интересно, как он сумел заполучить твоё доверие.
— Заполучить? Нет, это совсем неправильное определение. В чём-то мы очень похожи, а в чём-то очень разные и это тоже прекрасно. Мы дополняем друг друга тем, что нету у одно из нас и так же в обратную сторону.
— Романтично.
— Эй, нет! — Возразил Антон и вынул из уха наушник, дабы лучше слышать человека рядом.
— Ладно, ладно, — Посмеялась Марго. — Не знаю, как по мне, он скучный, так ещё и через чур эмоциональный. Другие арни говорят, что он стал походить на бабу, когда начал отращивать длину волос.
— А я тогда кто? — Представил он.
— О тебе они молчат. И, скажу честно, побаиваются.
— И почему же?
— Ну, посмотри на себя, ты идеал и с этим не поспоришь: красивое телосложение, стиль, внешность и так далее. Они не твоего уровня, поэтому-
— Они не видели меня в открытую, так что исключительно на внешних видимых фактах делать выводы глупо.
— Ладно. Но в центре внимания — происшествие с Глебом. Не каждый способен на такое. Они-то знают правду, но так же молчат.
— Правильно, что молчат.
— Ты силён, умён, творческая личность, за тобой бегают толпы девушек — как тут не завидовать.
— Они просто не могут повторить мой успех, вот и вся проблема. Уже смешно это слушать. — Выдал Антон и положив под голову руку лёг на парту.
— Ещё и хорошую самооценку можно сюда приписать, — Усмехнулась девушка.
— Не сказал бы.
— Понимаю тебя. Я тоже не люблю себя.
— Не рассказывай о слабостях незнакомым людям.
— Ты мой друг, разве не-
— Нет. Я не твой друг. — Перебил Антон Марго.
— Ладно, я поняла, что ты сейчас не в настроении общаться, — Подытожила она.
— Вряд-ли когда-то я буду в настроении с тобой, — Скользнула ухмылка на лице парня.
— Вообще-то обидно.
— Не бойся, я не пожалею, что сказанул такое.
— Да как ты можешь так просто такое говорить...
— Легко и просто, — Сел Антон и пальцем максимально слабо ударил по носу девушки. — Шучу я, дурочка.
— Не пугай так, — Улыбнулась она, и даже немного заметно покраснела, что поняла сама и отвернулась от парня. Сейчас, если б это был Саша, Антон наверняка бы потрепал того по волосам или вовсе обнял, но нынешнее неожиданное желание прикоснуться к человеку рядом он сдержал. Не тот это человек.

Под конец дня, когда всех уже отпустили и некоторые ещё просто стояли у ворот школы и общались, Саша предложил, а точнее даже попросил Вику, чтобы та уделила ему буквально двадцать минут, гуляя в парке. А позже, когда Антон с Артёмом пошли в одну сторону, а они в другую, он объяснил свою просьбу.

Нужно было поговорить. И поговорить на ту тему, в которой девушке более умны — чувства.

Да, по правде сказать, последнее время Сашу терзают сомнения как раз таки по поводу своих чувств. Он не понимает их. В сердце словно бушует шторм, но чего он хочет добиться — вопрос, ответ на который он найти не может.

...— Хорошо, я поняла тебя. Тогда давай, ты сам обо всём расскажешь, а я перебивать не буду.
— Я не знаю что мне делать и о чём лучше думать. Понимаешь, Юля и Антон — они оба классные... Я даже описать этого не могу. Юля хорошая девушка, красивая и жизнерадостная. Я не уверен, способна ли она предать и предпочту об этом не думать. Хотя, Антон сказал бы, что стоило бы... Ладно, о нём позже. Те самые переписки с ней ночью — божечки, это такая атмосфера! У меня как будто бы в глубине души есть какие-то чувства к ней, но я очень сильно в них сомневаюсь, а по сути, в чувствах не сомневаются, если они истинны. Вот и первая загвоздка. Хорошо, теперь об Антоне. Я... Я даже не знаю с чего начать, он идеален. Я абсолютно серьёзно! Помнишь, что он рассказывал нам в лагере? Всё, что умеет, а может ещё и не всё. В целом: внешность, тело, любовь к творчеству — гитара, пение, рисование. Он знает немецкий, его речь на любом языке великолепа. Стильно одевается, всегда поддержит. О его зелёных глазах я и вовсе лучше промолчу, они бесподобны... По секрету должен признаться, что мы уже даже сливались в коротких поцелуях. Нам обоим, видать, не хватало их. Это тактильный голод, может быть... Пропустим. Он ни с кем не обходится так вежливо и честно, как со мной. Ну, не считая его сестры. Правда, на счёт поцелуев он говорил не брать это в голову, что это я не имеет значения, и что на те моменты у меня просто было не лучшее состояние, а этим он успокаивал меня. У него есть место в моем сердце, которое никто другой никогда не смог бы занять. Это удивительно, ведь у меня было несколько именно лучших друзей. Правда, сейчас мы не общаемся: не трудно догадаться, что с моим везением меня бросили и быстро нашли замену, но суть в том, что они были совсем другие и какие-то одинаковые. Антон особенный. Представить свою жизнь без него уже кажется чем то нереальным, она была бы ужасно скучной и не интересной. Он показал мне, что значит чувствовать себя в безопасности рядом с человеком, а не в собственном доме, где живёшь с рождения. Это ведь другое, — Продолжал Саша. — Уже молчу про его прикосновения: от них сердце бьётся в сто раз быстрее. Уже выходит так, что о нём у меня огромное количество впечатлений, правда? Ладно, пожалуй, я приостановлюсь и хочу послушать тебя.

Сейчас Вика внимательно всё это слушала, ведь понимала, что к вопросу нужно отнестись серьёзно и с пониманием.

— Ох, сложно мне конечно сейчас будет сориентироваться. Но суть в том, что ты решаешь вопрос о любви, верно?
— Я не знаю. Антон, он же...
— Парень? Ну и что с того? Любить его никто не запрещал. Саш, если на то пошло, то в любви к мальчикам нет ничего такого.
— Ладно, допустим. Но Антон всё равно никогда меня не полюбит.
— С чего ты взял? Всё возможно.
— Брось, я ему не нужен.
— Ложь. И всё таки, он тебе нравится, так? — На прямую спросила Вика.
— Что-то вроде того, — Признался тот.
— Поняла. И Юля тоже?
— Тоже. В этом и проблема — я между двух огней.
— Вот оно что. Знаешь, и всё же я тут не особо советчик. Этот вопрос должен решить ты сам, потому что это твоя жизнь, я не могу решать что-то за тебя. Тем более вопрос стоит о любви. Я не знаю, что именно ты чувствуешь к каждому из этих людей, ведь некоторые чувства и словами  передать невозможно.
— Ладно ты права. Наверное, я глупый вопрос задал.
— Всё в порядке. Но мой тебе совет, к кому больше тянет — тот твой человек. Хотя, по-моему, тут всё очевидно.
— Я понимаю, но определиться не могу. Возможно, нужно время, не знаю...

       ***Как-то в конце лета....***

...
— Да, было весело, когда та с параллели упала!—...
— Слушайте, а давайте Сашку немного погоняем? — Вдруг предложила Юля.
— Я всегда за погонять щенка, — Поддержал Глеб. — Но в этот раз чур я на второй план. Мне нельзя высовывать нос далеко, пизды получу.
— Идея шик, но теперь он не один — грёбаный Манн рядом, — Кивнул Эдвард.
— Тоже верно. Та ещё заноза.
— И вообще, могли бы как нибудь несколько человек собрать да проучить его хорошенько разок!
— Эдвард, мы не тупые. Вспомни, он нас троих в соло вывез, а значит, способен на многое. Пусть даже не сила, хотя она тоже, но он умён, а с этого вывод: обведет вокруг пальца нас, а мы и не заметим.
— Боже, ни одно дело нормально решить не можете. — Оборвал парней Юля, устав слушать пустой трепет. — Можно сделать так, что я как нибудь соблазню Сашу якобы к нам в друзья, а дальше видно будет. Тем более, я давно об этом думала, и в интернете его ближе к себе подпустила.
— Раз так, могу я бросить тебе вызов? — Усмехнулся Глеб, нагло подняв подбородок девушки на себя.
— Чего хочешь? — Ядовито улыбалась та.
— Представим, что мы сыграли в "правду или действие". Твоё действие заключается в том, чтобы ты провстречалась с Сашей какое-то время, а потом бросишь его и делай что хочешь. Пять тысяч получишь, так уж и быть.
— То-тоже! Глеб, а ты умён когда не надо. — Похлопал Артур.
— А знаешь, договорились. Значит так, когда мы начнём встречаться я не знаю, но ближе к зиме, а ты пока что задавай время, — Согласилась на сделку Юля.
— Долго тебе с ним самой остачертеет, так что... пускай две недели.
— Пф, запросто.
— За поцелуй добавишь ещё тысячу?
— Идёт.
...

Вот с чего началось всё это — то, о сути чего никто и не догадается. Очередной спор. Спор на чьи-то чувства. Лишь время будет править этой игрой. Оно и начнёт её, и вовремя остановит.

Почему Глеб, даже после достаточно жестокого и твёрдого предупреждения, всё равно пошёл на это? Так потому, что идея не его, и это он посчитал в кранем случае отличным аргументом в свою защиту.