Шепот Дьявола

***
Чонгук

Ночь — самое прекрасное время суток. В такие безлунные ночи, как эта, я жажду крови. Двести лет назад меня изгнали из Преисподней, так что теперь приходится находить веселье в мире смертных. Главное не уподобиться им в их мелочной грызне. Но это мне не грозит — я хладнокровен до власти, и уж тем более до человеческих эмоций.

Недавно в городе появился маньяк, который прозвал себя «демоном». Ненавижу, когда боятся кого-то, кроме меня, и когда люди пытаются строить из себя тех, кем не являются. А уж человеческому мусору прикрываться словом «демон»... Попахивает гнилью.

Последние две недели я не обращал внимания на Лису и свои мысли о мести лишь потому, что искал этого маньяка, и вот он найден.

***

Демон приблизился к одному обветшалому деревянному домишке, расположенному у городского парка, который плавно перетекал в лес. Усмехнувшись, Чон вышиб ногой ветхую дверь и зашел внутрь. Чутье и его надежные источники не врали. Здесь скрывался маньяк, который уже успел убить десяток женщин.

Прислушавшись, Чонгук понял, что в доме он не один. Пульс, неровный и прерывистый, резал его слух, а запах крови бил в ноздри.

Тишину нарушил свистящий звук ножа, брошенный в демона, от которого он с легкостью увернулся. Вскоре от темной стены за шкафом отделился немолодой мужчина.Чон лишь хмыкнул, глядя в безумные зрачки маньяка, смотря на его трехнедельную щетину и чувствуя вонь, исходящую от него.

— Ты опоздал,Чон Чонгук. Теперь я такой же, как ты, — голос незнакомца посвистывал, словно у него не хватало передних зубов. Но не это удивило демона. Человек знал его настоящее имя. Более того, от него больше не пахло человеком. — Ты пришел к нам мстить за кровь убитых? — мужчина с безумным перекошенным лицом стиснул в руках серебряный кинжал. — Она предупреждала, что ты придешь. Для меня честь убить такого демона, как ты.

Вдруг десятки свечей зажглись в ветхой лачуге, и на полу Чонгук увидел магический круг, а затем и десятки теней, которые вдруг стали появляться в комнате. Злоба и бешенство пробрало демона до дрожи, когда он понял, что ошибся. Это был не просто маньяк, прикрывавшийся словом «демон».

— Жалкий человек! — Зарычал демон, обнажая клыки и рога. Ногти моментально превратились когти, а кожа уплотнилась под стать чешуе. — Продал душу, чтобы уподобиться нам, бессмертным? Ненавижу выносить мусор вроде тебя.

Демон бросился на мужчину, но дорогу преградили бесплотные тени, удары которых были вполне реальными. Глаза Чона полыхнули багровым, и он призвал свой призрачный двуручный меч, чтобы разрубать тени. С визжащим криком они обращались в дым, а демон не успокоился даже когда убил последнюю из них. Убрав меч, он подлетел к мужчине и пробил кулаком его грудную клетку, доставая черное, еще бьющее сердце.

— Какая гниль, — свирепо пророкотал Чонгук. — Кто рассказал тебе про ритуал? Что еще за она? Кто сказал мое полное имя?

Новоиспеченный демон стоял с потухшим взором, тупо глядя, как из его пробитой груди хлещет кровь.

— Я теперь бессмертен. Можешь забрать сердце. Мне не больно! — безумно крикнул он, наблюдая, как Чон сжимает его все еще бьющийся орган. — Я тоже демон.

— Мусор, возомнивший себя демоном, — демон прорычал несколько фраз на латыни и сжал кулак. В тот же момент глаза мужчины почернели, а в уголках рта появилась кровавая пена.

— Что ты сделал? Мне больно! Как? Я же теперь демон! — мужчина, не веря своим глазам, посмотрел вниз, где его ноги вдруг начали быстро разлагаться. То же стало происходить и с телом.

— Ты хотел стать демоном, но ты станешь лишь бесплотной тенью. Наподобие тех, что призвал себе в помощь, чтобы справиться со мной. Не важно, кто тебе сказал мое имя, он не учел, что со мной не могут справиться даже высшие демоны, не то, что новорожденная дрянь, —Чон снова принял человеческую форму и покинул лачугу. Напоследок, он обернулся, глянув на дом. В зрачках вспыхнул огонь, а затем вспыхнул весь дом.

Успокоив злость,Чон направился в излюбленный трактир, где всегда покупал спиртное. Собственные запасы бренди почти закончились. Каково же было удивление демона, который уже привык не удивляться, когда он увидел там папашу Лисы в компании светской шлюхи. Даст ни сколько не казался убитым горем. Наоборот, он счастливо смеялся и периодически лапал свою пассию за интимные места. «Обожаю безлунные ночи.»

Не церемонясь, Чонгук направился к Лии Донуку, который подавился смехом при одном взгляде на демона. Улыбнувшись даме, демон выволок Ли наружу и протащил вплоть до самого переулка. И только потом телепортировал с ним в дом главы Гильдии Убийц. Не прибегая к трансформации, Чонгук просто с силой швырнул Донука в стену, сломав ему несколько ребер, которые вот-вот начали заживать. Также молча, он приблизился к нему, и неожиданно заехал кулаком в челюсть, сломав ее в трех местах. Лицо главы Гильдии превратилось в кровавое месиво.

— Мало того, что ты перешел мне дорогу, — начал демон, театрально потерев виски, — ты еще дурака решил из меня сделать?

Донук тихо мычал, из-за сломанной челюсти говорить было довольно сложно, а от боли хотелось потерять сознание.

— А, тебе больно, — с каким-то садизмом продолжил демон и наступил мужчине на ногу, сломав ее в голени. — Кивни, если да, — на что, Донук со слезами закивал, как болванчик.

— Отлично. А теперь кивни, если тебе и вправду плевать на свою дочь. Я жду правду, иначе будешь умирать очень долго.

Ли Донук со стоном кивнул, с мольбой смотря на демона.

— Мне пришла на ум одна мысль, — вдруг сказал демон, прищурившись. — Ты слишком труслив и туп, чтобы убить мою воспитанницу в одиночку. Кто тебя надоумил?

Ли закрыл глаза, но через секунду снова распахнул их в гримасе боли, потому что демон сломал ему еще одну ногу. Из последних сил Донук взглядом указал на тумбочку в углу и приготовился умирать. Но это было бы слишком просто.

Чон во второй раз за вечер шепнул что-то на латыни, и Донук почувствовал такую боль, что все сломанные кости показались детским лепетом. Словно саму его душу жгли на костре. Перед самой смертью Чонгук сообщил ему, что самолично проклял его, и теперь все в Преисподней будут знать, что он перешел дорогу демону. А там, несмотря на изгнание Чонгука, свои правила. И девять кругов ада только начало для гнилой души Ли.

Оставив труп на полу,демон приблизился к тумбе и вытряхнул все ящики. Нужным было только одно письмо, еще хранившее сладковатый запах духов. Аккуратный почерк сообщал полное имя Чона, писал о просьбе убить его воспитанницу Ли Чжи Ын, подробно описывал, как должно произойти убийство и обещал баснословную сумму денег за выполненное задание. Осмотрев письмо со всех сторон, понюхав еще раз бумагу и всмотревшись в каллиграфический почерк, демон криво усмехнулся.

— Женщина. Богатая дворянка. Злая. Знает, что я — демон. Осторожна. Умна. Очевидно, что она рассказала про ритуал тому забулдыге, возможно даже подкупила его. Она за что-то мне мстит. Что же, мы сыграем в эту игру, — письмо вспыхнуло в ладони Чонгука и обратилось в горстку пепла.

Демон собрался идти домой, как вдруг стекло разбил пущенный в ночи серебряный нож, прошедший между ребер демона, чуть не задев легкое. Резко достав его, он увидел, что серебро заговорено и призвано из Преисподней — обычное оружие он бы почувствовал заранее и увернулся.

— Следующий ход за мной, дамочка, — Чонгук с хлопком исчез.