ᴅʀᴇᴀᴍ

Холодное здание аэропорта. Быстро сменяющий себя поток людей и раздражающий голос, что напоминает о посадке очередного рейса. Лиса бы никогда сюда не пришла, вот только другого выхода попросту нет. Она уже в сотый раз смотрит на часы, проверяя то, как медленно передвигается стрелка и сколько долго ей ещё сидеть, слушая назойливую музыку, которая за всё это время вкрапилась в мозг и играет не просто на всё это здание, но ещё и у неё в голове. Лиса никогда не думала, что этот день настанет. Что она придёт в этот аэропорт снова, вот только чтобы встретить её, а не молча проводить улетающий самолёт через панорамное стекло зоны ожидания. Интересно, даже былых слёз нет, сейчас переполняет только злость и неизбежное чувство раздражение ко всему, что движется. Её до жути раздражает этот бесконечный поток людей, раздражает звук и какой-то надоедливый шорох буквально с каждого угла этого здания. Абсолютно всё - бесит, вызывая надоедливое покалывание в голове.

Чёрт бы тебя побрал, Пак Чеён.

Как объясняла девушка, её рейс должен прийти в шесть вечера. Это значит только то, что Лиса прибывает тут уже порядком около часа. И всё потому, что выбрав другое время она обязательно опоздала бы или того хуже вообще передумала её забирать. В какой-то степени это единственное, чего действительно не хочется. Видеть Пак Чеён, разговаривать с ней,терпеть её пребывание и теперь наверняка постоянные звонки. Могла бы и дальше не снимать розовые очки, чтобы никогда в своей жизни не вспоминать кто такая Лалиса и почему у неё перед ней остался грешок. По крайней мере, от этого всем было бы намного проще.

Хотя, кто знает как сильно мучала себя Розе, возможно, она думала о их расставании каждый день, возможно, что продолжает думать и по сей день, а все эти годы безрезультатно пыталась найти в себе силы, чтобы позвонить и чтобы не заныть в первую секунду, как трубку поднимут. По правде говоря, Лиса почти уверена, что так оно и было. Пожалуй, только для Чеён внутренняя слабость и неуверенность может так долго удерживать в планку, не давая даже малейшего намёка на свободу от этих постоянных оков. Она сама себя в них заключила, так пускай теперь сама и выбирается.

Лисе должно быть всё равно, вот только она совсем не свойственно для себя продолжает думать о том, как себя повести, что сказать и как долго смотреть в глаза, чтобы это выглядело как обида, а не вечная привязанность. Лиса больше всего боится, что стойкость и вся её холодность разрушиться в ту же секунду, как Розе остановится напротив и моляще посмотрит в глаза. Лиса просто ненавидит себя за то, что уже сейчас готова простить её, минуя все глупые предубеждения и просто здравый смысл, который велит одуматься. Что ж, если самого жестокого наказания не наблюдалось все эти годы, то это значит, что оно скоро наступит. Примерно через пол часа.

"Рейс Мельбурн - Сеул" - твердит женский голосов и Лиса непроизвольно вздрагивает, снова переводя взгляд на часы и понимая, что время слишком быстро истекло. Сердце невыносимо стучит, когда мысли сами собой напоминают, что до встречи с ней остаётся всего пару минут. От этого так же плохо, как и в тот раковой день. Но если тогда Лиса навсегда себя потеряла, то сейчас вовсе не видит того света, который кажется должен оповещать, что всё восстановлено и прежняя Лалиса найдена. Она исчезла пару лет назад и сейчас очень странно было бы пытаться найти её в этих стенах. Кто не пропадал от ухода любимого человека, у того всё впереди. Эта жизнь слишком жестока, чтобы обойти кого-то стороной. Наверное, это приятно, доставляет людям невыносимые страдания.

Она поднимается совсем неохотно, оглядывается по сторонам, смотрит на то, как люди спешат к назначенному месту, выстраиваются в некое подобие полукруга, чтобы встречать тех, кто им дорог. Лисе не дорог этот приезд, он причиняет ей боль. Однако она всё же останавливается рядом, чтобы не пропустить столь грандиозное событие, которое наверное должно ознаменоваться в эту ночь переигранно-сильной грозой. Погода так и не стихала до этого времени, а по прилёте Пак Чеён и вовсе сойдёт с ума. Дайте ей выбор и она снова навсегда забудет что такое двери аэропорта, пожалуйста.

Знаете, все люди абсолютно одинаковые, они проходят мимо со своими чемоданами, встречаются со знакомыми лицами и рвутся к ним в объятья. Наверное, это приятно встречать любимого человека или хотя бы того, кого ждал, не спав ночами и пролив кучу слёз по его отсутствию. Подождите... Лисе совсем не приятно.

Пак Чеён изменилась. Честно сказать, Лиса вовсе не думала увидеть перед собой настолько изменившуюся модель, которая пыталась вырисовываться другими образом в голове. Она красива, но всё такая же менее официальная и серьёзная. Совсем ни такая девочка, которой была в прошлом, хотя прекрасно видно, как сильно она старалась сохранить эту неподдельную индивидуальность за столько лет. Черт возьми, она просто безумна. Дыхание перехватывает, но Лиса бездумно продолжает играть в эти гляделки, пока девушка скатывается вниз на эскалаторе, пока она направленно идёт к ней и когда останавливается в паре метров, наверняка пересиливая себя, чтобы не кинуться на шею и не наговорить лишнего. Иногда это лишнее является самым необходимым, а гордость и предубеждения являются тем балластом, который тормозит, не давая шагнуть вперёд, чтобы нарушить глупо выстроенную преграду.

- Я скучала по тебе - дрожащим голосом признаётся Пак.

- Заткнись - тут же следует ответ.

У них никогда не будет так, как раньше. Никогда не случится того, что происходило на полных правах, в то время, когда между ними не было расстояния и не было обиды. Теперь всё должно быть иначе, разве нет? Как смотреть человеку в глаза после всего сотворённого, как видеть в нем прежнего, если он совсем недавно даже не помнил о тебе? Как ненавидеть его так же сильно, когда он бросается на шею и прижимает так, словно боится, что ты неминуемо растворишься в пространстве, просто исчезнешь навсегда прямо на глазах и больше никогда не появишься. Что, если люди попросту боятся той боли, которую сами нанесли? Что, если они были так слепы до чужих обид, что даже не задумывались на счёт того, насколько больно это окажется. Что, если они...

- Ты никогда не простишь меня, Лимарио - почти сквозь слёзы хнычет девушка.

- А ты хочешь попросить у меня прощение? - чуть слышно добавляет Лиса.

Кто-нибудь скажите ей, что так нельзя. Кто-нибудь достучись до её головушки, заставив вспомнить как больно было пережить эти расставания, как трудно было смириться и как невыносимо тяжело заставить себя существовать. Хоть кто-нибудь напомните ей об этом в эту же секунду, потому что Лиса бесследно забывает, что на самом деле должна из-за всех сил ненавидеть ту, которую сейчас очень крепко прижимает к себе.

Это зависимость не иначе, просто даже объяснить сложно. Хорошее не забывается, это всё предрассудки и глупые фразочки, которые можно очень легко опровергнуть. Ты не можешь ненавидеть того человека с котором тебя связывает слишком много хорошего. Ты не можешь это делать, даже если грудную клетку разрывает от сильнейшей злости в его сторону. Ты не можешь презирать того, кого когда-то считал спасением. В любом другом случае, ты всю жизнь заблуждался и верил в то, что никогда не существовало. Чеён не заблуждалась, она всего-навсего один раз оступилась, свалившись в пропасть и только сейчас смогла выбраться на поверхность, туда, где сквозь стиснутые челюсти и из-за всех сил придуманные оправдания, её всё же жали. И Лиса ненавидит себя за то, что настолько слабая.

- Я должна тебе столько всего рассказать - утирая скатывающиеся слезы, вторит Чеён

- Я не уверена, что хочу слушать об этом - отворачиваясь, говорит Лиса

Вызванное такси и долгая дорога до дома. Чеён не спускает глаз с Лисы, пытаясь пялиться менее заметно, однако это так очевидно, что по прошествию времени начинает жутко донимать. Чего она уставилась так, словно видит экспонат. Чего на смотрит так, как будто перед ней пуп земли и король этого мира? Это всего-лишь простая девушка, которая заблудилась в себе настолько, что пожалуй скоро понадобится помощь. Как странно наверное, пол жизни хранить смертную обиду, а потом за пару секунд растоптать её в пыль и выбросить прочь, забыв даже о том, что она по всей сути единственное, что поддерживало на плаву.

Лиса честно придумывала в голове то, как пройдёт эта встреча, как она будет зло смотреть, пока Чеён не начнёт умолять на коленях. Пока девушка не прольёт столько слез, сколько пролила она. А в действительности... Обняла её так крепко, что едва не сломала позвоночник. Сама всхлипнула пар раз, от того, что до безумия скучала и просто рада, что эта сволочь Чеён её не забыла. Какое-то неправильное помешательство, такое же неправильное как и глупо-накрывающая улыбка на пол лица, которая возникает только от мысли, что она сейчас сидит рядом. До жути отвратное ощущение. Прям фу, не иначе.

- С вас семнадцать тысячь вон - говорит водитель, поворачиваясь к ним и медленно переводя взгляд с одной на другую.

- Я заплачу - совсем неожиданно выдаёт Чеён, тут же распахивая сумочку в поисках кошелька.

Что ж, раз сама решила проявить инициативу, пусть так. С Лисы вовсе не убудет. Она открывает дверь, пока Пак всё ещё остаётся внутри, и выходит под до жути сильный проливной дождь. Его капли нахлыстом разбиваются об асфальт, мочат землю и всё, что к ней прилагается. Она бы ни за что не осталась здесь даже на пару секунд и уже давно бы залетела в дом, если бы белый мерседес не мелькнул на дороге, не завернул на привычное место и потушил фары. Если бы из него не вышла Дженни, тут же распахнув маленький зонтик и только если бы она не обратила на неё внимание. Был вечер, но ещё не достаточно темно, чтобы не видеть лица. Знаете, это чертовски приятно: стоять вот так под жестокими каплями, видеть её светящиеся глаза, даже сквозь казалось бы непробиваемую завесу дождя, видеть как она улыбается краем губ и как хочет сделать шаг навстречу, но тормозит, когда пассажирская дверь открывается, а Чеён наконец расплатившись выходит следом, тут же съёживаясь, но мгновенно подлетая к Лисе и хватаясь за руку, словно боится остаться на улице.

- Чего ты стоишь, открывай - немного настойчиво звучит её голос и Лиса только на секунду отрывается от Ким, чтобы вынуть руку из капкана цепких рук и отойти подальше, а когда это удаётся, то снова смотрит на ту площадку, вот только наблюдая уже закрывающуюся дверь её дома.

Настолько паршиво ещё никогда не было. Грудная клетка быстро вздымается толи от холода, что приносит дождь, толи от того, что Дженни просто ушла, напридумывав у себя в голове настоящую драму. Какие же люди моментные. Они думают моментом, живут моментом, воспринимают ситуацию моментом и Лиса уверена, что когда такая ситуация произойдёт с ней, она никогда не сбежит. По крайней мере, она очень хочет в это верить.

- Открывая дверь, Лиса! - закрываясь своей сумочкой, ноет Пак.

И зачем же ты приехала, Пак Розанна? Чтобы стать очередной проблемой, а не долгожданным утешением?

Лиса поворачивается, сквозь сильнейшее недовольство открывает дверь и пропускает девушку внутрь, желая остаться на улице. Она не хочет заходить, потому что должна извиниться. Не понятно за что, не понятно какими словами и минуя даже то, что Дженни наверняка не захочет её сейчас слушать. Она просто должна. Но в тот момент, когда уже почти отвернулась, чтобы перейти дорогу, рука Чеён крепко хватает за предплечье и затягивает внутрь.

- Куда ты собрались? - чуть слышно добавляет она, когда захлопывает дверь и смотрит на то, как Лиса совершенно бездействует. - Что случилось?

- Ничего - отрешённо отвечает ей девушка, снимая обувь и проходя в ванную

- Тогда какого чёрта ты решила пойти назад? - звучит очень строго, однако дверь в ванную комнату уже захлопнулась.

Такое бывает, настроение иногда падет в такую бездну по одной единственное причины, которая до этого никак не волновала. И даже если весь день прошел достаточно не плохо, даже если в нем было масса всего прекрасного (что разумеется ни так), всего одна мелочь, может заставить тебя улыбаться в обратную сторону или вообще на какое-то время забыть, что значит слово "эмоции". Чувствовать вину - это правильно, если это действительно оправдано, вот только Лиса не виновата в том, что произошло. Однако самому ощущению - плевать. Закон подлости не подводит, верно?

Она вышла только спустя пару минут. Состояние довольно исправилось, однако ещё ни на столько, на сколько хотелось бы.

- Ну посмотри на меня - Чеён обеспокоена и эта прекрасно видно. Она обхватывает её лицо руками и долго смотрит в глаза, силясь понять, что же является причиной столь резкого перепада настроения. - Скажи мне..

- Когда ты стала такой настойчивой? - прилетает словно пощёчина и Пак злиться, сильнее прижимая её к себе

- Ты правда будешь себя так вести? Лиса, мы встретились два часа назад, а ты уже начинаешь грубить? - она поджимает губы так, словно они однозначно пересохли и теперь просят увлажнения.

- Мы встретились всего два часа назад, а твоё появление уже сейчас сделало огромную ошибку - хочется сказать Лисе, но тактично отмалчивается, всматриваясь в девушку напротив с неким интересом. - Думаю, что тебе стоит привыкнуть к моим постоянным перепадам настроение - сбавляя темпы отвечает Лиса, смыкая руки на талии девушки - Я просто рада, что ты приехала, а ещё рада, что до сих пор тебя не убила - она усмехается, слаживая голову на плечо к Чеён.

- Всё ещё впереди, верно? - вполголоса отвечает девушка, в ответ ровно с той же охотой прижимая к себе.

Знаете, занавески такая ужасна вещь. Когда их не открываешь - ничего не видишь, когда открываешь - прекрасно видят тебя...

:((