Исключительно красивый учитель

Гора Сянли* является самым высоким и величественным пиком среди пиков. Ее название произошло от легенды о падении звезды на вершину горы много веков назад, свет которой долго не угасал.

(п.п.: Гора Сияющих Звезд).

Мастер-кузнец ощутил, что гору окутывает уникальная аура обжигающего меча. Эту упавшую с небес звезду прозвали Извлеченной Звездой.

Напитанная энергией этого меча, гора Сянли превратилась из дикой горы в место с сильной духовной аурой, породив множество редких духовных сокровищ.

Гора открывается раз в четыре года, и все ученики «Нефритового Пика», у кого еще нет своего духовного оружия, могут войти туда, чтобы найти его. Но высшие духовные ауры имеют свой характер и выбирают себе достойных владельцев, поэтому большинство людей приходят с надеждой, но уходят ни с чем.

— Ты нервничаешь? — спросил Чи Нин у своего молодого ученика.

Гу Линьсяо держал на спине деревянный меч, хлопая своими большими глазами:

— Немного...

В прошлой жизни Гу Линьсяо в 16 лет получил меч Извлеченной Звезды, опередив всех и поразив весь мир. Но сейчас...

Чи Нин посмотрел на взъерошенную макушку своего ученика – этот малыш еще даже основу не заложил, ему еще долго предстоит постигать гору Сянли.

— Будь осторожен, не спеши, — напутствовал Чи Нин.

Перед горой Сянли была возведена трибуна, где три мастера должны были следить за происходящим внутри и делать ставки, предсказывая, кто займет первое место.

Когда Чи Нин привел сюда Цзун Дай, вокруг было многолюдно и шумно.

Второй мастер Ци Югэ, увидев Чи Нина, махнул ему рукой:

— Брат Чи, на кого ты ставишь в этот раз?

Чи Нин подошел ближе и увидел разложенные на столе нефритовые жетоны. Ученики были проранжированы по количеству полученных жетонов, их имена значились в списке «Сияющее озарение» сверху вниз.

Чи Нин бросил свои жетоны:

— Ставлю на моего ученика Гу Линьсяо.

После его слов имя Гу Линьсяо, стоявшее в самом низу списка, взлетело на первое место.

Жун Цзе, ученик Ци Югэ, оказался на втором.

Ученики удивленно переглядывались. Этот молодой ученик Чи Нина только год назад пришел, говорят, даже основу еще не заложил, а Жун Цзе считался лучшим среди учеников второго поколения.

Стоит ли Чи Нину тратить столько на такой явный проигрыш?

Цзун Дай с болью в сердце посмотрел на нефритовые жетоны:

— Учитель, в нашем павильоне не так много духовных камней, если проиграем... мы не сможем покрыть убытки.

Чи Нин мысленно сказал, что, конечно, проиграет, ведь в прошлой жизни победителем был Жун Цзе.

Сам он как будто стал эдаким тусклым правителем, который швырнул кучу денег лишь для того, чтобы... услышать отзвук. Это, возможно, вызовет улыбку у Гу Линьсяо.

Ци Югэ рассмеялся:

— Весь зал смотрит, отказаться теперь никак нельзя.

Опоздавший Се Цзюцзе продолжил:

— В последние дни «Павильон Трепетного Сияния» получил много духовных камней, так что сейчас младший брат Чи весьма щедр.

Се Цзюцзе редко опаздывал, но в этот раз не только опоздал, но и явился с белой полосой на лице, будто его поцарапали.

Взгляд Ци Югэ упал на Се Цзюцзе, улыбка в его персиковых глазах поблекла:

— Что случилось с лицом старшего брата?

Вопрос был задан с нетерпением, будто Се Цзюцзе – чувствительный и ранимый любовник, который ускользнул полакомиться.

— Завел себе духовного питомца, дикой природы, — неловко кашлянул Се Цзюцзе, бросив взгляд на Чи Нина.

Чи Нин сжал губы. Кто позволил Се Цзюцзе смотреть на его изначальное тело? Он ещё легко отделался царапинами от его крыльев.

Выражение лица Ци Югэ несколько раз менялось, но в итоге он лишь отпил чаю и больше не проронил ни слова.

Пока они разговаривали, многие ученики, участвовавшие в испытании, вошли на гору Сянли, и в водном зеркале трибуны стала видна происходящая там картина.

Большинство учеников были неуверенны в себе и собирались в небольшие группы для совместных действий.

Чи Нин нахмурился, наблюдая, как Гу Линьсяо отделился от толпы и один пошел вглубь леса. В густом тумане и испарениях легко было затеряться в иллюзиях.

Фигура Гу Линьсяо быстро скрылась в белесой дымке.

Чи Нин больше не видел своего ученика в зеркале.

Спустя полчаса тревога в сердце Чи Нина усилилась.

Он задействовал частичку духовного чувства, которую оставил на нефритовом кулоне Гу Линьсяо, и в его сознании возникла картина: капающий грот, сплетенные ветви.

В тусклом свете из пруда смутно показался чешуйчатый дракон.

Он находился в гроте «Падающей Звезды»!

Гу Линьсяо так быстро проник в самое сердце горы!

Чешуйчатый дракон родился вместе с мечом Тайчэнь*, тысячелетиями охраняя его, и неизвестно, сколько людей погибло в его чреве.

(п.п.: меч Извлеченной Звезды).

Видение тут же померкло, и сознание Чи Нина окуталось тьмой.

Чи Нин резко поднялся, сжимая в руке трепещущий меч, и обратился к Се Цзюцзе:

— Старший брат, Гу Линьсяо в опасности.

Се Цзюцзе тоже почувствовал нарушение границ грота «Падающей Звезды» и на мгновение задумался:

— Стоит только войти на гору, как жизнь и смерть станут неважны.

Великий мастер отдал приказ, и дежурный ученик у входа на гору Сянли остановил Чи Нина:

— Простите, Бессмертный Мастер Чи.