Глава 1.🛡
Сеул просыпался медленно. Небо за окном светлело, окрашиваясь в бледно-голубой, едва уловимый розовый и серый – цвета, знакомые каждому, кто хоть раз встречал рассвет в этом городе. За окнами квартир уже слышался приглушённый гул машин, отдалённые крики школьников и первое урчание кофемашин в уличных лавках.
Внутри комнаты было полутемно. Тонкие шторы лениво колыхались от сквозняка, пропуская внутрь холодный утренний воздух. Комната пахла тёплой тканью, телефоном, который всю ночь грелся на зарядке, и чем-то домашним – безопасным. Но внутри этого спокойствия зрела буря.
Чонин лежал, закутавшись в одеяло, только макушка торчала наружу.
Джисон лежал напротив, свернувшись калачиком, лицом к стене – как будто пытался спрятаться даже от утра.
Дверь распахнулась с грохотом, будто кто-то вломился с целью устроить погром, а не разбудить друзей. Соджун влетел в комнату, как ураган, раскидывая по пути подушки, одеяла и святое утро Джисона и Чонина.
— Фростбайт, подъём! — прокричал он. — Пять минут и вы готовы. Или я лично обливаю вас водой!
Но в ответ была тишина.
Соджун подошёл ближе, прищурился.
— Эй, вы вообще живы? — он ткнул Чонина подушкой. — Джисон?
— Чего ты орёшь, как будто мы уже на поле? — буркнул Чонин, зарываясь обратно в подушку. — Джисон, скажи ему что-нибудь…
Но Джисон молчал. Он даже не отвечал.
— Парни, ну завтрак проспите! Я потом не побегу в магазин вам за вкусняшками.
— Да встаём! — недовольно, но громко сказал Чонин.
В этот момент заходит Минхо.
— Встанут они. Придём с ними на завтрак. Иди пока.
— Так точно, сэр! — ушёл Соджун.
Чонин проснулся, взял футболку и ушёл в ванную.
Но Хан так и продолжал спать.
Минхо тепло улыбнулся, когда его взгляд переключился на парня.
Хо, тихо ступая ногами по полу, подошёл к кровати и опустился на корточки рядом с ней. Он оказался почти на уровне лица Хана – тот лежал на боку, уткнувшись щекой в подушку, дышал спокойно и размеренно.
Минхо на секунду задержал дыхание, наблюдая. Даже во сне у Хана было что-то упрямое – нахмуренные брови, сжатые губы.
— Джи… — позвал он тихо.
Но тот лишь перевернулся.
— Джисон, — шепнул он, почти не выдыхая. — Эй... пора вставать. Джи.
Хан никак не отреагировал. Тогда Минхо наклонился и чуть приподнялся, поцеловав нежно, как он умел это делать.
После чего шепнул:
— Если бы ты знал, как мило ты выглядишь сейчас, точно бы проснулся. Или, наоборот, притворился бы, что спишь вечно?
Хан чуть пошевелился, поджал одну руку под подушку. Минхо прикусил губу, подавляя смех, и продолжил уже немного увереннее:
— Я принесу тебе кофе. Но только если откроешь глаза.
Хан зажмурился сильнее, прячась, и пробормотал хрипло:
— Ты слишком громкий для сна...
Минхо рассмеялся тихо, подался вперёд и легко поцеловал Хана в висок.
— А ты слишком упрямый для утра.
Хан наконец открыл один глаз и посмотрел на него, слегка прищурившись.
— А ты слишком красивый, чтобы мне вставать.
Минхо покраснел, но улыбнулся шире, оставаясь на корточках, словно не спеша отпускать этот момент.
— Вставай, радость, — мягко сказал он, едва заметно наклонившись ближе, почти касаясь носом щеки Хана.
Хан фыркнул, уткнувшись лицом в подушку, голос всё ещё хрипел от сна:
— Господи, Минхо, кто тебя таким сладким сделал? Это же невыносимо.
— Жаловаться будешь – останешься без кофе, — сказал Минхо, уже отстраняясь и вставая с корточек, потянувшись.
Но едва он успел выпрямиться, как Хан схватил его за запястье, удерживая.
— Ладно-ладно… только не уходи пока.
— Я здесь. Скоро Чонин выйдет из ванной.
Как только щелкнул замок и дверь ванной начала открываться, Минхо мгновенно изменился – словно по щелчку внутреннего переключателя. Его мягкие черты стали серьёзнее, взгляд стал собранным, почти холодным. Он резко выпрямился, убрав руку с Хана, как будто между ними и не было того утреннего тепла.
— Вставай, живо! — отрезал он коротко, голос твёрдый, почти командный.
Хан моргнул, сбитый с толку, приподнимаясь с подушки.
В этот момент в дверях появился Чонин – в одном полотенце, с влажными волосами, пар всё ещё поднимался из-за его спины. Он остановился, когда услышал резкий голос Минхо, и инстинктивно напрягся, будто пойман с поличным.
— Ам… — пробормотал он, глядя то на одного, то на другого.
Минхо стоял ровно, руки скрещены на груди, взгляд направлен в сторону, будто ни один из них не значил для него больше, чем просто товарищи по команде. Ни тени той нежности, что была минуту назад.
— Уже семь, — коротко бросил он. — Долго ещё собираться будешь?
Чонин кивнул, как солдат перед командиром, опустив глаза.
— Нет, я уже… всё, почти готов.
Он прошёл в комнату быстро, почти не дыша, будто боялся сказать лишнее.
Хан сидел на кровати, смотря на Минхо исподлобья. Он не сказал ни слова, но выражение лица было красноречивым: Зачем ты так?
Минхо не ответил. Он отвернулся, подошёл к окну, расправляя плечи, будто ему нужно было хоть что-то сделать руками, чтобы не выдать себя.
В тишине повисла натянутая, почти физическая грань между тем, кем он был с Ханом и тем, кем должен был быть для остальных.
— Вы чего? Хо, ты ж так не буди…
— Жду вас внизу. Нас парни ждут, — сказал он и вышел.
— Ничего не понял… что это с ним. Джи, ты в порядке?
— Ага.
И вот они пошли в столовую.
Чонин шёл впереди, быстрым шагом, как будто надеялся, что физическая дистанция спасёт от напряжения, повисшего в воздухе. Влажные волосы цеплялись за шею, полотенце уже сменилось на спортивную форму, но по его плечам всё ещё будто стекала та же невидимая капля тревоги. Он не оборачивался, не говорил, просто шёл, прижимая губы в тонкую линию.
Позади шли Минхо и Джисон. Между ними было всего несколько шагов и пропасть.
Минхо краем глаза наблюдал за Джисоном. Тот шёл молча, руки свободны, но спина чуть напряжена. Он не отставал, не торопился, просто был рядом, но не в настроении. Лицо у него было закрытым, отстранённым, будто он сам себе что-то объяснял и никак не мог поверить.
Минхо протянул руку, почти не думая – легко, будто случайно, коснулся пальцами его ладони. Он хотел сказать прости так, как мог: не словами, а кожей. Тем теплом, что ещё оставалось от утра.
Джисон даже не вздрогнул. Он просто продолжил идти, не замедлив, не повернув головы. Будто не почувствовал. Или не захотел почувствовать.
Минхо опустил руку. Пальцы машинально сжались в кулак, как будто и сам он был не рад, что посмел.
— Джи… — тихо, почти шёпотом вырвалось у него, но ответа не последовало. Только шаги по коридору – ритмичные, будто на построении.
Чонин, дождавшись их у поворота, наконец обернулся.
— Вы идёте?
— Ага, — отозвался Джисон спокойно, но взгляд всё ещё не поднимал.
Он сделал шаг вперёд, и Минхо остался позади, на секунду остановившись. Он смотрел вслед, и во взгляде его было нечто очень живое – растерянность, вина, боль.
Тепло утра рассыпалось, будто его и не было.
Столовая снова была заполнена, как и всегда.
— Вон наши, — сказал Чонин как они вошли в помещение.
Парни сели за стол.
— О-о, совы наши. Доброе утро!
— Доброе, — сказал Джисон и был он до сих пор не в настроении. — Сейчас приду.
— Джи…
— Что это с ним? Минхо, ты что-то сказал ему?
— Я…
— Всё в порядке, просто я не выспался, — сказал Хан, когда подошёл и поставил поднос на стол.
Минхо бросил взгляд и пересел поближе к Джисону.
Команда сидела у стены, где лучи солнца не доставали.
— Хо? — не понял Тэджун.
— М?
— Ты чего пересел?
— Солнце светит на вашей стороне. Жарко.
— А… эм… — не понял Тэджун.
— Да не переживай, — вставил Соджун с улыбкой, — совы и так в темноте лучше видят, а то вдруг бы ты тут сгорел, как жареный филин!
— Жареный филин, — усмехнулся Тэджун. — Только не надо меня в ужин превращать.
— Не, филинов не ем.
Минхо аккуратно положил свою руку на коленку Хана, но тот её убрал.
— У нас пока свободное время есть? — спросил Джисон.
— Да.
Вдруг телефон Минхо завибрировал. Ему звонил тренер.
— Парни, я выйду на пару минут. Звонят.
— Без проблем.
Минхо вышел.
— Джи, всё точно хорошо? — спросил Чан.
— Ты как будто не в настроении… — добавил Хёнджин.
— Да, парни, я в порядке. Не выспался. Проснусь.
— Редко тебя таким видим.
— Всё хорошо, — натянул улыбку Хан.
Команда продолжила завтракать.