Без названия 29
За мной он не побежал – раздалось ржание лошадей. Видимо, Осгорн уносил ноги. Я же... Взлетела на холм, свернула туда, где темнела Волчовка, делая изгиб у городских ворот, возле которых и начинались первые костры и гуляния.
Давно я так не бегала! Не замечая ног, не чувствуя рытвин, сухой травы и колючек, что впивались в голые стопы. Летела по косогору и не разглядела, как сбилась с тропинки. Поскользнулась и чуть ли не кубарем скатилась вниз. Поднялась. Ерунда!.. Нет, к кострам не побежала, свернула в город. У ворот столкнулась с развеселыми парнями, ради забавы решившими задрать мне подол.
- Прочь! С дороги!
Полыхнули жаром огненные шары, разгоняя охальников. Домой, скорее! А там... Милодара с Реми должны уже вернуться, они и предупредят магистров и ар-лорда Хааса. Я же... Возьму книгу дяди Никласа. Потом – две версты до места, где он проводил в молитвах и размышлениях долгие часы. Где он остановил чуму...
Я не знала, как он это сделал, но когда лежала, придавленная Осгорном, пытаясь почувствовать тягучую, размеренную стихию... Вместо нее пришло понимание целостности моей земли. Странное чувство! Словно она – живое, разумное существо, способное дать отпор любому вторжению. Она может меняться, готовая защащать себя. И если я дам своей земле чуть больше сил, то, возможно, кислотный дождь с Мервянных Гор не прольется в Волчьем Долу!
Странная, странная Лайне Вайрис, не до конца понимавшая, что собирается делать!..
Добежала до дома. Выдохнула с облегчением, разглядев огонек лапмадки в кухонном окне. Милодара хотела вернуться пораньше, чтобы уложить Реми. Я собиралась уже взбежать по ступенькам к выкрашенной в синее входной двери, как от стены отделилась темная мужская фигура. Пошла навстречу, подволакивая ногу. Я попятилась, когда в нос ударил запах тлена и разложения. Думала зажечь светлячок, но тут разглядела ночного гостя.
Закрыла глаза, чувствуя, как земля крутанулась, уплывая из-под ног. Отец. Он... Он все же восстал из мертвых!
- Ла-айне...
Хриплый, загробный голос. Мертвец сделал еще один шаг навстречу.
Меня накрыла волна слабости. Нет, только не сейчас! Я не могла позволить себе валяться в обмороке, когда... С трудом, но открыла глаза и посмотреть в любимое тронутое гниением лицо. Ненавижу, ненавижу магистра Шарреза! Он ведь говорил... Уверял меня и старейшину, что вернул всех мертвецов в Вечность!
- П-папа! Ты почему здесь?!
Я читала, что умертвия – Зло в чистом виде, одержимые лишь жаждой насилия и разрушения, но папа... Он не собирался причинять мне вред.
- Ольфид, – глухо произнес оживший мертвец.
- Что?! Я не понимаю! – воскликнула в отчаянии.
- Ольфид знает, – воздух с шипением вырывался сквозь дыру в горле.
Протянул руку, и в рассветной мути я заметила... Ту самую рубаху, в которой его хоронила. Красная вышивка по обшлагу – которая так нравилась папе. Не сдержалась, зарыдала.
- Ольфид... Лер Ольфид? – давясь слезами, спросила у него.
Ну конечно! Это имя звучало так много раз в застольных беседах.
- Да...
Отец тянул ко мне руку, и я... Перестала дышать, понимая, что сейчас, именно сейчас, позорно грохнусь в обморок.
Нет же!.. Вложила в его ладонь свою.
- Спроси... у него.
- Да, папа. Я уже поняла. У Ольфилда, твоего командира. «Псы короля», элитный полк. Что спросить? Что он знает?!
Вряд ли речь шла о кислотном дожде. Ольфилд... Кажется, он в Хольберге и все так же командует лучниками. Тут над моей ладонью вспыхнул синий, словно трупный, свет.
- Мне... надо... идти, Лайне! – прохрипел Эрро Вайрис.
Разжал руку и, повернувшись, побрел прочь, приволакивая ногу. Я смотрела ему вслед, понимая, что у меня даже нет времени отвести его на кладбище. Если промедлю, в Волчьем Долу не останется никого, кто будет хоронить своих мертвецов.
Взбежала по ступенькам, толкнула дверь. На кухню, затем...
- Милодара, буди Реми! Сейчас же.
- Лайне, что?.. – женщина была в нижнем платье, спешила ко мне со свечой в руках.
- Не спрашивай. Одевайся!
Я ринулась в кабинет. По дороге уронила стул, затем, споткнувшись о косяк, взвыла от боли. Светлячок. Чернила. Чистый пергамент... Руки тряслись, как у заправского алкоголика.
Демоны! Боги или демоны, уж не знаю кто, но я заметила на своей руке, аккурат там, где начиналось запястье, ощетинившуюся псиную морду. Знак. Магическая татуировка «Псов Короля»! Как такое возможно?!
Нет времени! Чернила, свиток... Первый, второй. Три письма. Я усмехнулась – надо же! Магистрам Светлых и Темных Сил, с кратким известием, какая беда идет на Волчий Дол. А еще ар-лорду Хаасу. Ничего лишнего, ни единого слова. Пусть мы несовместимы, но кладбищенским червям плевать, чьи трупы им перепали на обед...
- Лайне! – Реми, сонный, но уже одетый и собранный, бросился в мои объятия.
- Дорогой мой, это крайне серьезно, – сказала ему, обняв худые мальчишеские плечи. – От тебя зависят жизни... Не только наши, но и всех в Волчьем Долу! Ты должен бежать что есть мочи и отдать эти письма.
Я назвала получателей.
- Затем возвращайся! Не успеешь до дождя – найди укрытие, заберись как можно глубже – в погреб или подвал – и не выходи, что бы ты ни услышал... Поклянись!
- Да, Лайне!
- Что бы ни случилось, знай: я люблю тебя, братишка!
Он поцеловал меня в щеку, взял свитки и кинулся прочь.
- Объясни мне, – начала Милодара.
Объяснила, как смогла.
- Беги и кричи, что есть мочи, – приказала ей. Голос у Милидары звонкий, сильный. Заголосит так – мертвые услышат, что уж говорить о живых! – Предупреди народ. Пусть прячутся в подполах. Если кому нужны доказательства... Мертвая рыба в Волчовке, вот им доказательство! А еще – нет больше банды Осгорна, все полегли под дождем... Так и передай – Лайне сказала. Кто знает, тот поймет. Если не хотят их судьбы, пусть бегут по домам и... молятся своим богам, чтобы Реми нашел магистров, а те смогли задержать дождь.
- Лайне, а ты?
- Мне пора.
Прижалась губами к ее теплой щеке, подхватила любимую книгу и ринулась к выходу. Бегом, быстрее!.. Черная туча приближалась, ветер набирал силу. От раскатов грома тряслась земля, но чем ближе становилось место, где был похоронен дядя Никлас, тем быстрее тревога исчезала, оставляя место лишь для веры. Я обращалась к Единому, умоляя защитить и сохранить наши сердца, тела и души.
В уеденном месте – на вершине холма, среди камней-истуканов, рядом с темно-серым надгробием, по которому ворохом разбегались трещины – не видела, но угадывала в буйстве налетевшей стихии – я упала на колени.
Нет, не так!
Неожиданно пришло понимание того, что от меня ждут. Эта земля, это небо, все, кто живет в Волчьем Долу. Спроси меня лорд Дьез, не смогла бы ответить, откуда, но...
Он не спросит... Магистры были заняты. Я видела, как по небу пробежали фиолетовые сполохи, беря начало где-то на берегу Волчовки, где я и оставила магов. Заволновались магические потоки – Светлые и Темные. В них царила буря похлеще той, что бушевала на улице.
Я легла на спину, ослабив шнуровку на платье. Закрыла глаза, положила книгу на грудь, чувствуя, как от нее идет невидимый, но ощутимый свет. Затем обратилась к земле, воздуху и небу с просьбой защитить и остановить, готовая отдать себя, вливая все силы в трепещущий контур, который мысленно поставила вокруг кусочка своей земли...
Я верила и молилась, хотя вокруг бушевал ад. Ад на земле, сопровождаемый демоническими завываниями ветра и раскатами грома.
Наконец, пошел дождь. Капли замолотили по лицу, по раскинутым рукам. Подсознательно ждала боли, жара, кислотного огня, что уничтожит мое тело. Вместо этого – лишь влага, текущая по лицу, по губам.
Дождь... Просто дождь!..