pt 3.
Дети в школе оказались приятными людьми, и Тэхен чувствует, как в его жизни начинается белая полоса. Особенно после сегодняшнего утра.
Он проснулся на час раньше будильника из-за того, что в сердце было странное приятное покалывание от резко накатившего...восторга? Странное ощущение не давало заснуть снова и проспать до положенного времени, поэтому Тэхен решил встать и выйти первый раз на пробежку. Солнце сегодня светит ярко – он тоже.
С чего бы это такие резкие порывы? Правда до мозгов доходить все не может, хотя Тэхен и рассуждает над этим и до сих пор. Голова от постоянных мыслей начинает покалывать, и пепельноволосый решает выйти из шумного класса в учительский кабинет. Там он натыкается на преподавателей, здоровается с каждым, представившись новым учителем китайского языка.
— Вау, вы знаете китайский?
Сзади неожиданно появляется маленький мальчик с большой кипой бумаг, которые у него моментально забирает физрук.
— Да, а ты у нас кто?
Мальцу на вид лет пять – семь, не больше. На нем старые потрепанные ботинки, такие же джинсы с широкой растянутой кофтой. Тэхен подчеркивает небольшой берет на блондинистых волосах, который закрывает полголовы и правое ухо.
— Пожалуйста, не обращайте внимание, учитель Ким, это наш первоклассник из детского дома неподалеку, уж очень любопытный мальчик. А ты иди, давай на урок, у тебя рисование сейчас! – Молоденькая девушка, скорее всего учитель математики (Тэ еще не всех запомнил), начинает быстро отталкивать блондина, который поникает, но интереса к новой персоне не подавляет, продолжая на него периодически оглядываться.
— Детского дома? – Пепельноволосый не скрывает своего удивления, но старшие учителя не винят его за это.
— Да, поэтому, как и видите, формы на нем нет в сравнении с другими учениками. Если подумать, то их так тут и можно по такому принципу вычислить, все-таки денег оплачивать им одежду некому. – Та же девушка отвечает, продолжая провожать взглядом мальчика.
— И много у вас таких?
— Директор детдома состоит в хороших отношениях с нашим, поэтому каждый оттуда ребенок попадает к нам – так что да, я думаю много.
Тэхен благодарит за консультацию, и, сверившись со временем, отлучается на урок. Поднятое настроение почему-то резко падает от досады.
Не заслуживают дети таких участей.
***
Улыбка до ушей, в ушах играет приятная расслабляющая мелодия. Чонгук сидит на скамейке в одном полюбившемся ему парке, в котором всегда мало людей – район тихий. Он пару раз подумывал снова заселиться в этом месте, купить тут уютную квартирку, обменяв его на тот большой коттедж, где сейчас живет. Там пусто и одиноко немного, но снаружи него улицы громко живут, отдавая всю энергию.
И сегодняшнее утро не было исключением. Чонгук, наконец, закончил его последнее произведение, которое он собирается, впервые, показать на публике, как раз первого декабря, и, надежда, что оно много кому понравится, приводит в неописуемый восторг. Кажется, несколько месяцев в поисках чуда не прошли даром.
Но как бы, то, ни было, вдохновения на название не хватило. В голове ни единой идеи, даже маленькой задумки, поэтому Чон сидит сейчас на лавочке в парке, упиваясь теплотой прекрасного солнца и тишины вокруг.
Хочется чего-нибудь сладкого. Брюнет оглядывается по сторонам в поисках ларька с мороженым, но расстраивается, понимая, что в такую рань, навряд ли что-либо работает.
Чонгук сам не понимает, что происходит, ощущая, что сердце прямо кричит от безысходности и досады. Что же такого в том, что тут нет магазина со сладостями, убиваться надо?
Пианист хлопает по щекам, пытаясь тем самым себя успокоить. Закрывает глаза, вслушиваясь в мелодию, которая льется из наушников и, вроде как, приходит в себя. Пытается сосредоточиться, нежится под подувшим резко ветерком, который приятно щекочет кожу, будто пытаясь донести что-то важное, но Чонгук, это просто Чонгук, он не знает языка природы. Зато живет в гармонии вместе с ней.
Чон встает с места и решает пройтись пешочком по здешним улицам, придаваясь воспоминаниям о том, что он когда-то жил в этом районе. Вот стоит тот книжный магазинчик, где раньше работала его матушка, вот тот фонарь, что постоянно мигал по ночам, делая переулок каким-то пугающим, поэтому малыш Чонгук всегда быстро спешил домой после вечерних занятий и вздыхал от облегчения, когда переходил за порог дома.
А вот и сама школа.
Парень останавливается возле небольшой горки, где на ее вершине стоит его старый обитель знаний, и разглядывает дворик, который за столько лет его отсутствия успел достаточно хорошо преобразоваться. Он разглядывает старые окна, видит нескольких учеников возле крыльца и подмечает, что форма стала намного привлекательнее и красивее.
— Учитель китайского языка такой потрясающий, с нетерпением жду следующего урока!
Две девушки из средней школы мило разговаривают о каком-то новом красивом преподавателе, и Чонгук невольно прислушивается к их разговору, сбавив громкости в наушниках.
— Не думала, что корейцы такие красивые.
На этой ноте Чон немного подзависает, удивляясь неожиданному для него факту. В груди где-то горит любопытство и интерес к новой личности, а еще тепло от того, что тут где-то обитает его так называемый «собрат». Ну, а что? Чонгук никогда в жизнь не видывал корейцев, прожив всю свою жизнь в Великобритании, он даже корейского не знает.
Сердце начинает бешено стучать, и композитор прикладывает правую руку к груди, очередной раз не понимая, что происходит. Возле кисти резко начинает покалывать, словно проходятся иголкой, и Чон смотрит на нее, не веря своим глазам.
На внутренней стороне правой руки, практически на ладони, вырисовывается небольшое красное крылышко. Чонгук застывает, широко распахнув глаза, проводя по ней другой ладонью, и чувствует неожиданный электрический ток, прошедший по всему телу.
Все тело резко обмякает, словно его засовывают в приятную теплую ванну с воздушной пенкой, похожей на мягкие облака в небе. Сердце выпрыгивает от волнения в груди, словно черная непроглядная дыра там затянется.
Неужели...
Чонгук переводит взгляд на школу, и понимает, насколько сложно ему сейчас ровно дышать. Легкие заполняются невидимыми лилиями, проникая в них полностью с корнями.
Шаг. Еще шаг.
Ноги идут сами к крыльцу, а в сознании красным горит, что тут, совсем рядом.
Чуть-чуть, еще. Еще.
Словно крылья растут из лопаток.
— О, Боже, это вы Чон Чонгук??
За рукав неожиданно дергают те две девушки, и Чонгук выходит из неосознанного транса.
— Эм...да, это я.
— Неужели мы увидели вас вживую! Можно автограф?
— Да, конечно.
Легкое состояние транса не проходит, до того момента, пока его не окликает директор школы, предложив пообедать. Чонгук не смеет отказать.