V
Малефисента провела в небе много времени, разминая затёкшие крылья. Сегодня она чувствовала себя крайне странно, но это состояние, признаться, ей даже нравилось. Всё вокруг почему-то казалось прекрасным, все проблемы решаемыми, а вчерашние события и вовсе смешными.
Фея распростёрла руки, в очередной раз поднимаясь к золотому солнцу. Она, казалось, ощущала сам воздух, холодный и стремительный и то, как летние лучи легонько касаются её кожи. И как люди живут без крыльев?
Да, её страсть к полётам разделяло только её племя. Ну, и Диаваль... да и тот не летает так высоко. Она снова ухмыльнулась, представляя как тот объясняет свои вчерашние слова. Нет, ну она должна это видеть! А ведь он наверняка уже проснулся... Малефисента стремглав опустилась на землю. Это шоу она пропустить не может!
* * *
— Так-так...
От неожиданности ворон вздрогнул. Мало того, что мир вокруг шёл кругом, дневной свет ослеплял, а голова раскалывалась от боли, так ещё и госпожа появляется откуда не поподя!
— Вы меня напугали.
— Напугала? Значит, я действительно так страшна, как описывают люди?
Вместо ответа Диаваль опустился (да практически рухнул) около неподалёку стоявшего дерева.
— Мне плохо...
— Весьма заметно.
Её слуга выглядел забавно: взъерошенный, всё ещё со следами недавней битвы, едва передвигающийся и жутко недовольный — ни следа вчерашней экзотической самоуверенности. Ей даже становилось его жалко.
— Чтобы ещё раз я пробовал эти человеческие штуки! — он зажмурил глаза и крепко сжал кулаки, силясь заглушить поступающую боль.
Ладно бы просто головная боль, но он шагу ступить не мог, к горлу подступала тошнота, да ещё и сломанное ребро давало о себе знать. С таким набором он даже взлететь не смог бы. Вот тебе и обратная сторона этих странных человеческих напитков...
Рука Малефисенты аккуратно легла на его лоб и боль вдруг стала отступать, пока не стала более-менее терпимой.
— Это всё, что я могу сделать. А впредь, это будет тебе уроком!
— Спасибо... — рассеянно пробормотал он.
— Кстати, не хочешь объяснить мне свои вчерашние слова? — она повернулась к нему спиной, тем самым спрятав неожиданно взволнованное выражение лица.
— Вы вчера были здесь? Разве вы не вернулись под утро?
— Не прикидывайся.
— Прикидываться с вами? Да это слишком опрометчиво, — вместе с силами к нему возвращалось и прежнее чувство юмора, — но... я ничего не помню с того момента, как начал пить.
"Ничего не помню" — эти слова почему-то обожгли её, как калёное железо, а прежний позитивный настрой куда-то улетучился. Малефисента, до этого стоящая спиной к нему, повернулась.
— О, а с чего это ты начал пить?
— Со скуки... — пробормотал ворон уставившись в землю.
— Не с тоски ли?
— По-кому это это?
— Не знаю, — она демонстративно пожала плечами, — мало ли птиц вокруг вертится.
— Так... я что-то натворил, когда был пьян, верно?
— Вернее, вёл себя как идоит.
— А можно поподробнее... или нет! Лучше не надо! — земля под ногами становилась для него всё интереснее, — что-то очень серьёзное натворил, да?
— Не важно, — неожиданно отрезает она.
— А минуту назад было важно?
Вместо ответа, Малефисента было хотела превратить его в птицу, но к своей досаде вспомнила о том, в каком он состоянии и в молчанье, расправив крылья улетела.
* * *
Фея стояла у обрыва, вглядываясь в такое же ясное и чистое, как и утром небо, но оно будто утратило былое очарование, а на душе, свернувшись клубком, дремал импульсивный и странный гнев и даже какая-то необъяснимая... обида? Она не могла объяснить своих чувств. Ни эта злость, ни утренняя эйфория... что с ней происходит?
От досады, Малефисента, замахнувшись, пнула лежащий среди травы камень и тот улетел прямиком в обрыв. Да что она ходит вокруг да около, как девчонка!? Она подскочила с места, будто поддавшись прозрению и крепко вцепилась в ствол старого дерева, росшего на самом краю. Её охватила паника.
Ну неужели она такая дура!? Она ведь... поверила его словам. И влюбилась. Вот так, за одну жалкую ночь.
— А он даже ничего не помнит! — почти простонала она.
Любовь несёт зло и боль. Может, не для всех, но для неё — точно. И вот, она снова убедилась в этом. Женщина задумчиво водила пальцами по старой коре, оставляя борозды ногтями. За одну ночь не влюбляются. А его она знает годы... как давно? Она, наконец, перестала изводить бедное дерево и, теперь уже села, облокотившись, под тенью густой кроны.
Она пыталась представить себе жизнь без Диаваля. Да она не представляла без него жизни! Как бы она ни пыталась быть ближе к эльфам, к своему народу, её всегда слушал только он. Только ему она могла рассказать, не боясь, все свои чувства... кроме одного, так долго дремавшего в её душе. Борра? Она всего-лишь неосознанно искала замену Диавалю, отдалялась — бесполезно. Слишком крепки путы, в которые она угодила.
Пора выбираться. Настало время отпустить его, её снова ожидает одиночество
Другого выхода нет. В горле стоял ком, а от волнения подступала тошнота.
— Госпожа? Я едва вас нашёл, — услышав знакомый голос, она быстро спряталась за широким стволом, в наивной попытке скрыться, — вы прячетесь от меня?
Ну вот, теперь ей ещё нужно сделать непринуждённый вид.
— Конечно нет, — она вышла из-за дерева — Ты просто меня напугал. Что тебе нужно?
— Что-то не так? — он резко изменился в лице.
— Лично у меня всё прекрасно.
— Вы ведёте себя странно с самого утра.
— Тебе кажется.
— Вы снова злитесь из-за свадьбы или... из-за меня?
— Моя жизнь — не твоё дело.
— Когда это ваша жизнь, стала "не моим делом"?
Фея сделала вид, что не слышала его последних слов.
— Я давно хотела поговорить с тобой... ты служишь мне много лет и я очень благодарна тебе за всё. Но у меня есть крылья, моё племя, — голос предательски дрогнул — Аврора вышла замуж. Я больше не могу удерживать тебя рядом с собой. Ты свободен, Диаваль, — она снова запнулась, произнося его имя.
Они молчали. Минуту, две? Малефисента беспокойно перебирала руками перстни, безнадёжно напуская непринужденный вид. Диаваль бродил из стороны в сторону со странным, отрешённым выражением лица.
— Вчера бы вы мне этого не сказали.
— Я долго думала...
— Да нет, пару минут — обжигающая правда.
Диаваль поднял глаза, ища её взгляда, но Малефисента упорно этого избегала, отходя от него всё дальше, в тень. Ворон помолчав ещё пару секунд, внезапно замахнулся на бедное дерево.
— Да что я сделал не так!
— Диаваль? — она всё же отпустила на него свой взор, приподняв бровь.
Обычно, неконтролируемый гнев был её прераготивой.
— Это из-за вчерашнего, да?
— Так ты всё помнишь!
— Ну да, помню... — он снова очень внимательно уставился в землю, — я был пьян, — он сел, уткнувшись головой в колени.
— Ну да, ты же всего-лишь набухался и поцеловал меня! И тебе хватило наглости...! Ты не думал о последствиях!?
— Простите, прошу... — хрипло прошептал он, но тут их глаза встретились.
Глаза их обоих предательски выдавали.
— Вчера я сказал тебе правду. Если это задело твою гордость, то прости меня, пожалуйста...
Но почему ты решила, что любовь приносит только боль?
— Стефан.
— Я не Стефан, — снова секундное молчание.
— Да почему ты вообще решил, что я...!
— Да у тебя на лице всё написано! Я слишком хорошо тебя знаю.
— Ты ничего обо мне не знаешь, — она пыталась вложить в свои слова как можно больше яда, но вместо этого голос опять сорвался.
Они опять молчали.
— Прости меня, прошу, Малефисента.
Фея тихо опустилась рядом и оба тут же напряглись от накатившей волной неловкости.
— Я не злюсь. Я не знаю, что мне делать.
— Доверься мне, — он с надеждой искал её взгляда, — Ты ведь не боишься ничего. И только какой-то ворон тебя пугает?
Её пугал не он, а чувства. Все эти долгие годы она прожила, как за стеной, оградив себя от внешнего мира. Подпустить к себе близко Аврору было для неё серьёзным шагом и она справилась, но Диаваль задевал её куда глубже, куда опаснее...
Ворон осторожно взял её ладони в свои, в успокаивающем жесте, от чего по телу девушки прошла дрожь.
— Я хоть раз тебя предал? Доверься мне. Ты же смогла довериться Авроре.
Она ничего не ответила, крепче сжав его тёплые ладони, в знак согласия. Такой обычный жест значил для них очень много.
— Оставайся, пожалуйста... — всё, что могла прошептать фея.
Она так ничего и не сказала ему в тот день, слова были излишни.
* * *
Старое дерево подле обрыва стало их любимым местом. Здесь было тихо и они могли спрятаться от чужих любопытных глаз и просто наслаждаться долгожданным счастьем.
Они лежали, слившись в объятьях в тени густой кроны.
— Мх... Диаваль, не сейчас, — ворон бесстыдно прикасался губами к её обнажённой шее.
— Как скажешь, — прошептал он ей на ухо, обдав горячим дыханием.
Так было не всегда. В начале им было сложно. Малефисента долгое время держалась холодно. Не от того, что не любила его, а от того, что просто не умела показывать свои чувства.
А Диаваль ждал, он умел ждать.
В его душе накопилось столько любви, что она, казалось, не имела конца и рвалась из его сердца, только лишь почувствовав долгожданную свободу. И Малефисента сдалась.
А день уже клонился к закату и солнце заливало землю прощальным, кроваво-алым цветом. Воздух был тёплым, душистым, а вокруг тишина и рядом только он...
Фея лежала на боку, расплостав тяжёлые крылья за спиной и впивалась взглядом в каждую черту любимого, силясь запомнить, запечатлить в памяти каждую. Острый, как птичий клюв нос, приоткрытые губы, блеск тёмных глаз в алом сиянии, тонкие шрамы на лице, руках, груди и самые притягательные — на шее.
Алый диск — солнце скрылось за горизонтом, посылая теперь, едва уловимый, прощальный луч. Наступала ночь, выпуская на свет сладкий и томный грех любви.
Малефисента коснулась его губ, нависнув сверху и спустилась ниже, к притягательным шрамам на шее и груди. Диаваль опешил от странных, но чертовски приятных ощущений. Ворон запрокинул голову наверх и закусил губу, пока Малефисента справлялась с его рубахой.
Он начинал привыкать к человеческому телу и теперь уже не так охотно превращался в ворона, ведь это разлучало его с любимой.
Малефисента продолжала навещать гору, а вместе с тем и виделась с Боррой. Они с Диавалем ругались по этому поводу настолько часто, что эта тема чуть было не стала преградой для их отношений, потому что мужчины по-прежнему друг друга не выносили.
По-началу, услышав практически правдивый и искренний рассказ Малефисенты Борра рассмеялся ей в лицо и продолжил попытки возобновить их отношения.
Когда же фея впервые появилась на обители с Диавалем, его смех сменился раздражением и ненавистью. Они снова чуть было не подрались! Пресловутая ревность...
А впрочем, именно ревность заставила их открыть свои чувства. Ну и капля алкоголя, если совсем уж честно. Сейчас, пара лежала на краю обрыва, среди ночной тьмы.
— Пригласим завтра Аврору? — поинтересовался Диаваль.
— Думаешь, пора ей всё рассказать?
— Давно пора! К тому же, она странно на нас смотрит...
— Пикси любят разность сплетни.
— В таком случае мы выглядим ещё глупее.
— Ладно, ты прав.
— Но, про ту историю с бутылкой бренди лучше умолчать...
— Так это же самая лучшая часть! — девушка искренне усмехнулась, но согласилась не раскрывать все детали.
— Так значит, везит к эльфам откладывается?
— Ради тебя и Авроры, конечно! Но ты пообещаешь мне больше не ревновать.
— Я не ревную. Но разбить ему рожу не против.
— Не начинай...
Их любовь никогда не будет идеальна, ведь это не сказка, верно?
The end
* * *
А всем вам, дорогие читатели, я хочу сказать спасибо! Не ожидала, что этот фанфик вообще кто-либо будет читать. Не теряйте меня, так как на этом аккаунте, возможно, будут выходить и другие истории по Малефисенте. А сейчас меня ждёт фандом ЗВ, там давно не было обновлений, да 👀
Всех люблю~❤
09.05.2020
Редакция
08.06.20