♥Залезь мне в сердце ♥

— Хобиии~, объясни мне одну вещь, что не так с Чонгуком? — недовольство Тэхена извергалось наружу, словно оживший вулкан Кракатау, готовый поглотить всё и вся.

Омега был на грани опьянения, допивая очередной стакан с крепким алкоголем, уютненько пристроившись на мягком вельветовом диванчике, который ребята зарезервировали ранее.  

Хосок не знал, что на это ответить, ведь сам был не в силах проникнуть в мрачные дебри чонгуковских мыслей.

Школьники уже приличное время находились в излюбленном баре. Конечно же, вход сюда воспрещён для тех, кому нет 18, но когда есть связи и деньги, почему бы и да?
Сехун давно ушёл на танцпол, обжимаясь с очередным альфой, на что Хосок лишь бровью повёл, не в силах даже думать обо всём этом.

Сегодня всем хотелось забыться от проблем.

Чимин единственный был в отличном настроении и всеми силами пытался удержать Тэхена от лишней дозы алкоголя.

— Златовласка, в последнее время ты прям светишься, не поделишься секретом? — ухмыльнулся альфа, потягивая виски с колой, попутно устроив свободную руку на изголовье диванчика.

— Нет! — омега расплылся в блаженной улыбке, вспоминая источник своего внутреннего света.

— Жадина! — вбросил Тэ свои пять вон, тут же переключив всё внимание на танцпол.

— Чего сидите? — рыжий омега, облачённый в голубую атласную рубашку и чёрные джинсы, легонько встряхнул головой и провёл ладонью по вспотевшей шее. — Вы как будто на поминки пришли.

— Если будешь обжиматься с каждым встречным альфой, мы обязательно придём на них, — с угрозой бросил Хосок, — кстати, я Чонгуку звонил, не знаю придёт ли он.

— Чонгуку?! Зачем? Хоби! Ты ведь знаешь, КАКИЕ у нас отношения! — Тэхен тут же вскочил с места, не желая находиться здесь и минуты.

— Успокойся ты, он ведь мой друг. Да и не станет насиловать тебя, когда мы здесь.

— Пиздец как успокоил.

Подорвавшийся омега почти плыл, чем передвигался, ведь от нахлынувшего волнения и резкого скачка алкоголь благополучно ударил в голову.

— Тэ, ты правда уходишь? — Чимин поднялся вслед за другом.

— Да, можешь оставаться, не волнуйся за меня.

— Нет, нет! Я пойду с тобой, только дай мне немного времени, я в туалет сбегаю.

— Хорошо.

Хосок лишь раздраженно закатил глаза, альфа вдоволь насытился всеми этими недомолвками между друзьями, одного Сехуна хватало выше крыши.

— Ты тоже свалишь? — уже с грустью проговорил он.

— Не-а, ты ведь здесь.

Хоби понимал, что за этими словами ничего не скрывается, но живительное тепло всё же разлилось по стройному и в меру мускулистому телу альфы.

***

Тэхен ждал друга недалеко от их столика, который находился на втором этаже заведения. Парень решил не спускаться ниже, а просто понаблюдать за нелепыми трясками пьяной молодежи.

Если бы омега знал, сколько жаждущих глаз были обращены к его персоне. Утонченный, одетый в нежно-розовую рубашку, покрытую цветочными узорами, в меру облегающие темно-синие брюки, что подчеркивали упругие ягодицы и демонстрировали тонкие щиколотки парня. 

Правда, хмурое выражение лица, направленное куда-то вдаль, удерживало окружающих от какой-либо попытки сблизиться с омегой.

За всеми этими удушливыми ароматами, переполнившими всё пространство, Тэ и не заметил, как коварный хищник оказался прямо перед ним.

— Кого высматриваем? — лукавый шёпот пробежался по ушку омеги.

Вскрик.

Перед Тэхеном предстал Чонгук. Альфа, со звериным оскалом, сверля жертву помутнёнными глазами, в которых почти невозможно было уловить агатовые зрачки, опустился ступенькой ниже, прямо перед личиком напуганного парня.

Чёрная рубашка была почти расстегнута, волосы безобразно раскиданы по лбу, даже походка и стойка были какими-то напряженными, что не могло скрыться от Тэхена.

— Ч... Чонгук? — омега сглотнул, пытаясь отойти на безопасное расстояние.

Ноги не держат, колени чуть ли не трясутся, алкоголь с новой силой бьет в голову, приумножая страх и панику. 

— Чонгук, кто же ещё? Кого ты тут искал своими похотливыми глазками?

— Что? Что ты несёшь? — резкие запахи, доносящиеся с брюнета, приводили парня не к самым лучшим выводам.

— Да брось, малыш, — альфа сократил расстояние, крепко ухватив Тэхена за руку, чуть трясся обессиленное омежье тельце, — ты кем себя возомнил-то? А? Когда хочется — сосешься со мной, когда хочется — нос воротишь, а сам ложишься под кого не глядя, да? — Чонгук почти рычал в лицо Тэ, пугая того ещё больше.

— О... отпусти меня! Отвали! — малыш пытался вырваться из стальной хватки, уже зовя на помощь окружающих.

Жаль, что в этот момент Чимин всё ещё стоял в неимоверной очереди, проклиная всё на свете, но с улыбкой отсылая очередное смс своему возлюбленному. 

Сехун и Хоби всё же переместились на основной танцпол, расположенный на первом этаже, и тем более не видели происходящих действий.

— ХВАТИТ ДЁРГАТЬСЯ, МАЛЕНЬКАЯ ПОДСТИЛКА! БЕСИШЬ! — прокричал альфа, ещё сильнее тормоша хрупкое тельце, которое предпринимало хоть какие-то попытки освободиться.

— Подстилка? — омега замер, судорожно глотая терпкий воздух. — Я подстилка?! ДА ПОШЁЛ ТЫ ЧОН ЧОНГУК! ПРОСТО СВАЛИ НАХЕР! ЗАЕБАЛ МЕНЯ УЖЕ В КРАЙ! — карамельные, уже заплаканные глаза, и почти сорванный голос, обличали истерику младшего. — ТЫ НИКТО ДЛЯ МЕНЯ, ПОНИМАЕШЬ?
Н - И - К - Т - О !!!!!!! ТВОИ НАЕЗДЫ, УГРОЗЫ.... АКХ... Я НЕНАВИЖУ ТЕБЯ!!!!

Свирепое рычание, а следом и звонкая пощечина, стали ответом на слова омеги.

— Тэ... я всё! — Чимин замер, увидя перед собой ужасающую картину.

Почти что сдавленный, истошный крик Тэхена заполнил весь второй этаж. Ему не было больно, его съедала обида, накопленная за всё это время.

Обида на Чонгука. Обида на папу. Обида на альф. Обида на самого себя.

Почему этот идиот позволяет себе такое? Почему бьет его? Почему стоит с таким отрешенным выражением лица? Почему вновь и вновь появляется в жизни Тэ?

Всё произошло буквально за пару секунд.

После увесистой пощечины и последовавшего за ней отчаянного крика, выйдя из ступора, омега накинулся на брюнета.

Всей своей силой оттолкнув от себя оцепеневшего Гука, Тэхен тут же развернулся и хотел было схватить Чимина, чтобы поспешно сбежать из этого ада, но не тут то было...

Пронзительный женский визг заставил ребят обернуться, вмиг бросаясь к его источнику.

Не отойдя от действия наркотиков и алкоголя, Чонгук не смог устоять на лестничном пролёте и тут же, оступившись о собственную ногу, полетел вниз.

Ударившись головой о край очередной ступени, Чон мгновенно потерял сознание.

Альфу разом окружили со всех сторон. Музыка заглохла, а тревожные возгласы наполнили всё вокруг. 

— ЧОНГУК! ЧОНГУК! БОЖЕ! — Тэхен тут же подбежал к телу, вновь и вновь вскрикивая имя ненавистного ему человека. — ОЧНИСЬ! Я УМОЛЯЮ ТЕБЯ, ОЧНИСЬ!

— ЧОНГУК?! — Хоби с паникой  приземлился около своего друга. — ЗОВИТЕ СКОРУЮ, ИДИОТЫ! БЫСТРО!

— ХОБИ, ОН ЖИВ? — Тэхен орал, орал и орал, пытаясь осознать действительность. — Я ВЕДЬ НЕ УБИЛ ЕГО???

Перепуганные глаза Хосока бегали от плачущего омеги к ослабленному телу лучшего друга.

— Тэхен, успокойся, скорая едет... — рука Чимина аккуратно опустилась на содрогающееся плечо, а заплаканные глаза смотрели на Сехуна, который стоял напротив и пытался осознать весь ужас произошедшего.

***

Родители омег в считанные минуты приехали в «R» больницу, ответив поздней ночью на звонок из участка.
Обнаружив детей, в осветленных бактерицидными лампами, коридорах, рядом с отделением хирургии и реанимации, тут же ринулись к ним с расспросами и выговорами.

— ЧИМИН, ОБЪЯСНИ ВСЕ СЕЙЧАС ЖЕ! — не сдерживаясь, орал Джун на заплаканного сына, который не осмеливался поднять глаза на устрашающего отца.

Чуть поодаль стояли два офицера, готовые хоть сейчас начать допрос.

— Дорогой, не кричи так, это ведь больница, —  пытался успокоить мужа Джин.

— Тэхен! Что произошло? — Бэк тряс сына за узкие плечи, пытаясь хоть как-то привести младшего Пака в чувства.

Усталый и обеспокоенный Чанель только подошёл к ним, после длительного разговора с офицерами. Теперь высокий альфа с миндальными глазами знал всю историю и, конечно же, знал, кто виновник.

— Тэхен, как ты мог толкнуть его? Что он тебе сделал? Вы подрались? — твёрдый голос, требующий внятных ответов.

— Я сейчас, пойду принесу успокоительное! Тэхен, попытайся собраться, сыночек, — ласковый голос Бэка пытался успокоить своего маленького тигрёнка.
Старший омега поспешил найти хотя бы одну мед. сестру, дабы выпросить нужные таблетки для детей, ведь те никак не могли отойти от произошедшего.

— Я убил его?

Тишина. На миг все замолкли. Родители переглянулись, мысленно передавая сигнал о том, что стоит быть чуть сдержаннее к детям.

— Я ХОЧУ, ЧТОБЫ ЕГО АРЕСТОВАЛИ. ОН ПРИЧИНИЛ ВРЕД МОЕМУ СЫНУ! НИКАКИХ СОГЛАШЕНИЙ! — разносилось по всему коридору, и тут же из-за угла показался отец Чонгука. Альфа наспех натянул на себя тонкую чёрную водолазку и тёмные джинсы, которые выгодно подчеркивали прекрасное телосложение мужчины, и тут же направился в больницу, получив тревожный звонок от знакомого офицера Гона.

Торопливая походка и гневный взгляд пробудили в Тэхене мандраж с тройной силой.

— Кто из вас это сделал?!

Глаза альфы метались по лицам испуганных детей, после найдя Хосока и Сехуна, сидящих прямо у входа в операционную, брюнет тут же направился к ним.

— Хосок, кто это сделал?! — Чон еле сдерживал бушующий огонь, боясь навредить близким сына.

Молодой альфа тут же подскочил, пытаясь держать себя в руках, перед господином Чоном.

— КТО?!

— Я...

Чанель мгновенно заслонил сына, не давая разъярённому альфе напасть на его чадо.

— ЛУЧШЕ ОТОЙДИ ПО ХОРОШЕМУ! — одержимый безумием Чон схватил Пака за воротник домашней футболки.

— Не смей прикасаться к моему сыну, иначе я от тебя мокрого места не оставлю, — альфа смерил обезумевшего отца своим пронзительным взглядом. 

Намджун тут же встал между ними, пытаясь остановить назревающий конфликт.

— Господин Чон.

Сознание потихоньку начало проясняться.

— Господин Ким?! Что вы здесь делаете?! — недоумевающе интересуется брюнет, укладывая свою ладонь на плечо Джуна, одномоментно отпуская Чанеля из звериной хватки.

— Мой сын был там, и, если вы позволите, для начала мы всё обсудим.

— Я не хочу ничего обсуждать! Этот парень должен заплатить за то, что сделал Чонгуку!

Тэхен молчал. Тэхен винил себя. Тэхен ненавидел себя за этот поступок.

В ту же минуту из операционной показался врач.

— Кто опекун? — хирург устало стянул очки правой рукой и уложил их в карман своего рабочего костюма.

— Я! Я его отец! — господин Чон тут же ринулся к врачу.

— Прошу вас не беспокоиться. Ему наложили десяток швов, но всё будет в порядке, также мы обнаружили две трещины на рёбрах, но и это вполне контролируемый ущерб. Рана оказалась глубже, чем мы думали, но благо локализация позволяет обойтись без каких-либо осложнений, кроме сотрясения и интоксикации. Кстати, об этом, вы в курсе, что ваш сын был под действием наркотических средств и алкоголя?

— Нет.

Все переглянулись.
Чимин осознал, что ночные клубы им больше не святят. Хоби трижды проматерил друга за эту глупость.
Родители облегченно вздохнули, услышав о состоянии Чонгука. И лишь Тэ находился в совершенно другом мире, не понимая, почему вокруг него столько людей, и о чем они говорят. 

— Я всё равно подаю в суд на этого засранца, — заключил Чон, развернувшись корпусом к Паку.

— Может, решим по-другому? — пытался вразумить альфу Джун.

— Нет никаких «по-другому».

— Уверен, камеры засняли от и до весь этот НЕСЧАСТНЫЙ случай, и вам ещё придётся извиняться за своего сына-наркомана, — не сдержался Чанель, бросая гневные фразы в сторону Чона.

— Что ты сказал?!

Драка была неизбежна. Но тут со стороны раздался голос, который альфа меньше всего ожидал услышать.

— Джэ Вон? — с этими словами омега выронил стакан. Тот же разлетелся по всему коридору, оставляя лишь болезненные осколки стекла и памяти.

— Бэкхен? — дрожащая интонация тут же выдала альфу, который явно не был готов к этой встречи, и тут до него дошло. Устремив свой взгляд на Чанеля, а после на омегу, безжизненно стоящего за отцом, брюнет лишь горько усмехнулся. — Вот, как бывает, я губил тебя, а твой сын моего.

— Вы знакомы?! — вопросительный взгляд Чанеля требовал незамедлительно ответа, а рука тут же притянула к себе супруга.

— Ты... и твой сын... даже он лезет в нашу жизнь... в жизнь моего ребёнка. ПУСТЬ ОН ОСТАВИТ ЕГО! ОСТАВЬ! ОСТАВЬ!
Крик, истерика, паника — всё сразу охватило старшего омегу, который вырвавшись из объятий мужа, набросился на Чона.

Альфа не собирался отвечать, позволяя бессильным кулакам Бэкхена выпустить весь гнев.

Джин хотел было оттащить друга, но Намджун тут же схватил своих родных и повёл прочь из этого дурдома. Он понимал, что здесь больше не за чем находиться, ведь с парнем всё было хорошо, да и настало время серьёзно поговорить с сыном.

Хосок и Сехун лишь молча наблюдали за происходящим, пытаясь запомнить каждый момент, чтобы позже расспросить обо всём у Гука.

— Бэк! Бэк! Отпусти его! Мы уезжаем! Бэк, ты меня слышишь?! — альфа оттянул супруга от поникшего брюнета и повёл к выходу. — Тэхен! Живо пошёл следом!  

Стеклянные глаза Тэ проводили фигуры родителей и перешли на Джэ Вона, который тревожно разглядывал его в ответ.

— Иди за папой, я не трону тебя. Как твоё имя?

— Тэхен...

Чон припомнил мальчишку по фотографии, сделанной при слежке за Минхо. Сложив 2+2, альфа сразу  разобрался во всей ситуации.

— Мой сын обречён на ту же участь?

— Что вы сказали? — омега начал приходить в себя, пытаясь уловить каждое слово старшего.

— Ничего. Он будет в порядке, иди домой.

— Я... мне жаль... я навещу его завтра! — поклонившись, парень тут же поспешил к выходу.

***

— Что это было, Бэк?! Сколько ещё ты будешь закрываться от меня??? Насколько ты мне не доверяешь? — Чанёль почти орал на всю квартиру, пытаясь достучаться до своего супруга.

— Тебе не нужно знать... это прошлое, — пробубнил Бэкхён, потянувшись за новой бутылкой алкоголя.

— ДА ЗАЕБАЛ ТЫ С ЭТИМ! — альфа выхватил бутылку и с треском разбил ее о столешницу, наблюдая, как багровый яд покрывает всё вокруг. 

— ТЫ ЕБАНУТЫЙ?!

— А ТЫ НЕТ? ПРОСТО СКАЖИ МНЕ: «это очередной мой ёбырь, успокойся дорогой». И ВСЁ, БЛЯТЬ.

Жгучая пощечина в миг заткнула разгоряченного альфу.

— Да пошёл ты, — с этим словами Бэкхен забрал свою сумку и вышел из квартиры.

Тихими шагами Чанёль направился в комнату сына, который только делал вид, что пребывает в мире снов, но он слишком хорошо знал своего тигрёнка и тут же раскусил эту маленькую сцену.

Прижавшись сзади к своему единственному чаду, Чан ласково погладил пепельные пряди омеги, на что тот сразу же развернулся и уткнулся в крепкую отцовскую грудь, давая волю слезам.