Отбросы

Дженни медленно шла с различными папками в руках. Её настроение автоматически снизилось, хотя, кого обманывать, оно почти никогда не бывает приподнятым. Единственное, что хоть как-то отвлекало её от повседневного давления — это музыка. В мире очень много людей, которые находят успокоение именно в музыке, Дженни тоже относилась к ним. Но, к сожалению, у нее сейчас совсем нет времени для уединения с ее любимыми наушниками. Разве что при уборке комнат она балует себя небольшим плейлистом. Ким, после того, как впервые за полгода надела форму, не хотела попадаться на глаза своего администратора, потому что знала, что будет чувствовать полнейшее унижение и поражение. Он в конце концов заставил ее надеть эту злосчастную красную юбку. Он выиграл. Но, ведь это еще не конец, верно? Дженни, придумывая некий план по мести, совсем случайно вспомнила о заданном проекте и громко вздохнула. «Вот зачем он выбрал меня? Какой же он мерзавец, он явно что-то задумал, раз уж выбрал меня. Надо ко всему быть готовой, » — размышляла при себе Дженни, пока доходила до кабинета господина Чхве. Она вежливо постучалась, но ответа не последовало. Чуть приоткрыв дверь, она поняла, что никого там нет. Брюнетка со спокойной душой вошла туда, не закрывая дверь за собой. Положив документы, которые она с аж третьего этажа несла, девушка хотела было уже покинуть кабинет, как вдруг услышала приближающие шаги и знакомый, но очень нежеланный голос. Дженни запаниковала, и единственное, что пришло ей в голову, так это спрятаться под столом от разгневавших глаз входящего человека.
— Да, я понял всё, хватит повторять, — раздраженно ответил Юнги отцу, который названивал ему каждые два часа, дабы убедиться, не сжег ли он его отель. Он вошел в кабинет Чхве Дэсона, чтобы взять оттуда весь список работников. — Знаешь, если ты не перестанешь мне всё время звонить, то я и вправду сожгу твой никчемный отель, ведь он мне к черту не сдался, — прохрипел Юнги, сильно ударив кулаком о стол, под которым пряталась испуганная Дженни. Мин быстро кинул трубку, не обращая внимания на крики отца, и швырнул телефон на черный кожаный диван, находившийся неподалеку от него самого. Дженни слышала его тяжелые вздохи и выдохи, звучало так, будто он пробежал целый марафон. Парень начал ходить по комнате туда-сюда, будто размышляя о чем-то. Дженни, конечно же, знала, что он странный паренек со своими скелетами в шкафу, но никогда не подумала бы, что у него какие-то проблемы с отцом. Ведь она знала господина Мина и видела лично то, как он усердно помогал её отцу. Мин ГукДю всегда оказывался рядом с в трудных ситуациях с Ким Хичолем и всегда был готов помочь ему во всем. Отец Дженни полностью доверял ему, поэтому она, как и ее мама, очень уважали его и его семью в целом. Но почему его сын, Мин Юнги, ведет с ним так грубо и неуважительно? В чем провинился его отец, чтобы заслужить такое отношение от своего родного сына? Дженни стало очень любопытно, хоть она и понимала, что лезть в чужие проблемы не стоит, ведь своих то куры не клюют.
— Айщ, чинча… Куда она делась? — тихим голосом разговаривал он сам с собой. «О ком он говорит?» — подумала при себе Ким, все еще не двигаясь с места. Если он узнает, что она услышала его разговор с отцом, то снова сделает так, чтобы Дженни морально пострадала. Юнги еще немного постоял, затем покопался в шкафчике и вышел из кабинета. Дженни облегченно выдохнула и вышла из «укрытия». Ноги ужасно ныли из-за неправильного положения при сидении. Еще бы, ведь рабочий стол господина Чхве такой маленький, что пришлось превратиться в комочек. Дженни привела свой внешний вид в порядок, подправляя задернутую вверх алую юбку.
— Как же я ненавижу тебя! — обращаясь к неодушевленной юбке, прошипела Ким. Было странно смотреть на девушку в белой блузке и красной юбке с кедами на ногах, когда все её коллеги женственно прогуливались по отелю в различных туфлях и балетках. Но брюнетке было все равно на свой внешний вид, тем более, она ненавидела юбки всей душой, поэтому носила то, что считала удобней всего. Ее взгляд ненароком падает на диван, на котором валялся телефон её администратора.
— Омо, он что, забыл его здесь? — девушка потянулась за ним, но тут же замерла, не решаясь брать его. Вдруг он сам нарочно его здесь оставил, злясь на отца, чтобы в конце рабочего дня забрать его. Он разозлится на одноклассницу за то, что она притащила его мобильник и заставит сделать что-то, что точно не понравится ей. Но с другой стороны, Ким не хотелось, чтобы отец Юнги волновался, и чихать она хотела на детские обиды младшего Мина. «Ай, была не была, » — решила Ким и схватила телефон.
Не успела она выйти из кабинета, как вдруг ее прижали к этой же двери, заставив ее пискнуть от неожиданности.
— Ты не умеешь прятаться, — бархатным голосом тихо произнес Юнги, опаляя своим горячим дыханием шею девушки. Дженни ничего не оставалось, кроме как нервно сглотнуть появившийся ком в горле. Он так близко находился к ее лицу, даже ближе, чем в прошлый раз. Да и сейчас она четко могла видеть его лицо, в тот раз ничего толком нельзя было разглядеть из-за кромешной темноты. Это всё никак не радовало её, а наоборот, заставляло потеть от непрошенных стуков сердца. Ким старательно отводила взгляд, крутясь на месте, пока Юнги, не скрывая, разглядывал ее с ног до головы. Он впервые ее увидел в униформе и до жути был доволен. Он знал, что его одноклассница — обладательница красивых ног, которых грех не показать, но не думал, что до такой степени. Если бы Юнги был хищным животным, то у него от такой добычи давно бы потекли слюнки. Но, к счастью, он был обычным человеком, еле сдерживающим свои бушующие эмоции внутри.
— Ну, чего ты молчишь? — Мин попытался посмотреть прямо в ее глаза, но та все время отводила куда-то взгляд, нервно бегая глазками. Дженни всей душой, молила о том, чтобы никто не увидел их в таком положении, потому что комната работников находилась прямо возле кабинета господина Чхве. Каждый из работников может выйти оттуда в любую секунду. Эта картина забавляла Юнги, и он даже невольно улыбнулся. Господи, как можно быть одновременно такой привлекательной и до чертиков милой?
— О, это же мой телефон, — Юнги не сразу заметил свой телефон в ее руках и удивленно воскликнул. — Ты хотела принести его мне? Что же, ну хоть какая-то польза от тебя все-таки есть, — ловко отбирая из её рук мобильник, сказал Мин. Ким возмущенно вскинула брови, наконец посмотрев в лицо одноклассника, на котором красовалась загадочная ухмылка.
— Йа, да кем ты себя… — не успела она закончить, как дверь комнаты работников отворилась, заставив администратора Мина отскочить назад, а Дженни испуганно подпрыгнуть. Из комнаты вышли Наён и Сону, которые что-то обсуждали, пока не увидели в холле Юнги и Дженни. Они остановились у порога, непонимающе глядя на эту подозрительную парочку.
— Работница Ким, вы перешли уже все границы! — заставив Дженни разинуть рот от удивления, строгим, но поддельным, голосом проговорил Юнги, тыкая указательным пальцем на нее. — После рабочего дня срочно зайдите ко мне в кабинет! — он вальяжно разворачивается и уходит куда-то, улыбаясь своему поступку, но жаль, что Дженни не увидела эту коварную улыбку, иначе бы накинулась на него тут же.
— Ого, ничего себе! Что ты опять натворила, Дженни-я, — так же удивленно разинула рот Наён.
— Похоже, что твой статус «Идеальной работницы» катится к черту, — усмехнулся Сону, после чего получил подзатыльник от Наён. Дженни так и стояла на том же месте, не понимая абсолютно ничего…

***

— Ребята, кажется, нас заперли, — рыжий парень со вздохом потёр глаза. Сказанное Чимином повергло в шок девчонок, Чонгук и Чимин были в замешательстве, а Тэхен ударил себя по лбу.
— Айщ! Я совсем забыл про это, — громко охнув, откинул Тэхен голову, обращая на себя всеобщее внимание.
— Что забыл? — искоса глянул на старого приятеля Чонгук. Тот лишь поднял голову и слабо улыбнулся.
— Чайник забыл выключить, а что? — после его ответа ребята, осознав, что Тэхен, как всегда, в своем репертуаре, отвели взгляд. Но на самом деле, дело было вовсе не в чайнике…

/flashback/

2 часа назад…

— Ты всё понял? — спросил Тэхен у запуганного младшеклассника, на что тот раз 10 утвердительно кивнул. — И что ты понял? Повтори-ка, — наклоняясь к его лицу, спросил Ким.
— Через 10 минут, как только вы войдете в кабинет, я должен запереть вас снаружи с помощью ключей, которых ты дал мне. Когда придет сторож, я приманю его в сторону того кабинета, в котором вы будете сидеть, и он откроет вам дверь, — быстро дрожащим голосом ответил младшеклассник.
— Ай, молодца, — брюнет похлопал его по плечу, довольно улыбаясь своему плану. Он хотел остаться наедине с Лисой и воплотить свой, скажем так, план мести в реальность. Но он не знал, что придет и Чонгук, а за ним и Чимин с Чеён…

/end of flashback/

— Что нам теперь делать? Может сторож в школе сейчас, давайте кричать через окно, — Лиса подбежала к окнам и попыталась открыть их, но, осознав, что и они были плотно заперты (из-за того, что в этом кабинете больше никто не учится), сдалась.
— Я сейчас попробую дозвониться до Хосока, — Чимин достал свой телефон и начал набирать номер. Чеён взяла первый попавшийся стульчик и уселась прямо возле запыленных музыкальных инструментов. Чимин после второй попытки дозвониться до друга тоже сдался. Лиса с грустным лицом сидела у окна, проклиная себя за то, что позвала в школу этих двух идиотов.
— Эй, чего вы все такие унылые? Судьба преподнесла нам такой отличный шанс, чтобы стать ближе друг к другу, так давайте же воспользуемся им, — ободряюще хлопнул Тэхен в ладоши.
— Заткнись, Тэхен, — в унисон ответили Чонгук, Чимин и Лиса.
— Йа, да ну вас, — Ким закинул ноги на парту и скрестил руки, недовольно разглядывая лица своих уставших одноклассников.
— Теперь и дождь собирается, отлично, — заметив большие серые тучи за окном, подметила рыжая. Чонгук поднял свою голову и посмотрел в окно. И вправду, надвигался дождь. Он невольно вспоминает один дождливый день, когда его брат, хоть и не родной, чуть ли не умер на его руках…

/flashback/

3 года назад…

— Дождь льет, как из ведра! — в дом вошел промокший Сокджин в костюме. Он отряхнул капельки дождя со своей одежды и отправился в гостиную, где на диване разлегся его младший брат, безразлично переключая каналы. Чон закатил глаза, когда понял, что его надоедливый братец вернулся домой. Родители парней уехали на Чонджу, чтобы навестить бабушку. Сокджина, естественно, оставили за главного, а это значит, что он ни в коем случае не отпустит Гука на ночные гонки. Старший брат знал, что он любит по ночам развлекаться с друзьями на своем мотоцикле, но никак не одобрял этого, как и родители, впрочем-то. Но разве будет внебрачный сын слушаться своих назойливых и «ненастоящих» родителей и брата? Ответ был очевиден. Как только Чонгук впервые сел за руль мотоцикла, он понял, что скорость — это то, в чем он нуждался всё это время. Он хотел всю жизнь пробовать вкус адреналина, который начинает бурлить в его жилах, когда он с каждым разом прибавляет скорость. Скорость для него было и успокоением, и слабостью.
— Чонгук-и, я вернулся, — еще раз напомнил о своем существовании Джин, тем самым раздражая Гука еще больше.
— Не называй меня так, и я не глухой, я слышал, как ты вошел, но не придал этому значения, потому что мне все равно, есть ты или нет, — монотонно выпалил младший Чон, все еще не отрывая взгляд от телевизора. Джин ничего не ответил, а лишь устало вздохнул. Как бы он ни пытался найти с ним общий язык, Чонгук никогда не давал ему шанса, отвергая его любовь и заботу. Он понимал причину такого отношения, но порядком уставал от этого, ведь несмотря на то, что они не являлись кровными братьями, Джин любил его, как своего родного брата. Сокджин всегда мечтал иметь младшего брата, и когда в доме появился маленький кареглазый 7-летний малыш, его счастью не было предела, чего не скажешь о малыше, который только-только отходил от траура. Его мать умерла от последней стадии рака, а отца он в жизни не видел, и когда тот заявился к ним, сказав, что забирает к себе домой, Чонгук запаниковал. Но все же господин Чон взял на себя опекунство и ответил надоедливым журналистам, что всё это время его второй сын рос у его матери в Чонджу.
— У меня сегодня важная гонка, я должен быть там, — вдруг заговорил Чонгук. Сокджин немного опешил от такого заявления брата, но вспомнив слова отца, сразу же посерьезнел.
— Что я тебе говорил насчет этого? Я запретил тебе участвовать в этих гонках, если отец узнает…
— Мне все равно на отца. Он твой отец, не мой, у меня нет отца.
— Чонгук! Не смей так говорить! Ты хоть знаешь на что он пошел ради тебя? Ты должен благодарить его…
— И на что же он пошел ради меня?! — Гук подскочил на ноги, смотря прямо в лицо своего брата. — То есть, ты считаешь храбростью то, что он использовал мою мать и бросил ее, как ненужный мусор, на улице?! Это является поводом для гордости? — нервно усмехнулся он. — Ты хоть знаешь, что за эти 7 лет я увидал то, что тебе даже не снилось. Пока вы тут все припеваючи жили в роскоши, мы с мамой скитались по улицам, как бездомные собаки, прося денег у прохожих. Да, ты прав! Самый лучший отец в мире! — саркастически воскликнул Чонгук. Джин замолчал, переваривая услышанное. Гук впервые заговорил с ним об его прошлом, Джин не знал, радоваться этому или нет.
— Но всё это в прошлом. Отец взял тебя к себе и приютил, обеспечивая все возможные удобства…
— Ага, прямо после того, как моя мать умерла, — прерывая братца, раздраженно произнес Гук. — Знаешь, что-то мне совсем не в кайф жить в этом доме. Каждый раз, когда я смотрю на отца, или же на тебя, у меня появляется дикое желание ударить вас по лицу, потому что у меня в голове всплывает лицо мамы, которая была при смерти, — прохрипел младший Чон, сжимая пальцы в кулак. Он был зол на себя за то, что высказался сводному брату, когда совсем не хотел этого делать. Чон поклялся себе, что ни за что не станет кому-либо открывать свою измученную душу.
— Хорошо… Делай, что хочешь, — тихо ответил Джин чуть уставшим голосом. Он вдруг почувствовал большую вину перед ним, поэтому не стал запрещать ему то, чем он любил заниматься. Сокджин без лишних слов ушел на кухню, чтобы приготовить чего-нибудь поесть. Не отправлять же брата голодным на эти гонки, они итак ужасно истощают человека. Чонгук вернул свое прежнее положение, то есть, снова разлегся на диване, быстро переключая каналы. В душе у каждого из них остался неприятный осадок после такого разговора. Внезапно в кухне раздается звук разбившегося то ли стакана, то ли тарелки, а за ним и громкий грохот.
— Что там у него происходит? — тихо пробормотал Гук. Но никакого звука больше не последовало, что заставило парня напрячься. — Йа, ты там кухню разнести вздумал? — громко спросил он, ответа, опять-таки, не последовало. Чонгук не на шутку взволновался и поплелся в кухню, и не зря… Брат лежал на полу, задыхаясь от не хватки воздуха, руки и ноги тряслись. Его хватил приступ астмы, судя по всему. Чонгук был в шоке от такого зрелища, но тут же подбежал к нему.
— Эй, ты чего? Что с тобой? Джин! — он приподнял его голову и приложил руку тыльной стороной ладони к его лбу, чтобы удостовериться, нет ли температуры. Но ее не оказалось. Чонгук был растерян, как никогда, он впервые не знал, что делать. Он даже не знал, что у брата астма. — У тебя астма? Где твой ингалятор?! — Гук чуть дернул его за плечо.
— В… пиджаке, — еле выговорил Джин, прокашлявшись. Чон подскочил на ноги и побежал в прихожую, чтобы взять ингалятор, который находился в кармане пиджака, висевшего на вешалке. Быстро найдя его, он обратно побежал в кухню. Он, придерживая голову Джина, дал ему отдышаться с помощью ингалятора, выжидающе смотрел, пока тот придет в обычное состояние, что, на удивление, не происходило. Он внезапно притих, тело перестало дергаться, а глаза были широко распахнуты. Такое чувство, будто Чонгук держал в руках живого «трупа». Его сердце начало колотиться непонятно из-за чего. Как бы он ни не любил сводного брата, он никогда не пожелал бы ему смерти, тем более такой. В этот момент он почувствовал себя последним ублюдком, который даже не заслуживает любви брата. Чонгук невольно всхлипнул от беспомощности. Он оказался в такой безысходности, что врагу не пожелаешь.
— Прости… Прости меня! Проснись, прошу тебя, — тихо шептал Чонгук, молясь о том, чтобы он моргнул. И это свершилось. Джин набрал в легкие воздух так, будто только что вышел из воды тонущим. Он заморгал и посмотрел на заплаканного Чонгука, который тут же перестал лить непрошеные слезы. Они замерли в том же положении, молча разглядывая друг друга, но тут Гук резко обнял его, шепча: «Спасибо…»

/end of flashback/

— Хосок! Наконец-то ты поднял трубку, — облегченно выдохнул Чимин, привлекая к себе всеобщее внимание ребят. — Ты сейчас где? В школе? Отлично. Нас заперли в кабинете музыки, это долгая история, прошу тебя поскорее придти, иначе… батарея сядет, — не успел Чимин договорить, как экран его телефона потемнел, а вскоре вовсе отключился. Он вновь устало вздохнул и оглядел кабинет. Ребята уныло взглянули на рыжего и вернулись на свои прежние места. Каждый надеялся, что выберется отсюда не позднее вечера, ибо у каждого были свои планы: Лиса, если ей позвонит мама, пойдет к ней на работу и будет помогать там, Чеён допоздна ждать свою маму с дежурства, Чонгук отсутствовать дома почти всю ночь, ведь после того, как случайно подслушал разговор своего отца и брата, он вряд ли захочет видеться с ними; Тэхен находить свое утешение в ночных клубах и длинноногих девушках, а Чимин усердно заниматься и работать над проектом. В общем, скучать они точно не будут.
Чеён надоело молча сидеть и терпеть, она взяла в руки гитару, тем самым, удивив находящихся, кроме Лисы, и особенно Чимина. Она медленно начала перебирать пальцами струны, создавая спокойную мелодию. Тэхен приоткрыл глаза и взглянул на брюнетку, которая ни на что не взирая продолжала создавать незамысловатую музыку. Чонгук перевел свой взгляд на неподвижную Лису, которая так же молча сидела у окна. Пучок давно ослаб, неизвестное количество прядей красиво прикрывали ее щёчки. Так и хотелось их заправить за уши. Что-то в ней так манило, притягивало и убаюкивало. Чонгук начал часто заглядываться на нее, непростительно долго. Каждые секунды, которые он дарил ей, Чон чувствовал некое необъяснимое притяжение. Почему-то судьба без конца сводила их вместе, но до этих пор Гук просто не придавал этому значения. Теперь, сидя взаперти с ней, он осознает, что всё это неспроста. Ким не мог не заметить «слежку» Чона за рыжей и немного нахмурился от этого. Он не знал, в каких отношениях они состояли с ней в Америке, но что-то подсказывало внутри, что у этих двоих есть свои секреты. Конечно, ему было до жути любопытно, ведь он искал хоть какой-то козырь против новенькой, чтобы отомстить ей. Но, знаете, что-то уж не очень сильно ему теперь хочется ей мстить. Она сама, как личность, довольно заинтересовала Тэхена. Он даже не пытается это скрывать, а скорее наоборот. Если повезёт и он узнает всё, что необходимо об этих двоих, то считайте, что он сорвал большой куш. Ким сможет задеть чувства старого приятеля, одновременно отомстив Лисе. Пока эти трое задумывались о своём, Чимин, усевшись за парту, открыто наблюдал, а точнее, изучал, Чеён, что уже медленно заканчивала свою игру на гитаре. «Какая же она всё-таки другая… Особенная? Таинственная. Какую же печаль ты прячешь за спиной? » — мысленно беседовал сам с собой Пак.
Мысли у всех улетучились в одну минуту, когда Тэхен внезапно встал и подошёл к Лисе, которая уже стояла на ногах, прислонившись к стене. Тэхен уже стоял в пару сантиметрах от нее, пока та непонимающе глядела на него. В кабинете нарастала неловкость, но каждый старался не показывать этого.
— Чего тебе? — резко спросила рыжая, уже готовясь оттолкнуть его. Ким загадочно ухмыльнулся.
— Знаешь, я тут поразмышлял о кое-чем и решил, что ты теперь моя девушка, — сказал Тэхен так, будто это было для него чем-то обыденным. Лиса ошарашенно приоткрыла рот и округлила глаза. Она не понимала, чего он этим добивается.
— Я, конечно, наслышана о том, какой ты больной, но не думала, что настолько, — монотонно проговорила Лиса, скрывая все свои бушующие эмоции внутри. Ким окончательно приблизился к девушке, прижав ее с двух сторон руками. Чонгук чуть поёжился от этого зрелища, но всё так же сидел.
— Я же нравлюсь тебе, — прохрипел Тэхен, стоя прямо у носа Лисы. Та нервно сглотнула, но сразу же вскинула голову и посмотрела прямо в его глаза. Тэхен, не ожидавший таких действий от нее, удивился, ему очень нравилось эта ее бойкость.
— Ты сумасшедший, если правда так думаешь, — спокойно произнесла Лиса, отталкивая двумя руками парня. Тэхен сделал два шага назад и повернулся к Чонгуку, который сидел и безразлично разглядывал пол.
— Никак не прокомментируешь мое заявление, Чонгук-а? — спросил его Ким, пытаясь посмотреть ему в лицо. Долго пытаться не пришлось, потому что Гук сам поднял голову и с безразличным взглядом посмотрел на Тэхена.
— Зачем мне это? — тихо произнес Чон. Манобан взглянула на него через плечо Кима.
— Даже так? Я ведь могу к ней прикасаться, — Тэхен резко схватил опешившую Лису за руку и притянул к себе. Та успела лишь ойкнуть и привычно округлить глаза. Это его действие никак не повлияло на Чонгука, что еще больше начинало раздражать Тэхена.
— Йа, — Чеён подскочила на ноги и возмущённо глянула на Кима. Она уже была готова броситься на помощь своей подруге, но тут Чимин остановил ее, нежно схватившись за ее руку. Тройка даже не посмотрели в сторону Чеён и продолжали играть в гляделки.
— Могу даже обнять, когда захочу, — Ким развернул рыжую к себе спиной и безцеремонно крепко обнял ее одной рукой. Лиса прибывала в лёгком шоке, но не могла даже слово выдавить из себя, словно кто-то скотчем заклеил ей рот. И на этот поступок Кима Гук не повел носом, иногда пробегаясь глазами по невинному лицу девушки.
— Тэхен, я правда не понимаю, чего ты этим хочешь добиться, — начал чуть пугающим спокойным тоном Чон. — Мне плевать на нее так же, как и на тебя. Делай, что хочешь с ней, мне все равно, — он встал на ноги и посмотрел старому приятелю в глаза, дожидаясь следующих действий. Тэхен прищурил глаза и сжал руку в кулак.
— Отлично, тогда ты не будешь против, если я ее тут же поцелую, — это прозвучало скорее, как утверждение, а не как просьба на разрешение. Тэхен повернул Лису лицом к себе и посмотрел на нее с глазами, в которых виднелись искорки то ли злости, то ли ещё чего-то, о чем ещё не знала девушка. Чонгука застали врасплох, и он даже чуть дернулся, нервно сглотнув. Ему вдруг захотелось врезать Тэхену и уйти с Лисой куда-то, лишь бы не оставаться в этом злосчастном кабинете. В это время Ким уже успел обеими руками обвить лицо застывшей на месте Манобан. Он специально тянул время, это все трое понимали, но почему-то никто из них так и не решался действовать. У Лисы внутри боролись два разных клана: один просил ее придти в себя и вмазать как следует этому мерзавцу, который сейчас стоял в двух сантиметрах от ее губ, а другому было очень любопытно узнать, что же сделает Чонгук, если Тэхен и вправду решится поцеловать ее. Сердца бились в такт у этих троих. В голове миллионы мыслей.
— Тэхен, — где-то издалека послышался голос Чимина, который хотел образумить его, что было безуспешным. Чонгук раздражённо глазел на Тэхена, который посмел притронуться к Лисе, дабы позлить его. Тэхен медленно начал сокращать расстояние между ним и Лисой. Чон уже было двинулся с места и сделал полушаг, как вдруг слышется топот за дверью. Кто-то отпирает дверь, а за ней оказались недоуменные лица Хосока и Джису.
— Что здесь происходит? — спросил Хосок, пока Джису приоткрыв рот разглядывала присутствующих. Лиса резко отпихнула довольного Кима от себя и встрепенулась. Она заправила мешающие пряди за ухо и повернулась к Чонгуку, который всё это время смотрел на нее. Она смущённо отвела взгляд и быстро подошла к своей парте, где лежала ее сумка. Схватив ее, она глянула на подругу, которая молча кивнула и тоже начала собираться.
— Ну наконец-то, я уже думал, что нам придется здесь переночевать, — облегчённо вздохнул Чимин. Лиса вышла, почти выбежала, из класса, на что удивилась Джису. После нее, извинившись перед Чимином, ушла и Пак.
— Йа, зачем ты притащил её? — скривился Тэхен при виде кузины, после чего получил ее раздраженный взгляд.
— Ну, она сама захотела, я здесь не причем, — Хосок прошёлся взглядом по кабинету и почесал затылок. — А что вы тут забыли?
— Да мы тут проекты свои обсуждали, пока кто-то нас не запер тут, — Чимин заметно разгневался, но по нему было видно, что он слишком устал, чтобы разбираться во всем этом и искать виновника. Всё это было на руку Тэхену, ведь он знал, какой Чимин не глупый малый. Чонгук молча и быстро покинул кабинет, а за ним побежала и Джису.
— Чонгук, стой! — подала она голос. Гук остановился и лениво обернулся.
— Можешь меня проводить до дома? Папин водитель уже уехал. Кажется, дождь собирается, а я не хочу одна идти, — Джису начала разглядывать пол от небольшого наплыва смущения.
— Джису, извини, но у меня сейчас кое-какие дела. Как-нибудь в другой раз, хорошо? — Чон слабо улыбнулся и, даже не захотев услышать ответ от подруги, развернулся и ушел. Ким грустно провожала его взглядом, утешая себя мыслями, что он ещё ни о чем не знает.
— Да знает он всё, — вдруг из неоткуда вырос рядом с ней Тэхен, сложив руки в карманы. Джису взглянула на него непонимающе.
— Ты о чем?
— Джису, он уже в курсе, что вы скоро помолвитесь…

/flashback/

Чонгук валялся в своей комнате, пока ему не пришло сообщение от незнакомки, которой оказалась Лалиса Манобан, где она просила его придти в школу. У него, к его же удивлению, настроение приподнялось, да и нашел чем заняться этим днём, ведь ночью у него уже были планы погонять на своём байке до самого рассвета.
Гук встал на ноги и сразу же начал собираться. Парень проходил мимо кабинета своего отца, дверь была слегка приоткрыта.
— Как там дела с рейтингом? — раздался голос господина Чона.
— Все так же стабильно, — серьезным тоном ответил старший сын, Джин.
— На первом месте все ещё Ким Джухён? — поинтересовался господин Чон, шурша листами бумаг.
— Да. За последний месяц их рейтинг поднялся на 12%, когда другие, в том числе и наша компания, никогда не доходили до 10%, — констатировал факт Сокджин. Чонгук приблизился поближе, чтобы четко расслышать их разговор. Он не знал, что дела их компании за три года его отсутствия настолько ухудшились.
— Что предлагаешь нам сделать? — Чонгук услышал, как его отец снял очки и громко вздохнул.
— Не знаю, отец. Мы не так близки с компанией господина Кима, — ответил Джин.
— Кстати, как там поживает их дочка? Джису? Наш Чонгук общается с ней? Я думал, что у них весьма близкие отношения, — после этих слов отца младший Чон устало вздохнул. Он ничего против Джису не имел, но весь этот разговор отца вел только к одному.
— Не знаю. Кажется, они хорошо общаются, — замешкался старший братец. Ему, конечно же, было неловко обсуждать личную жизнь младшего брата за его же спиной, да к тому же с отцом.
— Как думаешь, сможет ли это всё дойти до помолвки? Мы с Джухёном на днях поднимали эту тему. Если его дочке и вправду нравится наш проказник, то думаю, что тут даже решать будет нечего, — дальше Чонгук не захотел подслушивать намерения отца. Снова… Он снова всё решает за него. Если это так будет продолжаться, то Чонгук не станет терпеть до последнего…

/end of flashback/

***

Дженни закончила уборку в одном из номеров второго этажа и вернулась в комнату персонала. Она взглянула на часы, которые говорили, что осталось примерно 10 минут до окончания ее рабочего дня. Осознав это, она облегчённо вздохнула и распустила свои длинные волосы. Ким начала собираться, но желания — а вернее сил — переодеваться и снимать злосчастную юбку не было. Это значило, что она бы сдалась и проиграла Мин Юнги, поэтому Дженни решила всё-таки переодеться. В мыслях всё также крутились его непонятные фразы, его чересчур близкое лицо, тёплое дыхание, затуманенный взгляд… Вдруг, сердце девушки застучалось быстрее обычного. Она дотронулась ладошкой до груди и, словно испугавшись своих же чувств, выпучила глаза.
— Что это? — вслух спросила она у себя. Все эти чувства были для нее чем-то новым, ещё неизведанным, девственно неприступным. Все её «разборки» в голове улетучились в одну секунду.
— Дженни, ты уже уходишь? — в комнату ворвалась как всегда энергичная Наён.
— Да, мое рабочее время подходит к концу. Не хочу тут оставаться ни минуты, — кидая красную юбку обратно в шкаф ответила Ким.
— Да ладно тебе, Дженни-я. Тебе бы все равно пришлось бы надеть форму, просто новый администратор «ускорил» это событие, так что не злись, — приобняла коллега брюнетку за плечи. Та лишь усталым взглядом взглянула на нее и улыбнулась уголками губ, ибо на что-то большее у нее не хватало сил.
— Кстати, тебя он разве не позвал к себе в кабинет после окончания рабочего дня? — после этих слов сердце Дженни неприятно ёкнуло. Она совсем забыла про это. «Чего это я должна быть послушной собачкой?» — опомнилась Ким и сразу же вернула свой хмурый взгляд.
— Не пойду.
— Что? Ты серьезно? Дженни, он итак был зол на тебя сегодня, а ты ещё подливаешь масло в огонь, — охнула Наён. Брюнетка лишь хмыкнула в ответ и, попрощавшись с коллегой, покинула комнату. Она мечтала побыстрее покинуть это здание, причем никому не попавшись на глаза. Увидев, что на улице льет нехилый дождь, она с горечью вздохнула. Дженни вышла наружу и, прикрывая голову сумочкой, подбежала к трассе. Не было смысла идти до самой автобусной остановки, а потом ещё и ждать свой автобус. Лучше потратить карманные деньги за проезд на такси и вовремя добраться до дома. Ким стояла с приподнятой рукой, ловя хоть какой-то такси. Маленькая сумка никак не помогала, шелковистые волосы уже успели промокнуть, как и половина одежды. Наконец какая-то черная иномарка остановилась, из-за дождя Дженни не смогла увидеть номер машины, поэтому просто поспешила сесть туда. Она распахнула дверь и молча села. Потерев глаза от неожиданно нахлынувших капель дождя, она наконец взглянула на водителя, при виде которого ее повергло в шок.
— Ну и куда ты собралась? Я же просил тебя зайти ко мне в кабинет, — этот дурманящий голос Мин Юнги просто сводил Дженни с ума. — Работница Ким, — язвительно произнес он, — похоже, что вы сегодня будете отбывать своё наказание в моем кабинете…