Драбблы.

Пэйринг: Россия/Германия
Автор: Демоничка_Я
Метки: флафф, романтика, от друзей до возлюбленных, мужская беременность, нежелательная беременность.
Небольшой ньюанс: в данной истории все персонажи мужского пола, поэтому беременность и роды обычное дело.
•••
Вот, попыталась написать что-то милое и светлое, конечно, не смогла удержаться и добавила совсем капелюшку стекло, совсем чуть-чуть.
И да, заявки принимаются, самое главное что мне нужно: жанр и пэйринг.
•••

Америка - ты сукин сын! Как же сильно мне хочется ещё раз начистить тебе рожу! Даже не представляешь насколько! Знать бы где ты, но я найду тебя хоть на северном полюсе и уж тогда тебе не поздоровится! Теперь долгие годы нашей дружбы кажутся бессмысленной тратой времени, после того... После того, как от тебя забеременел он! Германия, стоящий впереди меня. Милый, невысокий мальчик с огромными очками, закрывающими почти половину лица, и красивой улыбкой, которая бывает так редко на его лице.

Неожиданно тот пошатнулся и чуть не упал на пол, благо я был рядом и вовремя подхватил. Юноша был достаточно бледным, можно сказать зелёным, не удивительно, что он чуть не упал в обморок.

- Боже, - прошептал он, устало закрывая глаза и прижимаясь ко мне.

Вся эта история произошла почти два года назад, точнее тогда в наш университет перевели Германию. Он был невразчным, закрытым и молчаливым, практически ни с кем из нашей группы не общался, за исключением одного человека - это был я. Возможно, мы бы так и не познакомились, если бы меня тогда не попросили присмотреть за новеньким: объяснить ему, что да как, показать аудитории и многое другое. Я видел, как он сильно смущался, когда наши взгляды встречались, постоянно прятал глаза за очками и длинной чёлкой. Сразу было понятно, что мы друг другу нравится и, кажется, всё должно быть хорошо, но... Назревает вопрос: "а причём тут вообще Америка?" Всё очень просто: США ни с того ни с сего заинтересовался им, иногда зажимал в углах(я сам был пару раз свидетелем, да и слухи делали своё дело), нашёл его соцсети и не переставая написывал; всё-таки под таким напором Герман не устаял и у них завертелся роман. Услышав последнюю новость от одногруппников, я не стал вмешиваться в эту интрижку и видимо зря. Уже спустя пару месяцев, США просто исчез. Просто, пока меня не было, собрал свои вещи из нашей комнаты в общежитии и уехал, куда и почему было непонятно. На следующий день Германия был особенно подавлен и как никогда молчаливым. Благодаря долгой беседе с ним наедине в его съемной квартире, я узнал об их расставании из-за беременности. Сказать что я был удивлён - ничего не сказать! Нет, я, конечно, знал, что США козёл, но чтобы бросить человека, просто из-за беременности, а точнее из-за отказа от аборта(!) - этого я не ожидал! Я готов был рвать и метать, но внешне старался выглядеть спокойно и, наоборот, пытался успокоить, подбодрить друга. Ту ночь я провёл у него, чтобы Германия ничего не натворил. Я, действительно, боялся за него и хотел защитить от любой опасности, в том числе и от Америки. Именно тогда я понял, что этот парень, тот, с кем я проведу жизнь.

Вскоре мы вновь вернулись на учёбу по моему настоянию. Германия всё также ходил, пока его положение не было видно, и явно беспокоился о мнении со стороны и, похоже, не зря. В группе шептались за нашими спинами, коса глядя на юношу, но все сплетники замолкали, когда я смотрел в их сторону. Что скрывать, в нашем небольшом коллективе я пользовался авторитетом и со мной многие считались мнением. Так что уже через два дня все перешёптывания и язвительные смешки в сторону Германии прекратились. Но проблемы на этом не закончились. Спустя месяц США(не понимаю, как его ещё тогда не отчислили; наверное из-за связей и влияния его родителей) снова появился на учёбе во всей своей красе. Ох, как же руки чесались врезать по его самодовольной роже, когда он увидел меня вместе с парнем. Но, чтобы лишний раз не беспокоить Геру, пришлось сдержать поток ярости.

В первых числах зимы, когда только выпал снег, я признался ему в чувствах и предложил съехаться. Ответа я дождался не сразу, только на третий день. Вроде бы недолго, но мне казалось, что прошла вечность. Германия избегал меня на занятиях, старался слиться со стеной и побыстрее уйти домой. Я прекрасно понимал, почему это происходит, и он так долго тянул с ответом. Дело даже не в чувствах, а в более очевидном - беременность. Не каждый сможет принять это, зная, что ребёнок не от тебя. Это словно бремя, груз, можно сказать клеймо, причём на обоих: у одного из-за того, что поверил и попал в такую ситуацию, а второй - не смог оберечь своего любимого человека. Но я был готов к этому, поэтому смиренно ждал и дождался. Уже на следующий день его вещи начали переезжать ко мне(квартиру я снял, поэтому в общаге больше не жил).

Много чего ещё потом произошло: знакомство с родителями, предложение руки и сердца, куча консультаций, связанные с беременностью, и США. Но, давайте, я обо всём расскажу по порядку.

Со своими предками Германию я познакомил уже через неделю после его признания. Конечно, отец с папой были удивлены, узнав о беременности, но радушно приняли парня(обожаю их). С родителями Геры всё было намного сложнее. Они были важными шишками(по крайней мере, отец уж точно), поэтому устроили для меня самый настоящий допрос: какой любимый цвет у Германии; звали пятого щенка его первой собаки; кем он хотел стать в детстве? И так далее. Если честно, я не был уверен, что оно сами знают ответы на эти вопросы - по словам моего мужа, с родителями у него довольно холодные отношения. И я даже знаю, с чем это связано(Германия сам мне рассказал, когда мы вернулись домой) - дело в том, что Рейх и Австрия рано вышли замуж друг за друга, когда оказалось, что второй в положении, и до Германа им не было дела, постоянно отправляя его то на кружки, то в лагеря, то к дедушкам.

Но от грустного перейдём к чему-то более доброму и милому.

С предложением я тянуть не стал, поэтому уже спустя пару месяцев совместной жизни пригласил Геру в ресторан и именно там спросил всего два слова: "Выходи за меня." Нужно было видеть лицо моего мужа, чтобы понять, в каком ступоре и удивлении был он, когда на пальце оказалось аккуратное золотое кольцо. Я отлично помню, как со слезящимися глазами он закивал, что означало согласие. Я считал себя самым счастливым на этом свете. Наша роспись была не таким большим торжеством, но погуляли мы тогда хорошо.

И, наконец-то, моё самое нелюбимое. США. Угх, этому уроду хватило наглости, чтобы прийти в квартиру - уже нашу общую - и начать качать права. В этот раз сдержать себя я не смог и ударил первым. Завязалась небольшая потасовка, где разнимали нас соседи и сам Германия. Последний меня потом ругал, что я начал драку первым, параллельно обрабатывая ссадины на лице.

Но давайте оставим мои воспоминания и чувства и вернёмся в настоящее время. Я быстро подхватил мужа под руки, слегка потряс его за плечи, стараясь привести его в чувства.

- Боже, что произошло? - спросил беременный, схватившись за голову. Я всё ещё придерживал его, ведь чувствовал тряску.

- Тебе стало плохо. Гер, скажи мне только честно. Он опять приходил? - муж кивнул и ткнулся мне в грудь, начиная говорить.

- Да, когда ты был на работе. Сказал, что заберёт ребёнка. Не поминаю, зачем он ему нужен. Он ведь бросил меня, а сейчас...

- Я знаю, не волнуйся. Я что-нибудь придумаю. Я не позволю ему забрать у нас малыша, - прошептал я, поцеловав любимого в макушку, чуть взъерошив тёмные волосы. Ради нашего совместного счастья я действительно готов на что угодно! Нанимать лучших адвокатов(не против даже киллера), платить огромные деньги, лишь бы не позволить США забрать у нас Ника!

Наконец-то двери лифта распахнулись. Глазам предстал уже знакомый светлый коридор отделения. Сжав руку парня в своей, мы вышли из кабины. Я снова огляделся, глазами ища нужного нам доктора. Светлые стены обклеины плакатами, связанными с детьми и беременностью; множество дверей, что вели, как в общие палаты, так и платные; ходящие по коридору и явно уставшие беременные парни, о чём-то говорящие друг с другом. У двери одной из палат стоял, как раз тот, кто нам нужен. Хороший знакомый моих родителей, который принимал роды ещё у моего папы и старшего брата. В общем, мужик проверенный и крутой! Германия первый подошёл к нему, начав говорить, видимо, про своё состояние. Александр кивал, улыбался ему и отвечал, а после отпустил нас, показав на дверь палаты. Родители Германии постарались и забронировали ему платную палату; они вообще с момента беременности, по словам Геры, относятся к нему намного лучше, чем раньше. Я виделся с ними всего пару раз: во время знакомства и нашей росписи, поэтому не могу сказать точно.

Спустя пару часов у мужа отошли воды. Было тяжело видеть скорченное от боли его лицо, но сделать кроме, как держать за руку и подбадривать, я ничего не могу. Спустя долгое время, наверное ближе к вечеру, уже начались сами роды, присутствовать на которых я побоялся - я бы не смог слышать болезненные стоны, поэтому решил ждать в приёмной.

Время тянуло до безумия долго. Я обдумал абсолютно всю свою пройденную и будущую жизнь, даже, какие будут внуки, пару раз проваливался в сон, так же быстро из него выходя. Но уже на второй час наступила кульминация - ко мне подошёл Александр, поздравив с рождением сына, и я окрылённый побежал на нужный этаж, так и не дождавшись лифта.

На койке лежал уставший муж, держа в руках Ника в руках. Увидев такую картину, я застыл в дверях, боясь зайти. Герман заметил меня, улыбнулся и, я точно видел, как его глаза загорелись живым огоньком. Такого раньше не было, даже когда мы были рядом.

- Росс, я так счастлив.

***

Глаза медленно открывались, когда на них падали первые лучи солнца. Комната наполнялась оранжево-красным светом, создавая приятную атмосферу. Наконец-то в нашей жизни наступило затишье: после суда США навсегда исчез из нашей жизни, а маленький Никки остался с нами, чему я, как, собственно и Германия, очень рады. Кстати о нём. Вот он. Лежит и ещё спит. Осторожно убрав чёлку с глаз и поцеловав в макушку, я одел тельняшку с трениками и поднялся с кровати, сразу же услышав шуршение на ней. Посмотрев через плечо, увидел, как муж повернулся на живот и обнял подушку. Тихо, на цыпочках, чтоб его не разбудить, вышел из спальни, прикрыв дверь.

Детская была светлой, в приятных персиковых тонах, у окна, рядом с кроваткой, стоял пеленальный столик из темного дерева, точно из такого же сделана практически вся мебель в комнатушке. Подойдя к люльке, на пару минут замер. Рыжий малыш всё ещё спал, раскинув ручки на одеяле, рядом лежала его пустышка.

- Хэй, - стоило этому чудо слегка приоткрыть глаза, я поднял его на руки и поцеловал в лоб. Ник пожмурился, уложил голову(которую кстати он уже почти уверенно держит!) и тихо зевнул. - Давай-ка, мы, пока папа спит, сделаем всё сами.

Переодев сына в чистое, мы вместе направились на кухню, завтракать. Обычно все эти махинации делает Германия, пока я отсыпаюсь после ночной смены на подработке, но сегодня выходной - значит можно подменить мужа. Взяв из шкафа уже готовую смесь, разбавляю её так, как надо, спустя минуту бутылочка отправилась в микроволновку. Комнату напомнил тихий гул, такой по-домашнему ненавязчивый.

Стоило только непроливайке припасть ко рту младенца, как тот издал смешной лепет, а после разомкнул губы, начиная кушать. Я улыбнулся ему, после переведя взгляд в окно. Солнце уже встало, небо приобрело уже привычный голубой цвет.

С момента рождения ребёнка жизнь действительно изменилась: теперь нельзя гулять с друзьями, всё заработки нужно нести домой, да и допоздна засиживаться тоже не получается, ведь на следующее утро нужно идти на учёбу, а после на подработку. Впринципе кардинальных изменений в себе я не почувствовал. Друзей, за исключением США, у меня практически нет, так что затусить ни с кем не получится, да и по натуре я скорее домосед, поэтому так даже легче.

- Какой же ты молодец, Никки, - я поставил уже пустую бутылочку на стол, снова поцеловал чадо и хотел уже было вернуться к рассмотрению пейзажа, но услышал тихое кряхтение, а после и шаги.

В дверях стоял Германия. Такой домашний: в растянутой футболке с облаками и таких же штанах, растрёпанными ото сна волосами и совсем без очков, которые не давали мне смотреть в красивые серые глаза такие же, как у сына.

- Ты его покормил? - всё же тихо спросил он, осторожно подходя ближе. Я кивнул и передал ребёнка. Ник, как только заметил папу, встрепенулся и начал ему улыбаться. - Спасибо...

- Утро сегодня особенно прекрасно, - начал я, садясь на стул и усаживая на колени мужа. Тот улыбнулся, укладывая засыпающего сына поудобнее на руки.

Легко и ненавязчиво я поцеловал его куда-то в плечо, после зарываясь лицом в тёмные волосы. От них приятно пахло яблоками и мятой, видимо новый шампунь. Из-за проделанных мной действий муж слегка покраснел, после переведя взгляд на моё спокойное лицо. После рождения малыша он совсем отвык от таких ласк, поэтому и засмущался. Но, готов признать, видеть его красные щёки доставляет мне неимоверное удовольствие, так и хочется их расцеловать либо потискать.

- Ты чего?

- Ничего. Совсем скоро мы заведём своего общего малыша, и... Или ты не хочешь? - подобный вопрос возник, когда я увидел удивлённое лицо и ещё более порозовевшие щёки.

- Конечно хочу, но, наверное, чуть позже. Ник же ещё совсем маленький и ему тоже нужна ласка и забота. Давай, отложим это хотя бы на годик, а дальше, как пойдёт.

- Как скажешь, солнце, лишь бы ты был рядом со мной.