Глава 10. Разговор среди ночи
Темнота стояла в комнате почти вязкая.
Ди всё ещё лежал, не раздеваясь, поверх одеяла.
Часы на стене показывали 02:47.
Дом спал.
Только где-то в углу гудел холодильник, нарушая полное безмолвие.
Он почти провалился в сон — не глубокий, а какой-то тревожный, оборванный — когда вдруг раздался резкий вибрирующий звук.
Телефон на тумбочке дрожал от входящего звонка.
Ди рывком сел. Сердце ухнуло в живот.
Руки задрожали прежде, чем он успел поднять трубку.
На экране высветилось неизвестное число.
Он стиснул зубы и нажал "принять".
— Алло?.. — голос дрожал.
На другом конце прозвучал тихий, ровный голос мужчины.
— Здравствуйте. Это из Центральной городской больницы. Вы — родственник Глема Швагенвагенса?
Ди зажмурился на секунду.
— Да. Я... да. — еле выдавил он.
Пауза. И потом коротко, холодно:
— Он попал в серьёзную автомобильную аварию. В данный момент он находится в состоянии искусственной комы. Его стабилизировали, но прогнозы пока осторожные. Вам следует приехать как можно скорее.
Эти слова пронзили его, как острые иглы.
Но он не закричал.
Не застонал.
Он просто опустил телефон на кровать.
И медленно сполз с неё, сев прямо на пол, уткнувшись спиной в стену.
Тишина опять сомкнулась над домом.
Только частое, тяжёлое дыхание Ди нарушало её.
"Кома.
Кома.
Кома
Кома
Кома
Кома."
Эти слова крутились в голове, словно злая мантра.
Ди обхватил колени руками, сжал их до боли.
"Я хотел позвонить ему.
Я мог бы...
Если бы позвонил... может, он бы остановился.
Может, всё было бы по-другому."
Он впился взглядом в тёмную пустоту комнаты.
Словно пытался найти в ней хоть какую-то опору. Ведь теперь понимал что мог все изменить.
"Но я боялся.
Я боялся, что снова увижу... что снова потеряю."
"И всё равно потерял."
В груди было не больно.
Боли он уже почти не чувствовал.
Была только пустота.
Тягучая, холодная, как мокрый цемент.
и снова никаких слёз.
Никаких криков.
Только осознание того, что кошмар не закончился.
Что потеря — это не одноразовая боль.
Это река, в которую тебя бросили без шанса выбраться.
Но где-то глубоко внутри теплилось крошечное, почти незаметное чувство:
Глэм ещё жив.
Он не ушёл окончательно.
Он где-то там, под тоннами медицинских приборов и трубок.
Борется. Ждёт.
"Я должен быть рядом.Я не могу бросить его, как бы страшно ни было."
Ди медленно поднялся с пола, колени подгибались.
Он накинул куртку, схватил ключи со стола и, даже не разбудив Хэви, вышел в ночь.