2.
В следующий раз Риндо приходит не скоро. После побега с уроков старший Хайтани сделал брату выговор — им нужно получить хотя бы среднее образование, — и поставил перед фактом, что в школе будет следить за ним.
А Ран слов на ветер не бросает.
Когда Риндо пришёл к заброшенной высотке, бледно-жёлтая луна уже возвышалась над горизонтом. Прохладный ветер забирался за шиворот, проходясь по позвонку. Мальчик тихо чертыхнулся, в темноте споткнувшись о какую-то балку.
Пока он шёл к тому месту, где в прошлый раз сидела Сейши, его настигли сомнения: ну что она будет делать здесь ночью?
— Дурак... — Риндо поднял голову к пробитому потолку, прикрывая глаза.
— Я здесь.
Мальчик удивленно распахивает глаза, быстрым шагом направляясь к источнику голоса.
Ему же не послышалось?
Сейши сидит, как и в прошлый раз, возле стены и с пледом на коленях. Вновь смотрела на отсутствующую часть здания напротив с лёгкой улыбкой на бледном лице. Неподалёку стоял горящий фонарь, описывая тускло-оранжевым светом небольшой круг.
— Я уж думала, ты больше не придёшь, — девочка опускает голову.
— Не было возможности, — хмыкает Риндо, подходя ближе. — Ты меня слышала? Раз уж ответила.
— У меня острый слух: слышу даже то, что происходит на других этажах, — объясняет Сейши с неожиданно озорным огоньком в карминово-красных глазах.
— Ого... — протягивает мальчик. — Неудобно, наверное?
— Я привыкла, — она пожимает плечами. — Ты надолго?
— Могу хоть до утра, — довольно бросает светловолосый, закидывая руки за голову.
— А брат не будет волноваться? Как его зовут, кстати?
— Ран.
— Риндо... и Ран, — девочка выводит что-то на своих коленях.
Колокольчик и Орхидея.
— Красиво, — она бросает тёплый взгляд на знакомого. — Насчёт брата — не знаю, но тебе подходит.
— А у тебя что?
Сейши тянется к стопке книжек рядом, вытаскивая одну. Открывает нужную страницу — пламенные глаза бегают по строкам. Наконец она поворачивается к Риндо, тонким пальцем показывая один из иероглифов, постукивает по бумаге ноготком.
Жизнь и Смерть.
«Ей подходит.» — подмечает Хайтани.
Бледная, словно и вправду Смерть в живом обличии.
Каждую её деталь можно разглядеть даже в самой тёмной ночи — словно контур тела очерчивает тусклый свет.
Внизу правой щеки видны маленькие капли крови, кожа содрана, словно она влетела лицом в стену. Бледная нижняя губа самую малость опухла, на левых плече и предплечье в виде светло-фиолетовых синяков отражается крепкая хватка чьих-то рук.
Глаза — точно цветки амаранта, наполовину пусты, лишены всего, кроме неясной обиды и глубокой печали.
— Почему ты не дома? — сквозь линзы очков щурится Риндо.
— Знала, что ты придёшь, — флегматично пожимает плечами Сейши.
Она тянется к книгам, убирая одну из них на место. Мальчик собирается что-то добавить, но его внимание привлекает изумрудная обложка.
— Такая есть у Рана, — вспоминает он, косясь на девочку.
— Эта? — Сейши указывает на «Божественную лодку».
— Ага. Только он мне её не даёт.
— Прочитаем? — предлагает темноволосая. — Я могу вслух.
Риндо соглашается и снимает с себя серую ветровку. Расправляет её и кидает на холодный бетон, ложась сверху.
Сейши со счастливой полуулыбкой смотрит на него, открывая первую страницу.
У неё приятный голос.
Тихий, как звон колокольчика.
Ненавязчивый, как шелест ветра.
Неторопливый, как шум морской воды.
Хочется слушать его вечность.
Развязка сюжета настигает, когда на школьников падает мягкий свет восходящего солнца. Сейши тихо читает последнюю строчку, закрывает том и медленно проводит по нему рукой. Риндо сидит рядом с ней в позе лотоса.
Пламенные и виноградные глаза устремлены на небо, окрашенное бледно-оранжевым цветом. Неспешно проплывают розовые облака. Отдалённо слышен утренний щебет птиц, сидящих на ветках сакуры и сливы. Ослепляющий шар солнца показывается из-за макушек жилых домов.
— Если ты исчезнешь... — прерывает тишину мальчик. — ...я тоже буду искать тебя.
— Никогда не давай обещаний, которые не сможешь выполнить.